Альдов выбор - Дарья Быкова

Альды… такие альды. Всё у них не как у людей. Вместо «разрешите познакомиться?» – «ищешь драки?», вместо хоть какого признания в любви – вообще не пойми что… Хорошо, что действие порошка закончилось, и я снова контролирую, что говорю. Не хватало ещё и дальше ныть, напрашиваясь на признание… Нет уж. В следующий раз мы вернёмся к этому разговору, когда под действием порошка будет он. В конце концов, Йар сам меня учил: не знаешь что делать – мсти!

Барон – не титул, по крайней мере, не официальный титул, а прозвище местного криминального авторитета. Лавочник щедро делился как фактами, так и сплетнями, и из его рассказов вырисовывается чёткое ощущение, что барону помогает какой-то маг. Или барон – сам маг, но этот вариант кажется менее вероятным. Возмездие настигало тех, кто не поладил с бароном, не мгновенно, а через пару-тройку дней, словно ему нужно было время, чтобы обратиться и получить помощь. Но настигало неотвратимо, да так, что не подкопаешься. Этот оступился, упал с лестницы и сломал себе шею, бывает, ну и что с того, что падать там было не больше метра, бывают ведь настолько неудачные падения. Этот умер во сне, ну и что с того, что на лице следы ужаса – может, ему сон какой приснился. К тому моменту как до города добирался маг-следователь, никаких следов магии уже не было. У этого дочка вдруг с ума сошла, а вон там вот дом безумного мельника – он рехнулся и устроил кровавую резню… Полиция честно расследовала каждое дело… и каждый раз ничего не находила.

Надо ли говорить, что люди барона боялись. Проще дать ему, что он хочет, тем более что меру тот знал, неподъёмного не просил… но и предательства не прощал. Так что, сдаётся мне, мы бы немногого добились, если бы не запрещённый порошок. Остаётся надеяться, что у них тут с расследованием магических преступлений и в самом деле настолько плохо…

– Прямо отправимся, – отзывается мой муж… до сих пор непривычно! – Только выясним сначала, где он живёт.

Выяснять мы идём на рыночную площадь. Йар крепит на видное место кошель с деньгами и накидывает капюшон, чтобы скрыть лицо – ни один хоть немного вменяемый вор не решится связываться с альдами. Мы неспешно идём вдоль прилавков, я с удовольствием перебираю украшения – наверное, они совершенно не по статусу королеве: простые, деревянные или же кованные, но мне нравятся, и Йар покупает, я грызу пряник, и чувствую себя удивительно живой и счастливой, пусть это лишь затишье перед бурей.

Жертва нашлась довольно быстро. Мы только подошли к прилавку, где разложено оружие и прочие изделия из стали, и Йар хватает кого-то за руку, накрывая нас отводом глаз – я понимаю это по тому, как соскальзывает с меня взгляд продавца. Мальчишке лет двенадцать, он вопит и вырывается, и, наверное, у него есть кто-то в сообщниках, может, даже местная охрана, как раз на такой случай, но сейчас помощи ему ждать неоткуда. Альд снимает капюшон, и мальчишка, до этого не стесняющийся в выражениях, мгновенно затихает и бледнеет.

– У тебя есть шанс уйти живым и даже сохранив обе руки, – холодно сообщает ему Йар.

Тот бледнеет ещё больше, затравленно озирается – помощь всё также не спешит, и обречённо кивает, показывая, что на всё заранее согласен.

– Где живёт барон?

Мальчишка колеблется всего секунду. На его лице явно читаются все рассуждения: всё же альд куда ближе, чем барон, да и что такого – подумаешь, сказал, где дом босса, да и как барон узнает, кто именно сказал…

– Второй дом на Кедровой аллее…

Я догадливо задерживаю дыхание и отворачиваюсь, а в нос воришке летит щепотка забвень-травы, и Йар выталкивает его из отвода глаз. Мальчишка недоумённо моргает и оглядывается, пытаясь понять, где же страшный альд, который только что… а впрочем, какой альд, что это ему примерещилось такое? Вон старший на него неприязненно посматривает – уже пора бы срезать у кого-то кошелёк, а ему всякое… а впрочем, он уже и не помнит, что ему там мерещилось и мерещилось ли вообще…

А мы идём к барону. Он явно не маг – в его доме нет почти никаких магических защит, а те, которые есть, снимаются очень легко, и мы незамеченные и незваные заходим в дом.

У барона в разгаре семейные разборки. Он сам – высокий, худой и смуглый до неприличия сидит в кресле и неприязненно смотрит на взволнованно бегающую по комнате рыжую девушку.

– Из-за тебя я отказалась от крайне выгодного брака! Ты говорил, что любишь меня! Что жить без меня не можешь. Врал? Всё врал?!

– Тогда любил, – огрызается наш будущий собеседник, не подозревая, что у их разговора появились зрители. – Тогда ты была милой кошечкой и не выносила мозг. А теперь ты превратилась в ведьму, и от тебя один лишь напряг!

– Ах так ты заговорил? Ну что ж, я уйду, уйду! И даже не пытайся меня вернуть!

– Ты уже шесть раз уходила, – устало вздыхает барон, и мне становится его даже немного жалко. Девушку мне тоже жалко, но она, кажется, всерьёз уверена, что если настучать своему возлюбленному по голове, то он воспылает любовью, а не ненавистью… – А потом скулишь и просишься обратно. Хочешь свалить – вали, но обратно не приму.

Девушка выбегает, хлопнув дверью, а Йар, сняв с себя отвод глаз и вернув корону на место, прислоняется к подоконнику, хмыкает:

– Что, правда шесть раз?

– Правда, – отвечает мгновенно подобравшийся барон, находя взглядом кинжал, который был на подоконнике… а теперь в руках у незваного гостя. – Ты кто?

– Альд, король, – скромно рекомендуется Йар.

– Чем обязан, альд-король?

– Есть пара вопросов, – чуть склонив голову набок, словно присматриваясь, отвечает тот.

– Я ничего не скажу, – тут же заявляет барон, выразительно демонстрируя запястье, на котором красуется небольшой металлический браслет с какой-то руной. Внешне он не похож на браслеты, которыми награждает всех подряд принц, но, видимо, тоже что-то такое может. Похоже, Александр не одинок в своих пристрастиях…