Зов пустоты - Ольга Валентеева

Теперь уже я молча уставился на неё. Она знала? Знала — и все равно проводила со мной каждый вечер?

— И тебе все равно?

— Фил, ты странный сегодня, — рассмеялась Лиз. — Скажу профессору Синтеру, чтобы уменьшил тебе нагрузку, пока мозги не закипели. Не беспокойся, я знала с самого нашего знакомства. Сплетни распространяются быстро. И потом, до меня с тобой отказались работать в паре четверо третьекурсников, уж извини за подробности. Тебя побаиваются, знаешь ли.

Я невольно улыбнулся. Рядом с Лиз сложно было не улыбаться. Вот только заметил, что взгляд её стал серьезным.

— Я надеюсь, это единственная причина? — спросила она. — Или, может, ты успел меня возненавидеть, или…

— Нет, что ты, — поспешил перебить её. — Наоборот, я…

Лиз ждала, а я чуть не проговорился.

— Смешной ты, — сказала она. — А теперь, может, объяснишься, как связан твой титул с нашим общением?

— Я видел сон.

— Сон?

Рассказывать было тяжело, и я начал издалека — с моих кошмаров, которые постепенно утягивали меня в неведомые дали. И с того сна, единственного за все время, которого я так боялся. Лиз слушала, не перебивая. Только смотрела внимательно и пристально, будто в душу.

— Я поняла, — кивнула она. — Но знаешь, Фил, вряд ли твой сон — вещий. Скорее всего, это твой страх обрел привычную форму. Посуди сам, ты ведь никогда и никому не приносил несчастья.

— Но моя семья…

— Ты тут при чем? — перебила Лиз. — Если бы кому-то был нужен ты, за тобой бы уже пришли. Успокойся, Фил. Здесь безопасно, для тебя и для меня. Только, раз уж у нас вечер откровений, может, расскажешь мне, что делаешь в «Черной звезде»?

Я молчал. Это была не моя тайна. Точнее, слишком многое от неё зависело. Нет, нельзя доверять. Нельзя.

— Не хмурься. Расскажешь, когда захочешь. — Лиз придвинулась ближе, и я, поражаясь собственной смелости, привлек её к себе, вдохнул травяной запах волос и закрыл глаза.

Стало тепло и спокойно. Так, как и должно было быть.

— А знаешь, я тебя люблю.

Я ожидал, что Лиз рассмеется в ответ на мое глупое признание, но она только прижалась крепче.

— И я тебя, — ответила куда-то в плечо. — С первого взгляда. Забавно, да?

— Ни капли.

Мы так и стояли, обнявшись. Если бы кто-то увидел, нам бы влетело, но профессора были заняты своими делами, а курсанты редко совали носы в беседки, предпочитая темные подвалы или тренировочные залы гимназии.

— Ну, поцелуй меня уже, Филипп Вейран.

Я коснулся губами губ Лиз. Она потянулась навстречу, отвечая на поцелуй. И на мгновение показалось, что все осталось позади. Даже мелькнула мысль, что, если Лиз останется со мной, можно и отказаться от мести. Мелькнула — и пропала. Реальность навалилась с новой силой. Я отвернулся.

— Фил? — окликнула меня Лиз. — Я так плохо целуюсь?

— Нет, дело не в тебе.

Элизабет склонила голову набок и вгляделась в мое лицо.

— Идем, — сказала решительно.

— Куда? — растеряно спросил я.

— Покажу мое любимое место в гимназии. Только никому, ладно?

— Конечно.

Взметнулось любопытство, и я позволил Лиз увлечь меня за собой. Вопреки ожиданиям, мы вернулись к зданию гимназии, только обошли его с другой стороны. Я разглядывал острые черные башенки. Всегда считал, что они просто для красоты, но Лиз приложила палец к губам, коснулась стены — и открылся проход, а в нем — узкая винтовая лестница. Мы поднимались очень долго, пока не очутились перед очередной дверью, но и она не стала преградой для Лиз.

— Прошу в мое тайное убежище, — распахнула она дверь и пригласила меня внутрь.

Оказалось, что на вершине башни есть маленькая комнатушка. Здесь не было мебели — только набросанные на пол одеяла, и большую часть стены занимало окно, только вместо стекла был магический барьер, защищавший от ветра, и, в то же время, дарящий ощущение, будто ты — на вершине мира.

Я замер у окна. Всегда знал, что территория гимназии огромна, но не задумывался, что настолько. Столица виднелась вдали, не подозревая о таком соседстве. Лиз подошла ко мне, я приобнял её, и мы долго стояли вместе, наслаждаясь покоем.

— Нравится? — тихо спросила она.

— Очень, — ответил я. — Тут волшебно.

— Вот и я так думаю, — в её голосе сквозило веселье. — Можешь приходить сюда, когда захочешь, я внесла изменения в заклинание.

— Спасибо. Как ты вообще нашла это место?

— Случайно. Башня была заброшена, здесь мало пространства, поэтому я облюбовала её для себя. Садись.

Мы оба уселись на разложенных одеялах. Так было даже удобнее — прекрасный вид, тепло любимой девушки рядом. Почти счастье.

— А теперь рассказывай, — Лиз первой нарушила затянувшееся молчание.

— О чем?

— Да о чем угодно. Сложно понять, какие мысли бродят в твоей голове, Фил.

— Может, лучше ты? Расскажи мне о себе.

Мой запас откровенности на сегодня иссяк, и Лиз это поняла.

— Ладно. Слушай, только рассказ будет нудным. Родилась я на севере, в Барджери. Отец хотел мальчика, а получилась девочка, как это всегда и бывает. Учитывая, что больше детей у него нет, пришлось мне оправдывать надежды папочки.

— А мама?

— А мама умерла, давно.

— Извини.

— Не бери в голову, — отмахнулась Лиз. — Я даже её не помню. Конечно, иногда хотелось бы, чтобы мама была рядом, но это невозможно. А отец так и не женился во второй раз, воспитывал меня, нанял десяток гувернанток, чтобы учили меня светским манерам. И тут его ждал второй сюрприз.

— Дочь оказалась темной магичкой?

— Именно.

Мы дружно рассмеялись. С Лиз всегда было весело, и даже я не всегда хмурился.

— Тогда папа предоставил мне на выбор десяток темных школ. Я выбрала эту, чем еще раз шокировала родителя, и пошла учиться. Как видишь, за год добралась до третьей ступени, так что ты сильно меня опережаешь. Но у тебя и магия другого рода.

— Что ты имеешь в виду?

— Твою силу, Фил, — подмигнула Лиз. — Хотя, может, дело в том, что ты — инициированный маг, а я — нет?

— Откуда ты знаешь?

— А это уже особенности моей магии.

— И в чем же её особенности?

— А вдруг ты узнаешь, и не захочешь со мной общаться?

Лиз до того скопировала мои собственные недавние интонации, что стало весело.

— Тогда молчи и дальше, — со смехом ответил я.

— Ну, уж нет! Женщины — существа противоречивые, и я расскажу. Видишь ли, Фил, моя мама была непростым магом. И перед тобой — единственная черная ведьма во всей столице.