Лорд, который влюбился - Анна Гаврилова

Ну а там, в коридоре, я выяснил, что исчезновение Ютаса для малышки Тизар полнейший шок. Пустая комната – последнее чего она ожидала.

Понаблюдав за ее замершей на пороге комнаты фигуркой, я проявился, чтобы задать несколько вопросов и заглянуть в круглые, наполненные непониманием и страхом глаза.

О побеге Эрика не знала, но что-то другое точно было известно. У меня аж руки зачесались схватить и допросить, и тем не менее я снова отступил. Позволил девушке уйти и от слежки на сей раз удержался. Позадавав вопросы Максиону, Гиберту и Фиксу, отправился к себе.

Ну а там… В почтовой шкатулке обнаружилось новое письмо от Джиф, которое я, не распечатывая, бросил в ящик стола, где лежали другие ее послания. Потом взгляд скользнул по геральдическому сборнику, но до разглядывания герба рода Тизар я не дошел – отвлекся на стук в дверь.

Неожиданно, но ожидаемо в гости завалились Иверс с Дивериком, пришлось отодвинуть все дела и немного выпить. Потом еще немного, и еще. В общем, финал трудовой недели удался.

* * *

Эрика Тизар

На завтрак я отправилась чуть позже и для начала заглянула в общий зал, чтобы узнать – на результатах в турнирной таблице вчерашний проигрыш не отразился. Мы по-прежнему оставались на первом месте, и отрыв был довольно большим.

Этот момент немного скрасил утро, но стоило войти в столовую, как настроение поползло к точке минуса. Увы, но за нашим столом снова сидела Ирма и сверкала самой обворожительной из улыбок. Причем улыбалась не просто так и не абы кому, а Грэгстору Акстеру, который сидел напротив и ждал… ну, видимо, меня.

Стоило увидеть предмет грез, и я застыла, а Грэгс будто почувствовал и повернулся. Заметив меня, скривил губы в той самой ухмылочке и тут же поднялся, демонстрируя новый букет алых роз.

Сердце сразу расправило крылья, но через миг крылья эти опали – просто Ирма тоже встрепенулась и что-то сказала с самым сладким видом. Грэгс глянул на пятикурсницу скептически, но не в этом суть.

– Кхе-кхе, – прозвучало над самым ухом, и я благополучно подпрыгнула. Заодно поняла – еще немного у меня начнется нервный тик от этих внезапных появлений! Как бы сломать этот проклятый амулет отвода глаз?!

Зато Рэйнер Варкрос обзаводиться нервными синдромами точно не собирался – он глянул снисходительно, потом сказал:

– Доброе утро, Эрика. Как спалось?

Спалось, учитывая круговорот мыслей в моей голове, не очень, однако посвящать магистра в такие тонкости я, понятное дело, не собиралась. Даже хотела промолчать, но все-таки не выдержала:

– Неплохо. А вам?

Это была попытка намекнуть на неуместность вопроса, только боевые маги… они порой совершенно непрошибаемы.

– Бывало и лучше, – ответил жених ровно. Потом кивнул на Грэгса и уточнил: – Опять к вам?

Глупость какая. Ведь знает, что ко мне, так к чему столь странное любопытство?

– Эрика, я все понимаю, – продолжил Рэйнер, – но советую воздержаться. Грэгстор из древнего рода, а вы уже достаточно хорошо изучили тему брачных узоров. Оно вам надо?

У одной адептки заметно приоткрылся рот.

Только Рэйнера изумление не остановило, он продолжил:

– Это глупый роман, который не принесет ничего хорошего. Более того, от него уже одни проблемы. Ваша команда нервничает, бросается необдуманными предложениями – это я о дуэли, – да и в целом… – Тут Рэйн замолчал и поморщил нос.

И опять продолжил:

– Знаете, вы все-таки леди, а для леди есть ограничения. Даже в среде магов леди позволено меньше, чем простолюдинке. К тому же вы моя ассистентка, и я считаю, что с увлечениями лучше повременить.

Рот открылся шире, однако Рэйнер опять-таки не смутился.

– Что вы так смотрите? – спросил прежним ровным тоном. – Я сказал что-то не то?

Ответить я не смогла, слов не было. Зато наглядно подтверждался закон прямой зависимости: наглость боевого мага прямо пропорциональна его силе. А Рэйнер, конечно, очень силен!

– Вы… – все-таки попробовала ответить я.

– Вот и хорошо, – перебили меня. – Рад, что мы друг друга поняли.

С этими словами Рэйнер отвесил легкий, с этаким оттенком издевательства поклон, и отправился… нет, не к преподавательскому столу и не за подносом! Замещающий преподаватель расправил плечи и устремился туда, где сидели Лисента, Камея, Ами, Ирма и Грэгс.

– А… – только и могла сказать я.

Уже не просто застыла, а буквально приросла к полу. Стояла и смотрела, как Варкрос подходит к Грэгстору, слегка наклоняется и что-то говорит. Глаза сидевших за столом девчонок округлились, даже Ирма весь свой блеск растеряла – уж слишком сильно вытянулось ее лицо.

Грэгс тоже преобразился – заметно растерялся и даже побледнел немного. А потом встал и ушел, причем сперва хотел оставить розы, но Рэйнер что-то добавил, и льдистый блондин забрал букет.

Я наблюдала за ситуацией в состоянии полнейшего шока, и опомнилась уже после того, как Варкрос тоже удалился.

Стол раздачи был забыт! Стараясь не бежать, я поспешила к девочкам, чтобы выпалить громким страшным шепотом:

– Что тут произошло?

Пауза. Подруги явно пытались переварить произошедшее. Наконец, Лисента хлебнула из чашки и объяснила:

– Магистр Варкрос запретил Грэгстору ухаживать за тобой.

– Как запретил? – выдохнула я изумленно. – По какому праву? На каком основании?

– По праву преподавателя, – ответила Ами.

Я чуть на попу не присела.

– Преподавателя?! – переспросила истерично. – У преподавателей нет таких прав!

Получилось громче, чем хотелось, многие обернулись. Впрочем, обернулись – сильно сказано, окружающие и так косились на нас.

– Мм-м… – сказала Ами. Остальные сидящие за столом мнение поддержали. То есть все понимали, что права нет, но что тут ответить?

Шок прошел, его место заняло жгучее возмущение. Даже кулаки сжались, а я дернулась в желании немедленно отправиться к Рэйнеру и устроить скандал.

Но тут в памяти всплыли слова про леди и подобающее поведение – увы, но публичные истерики для леди однозначно недопустимы, и я громко скрипнула зубами. Ладно. Потерплю до ПОБЗа, а там отзову его в сторонку и выскажу все!

Круто развернувшись на каблуках, я-таки отправилась добывать завтрак, а когда вернулась, поймала широченную улыбку Максиона. Уж кто, а товарищи по команде были счастливы. По-прежнему считали романтические отношения с Грэгсом угрозой моей адекватности, а неадекватный игрок – игрок плохой.

Я могла нарычать на Макса и остальных, но не стала, предпочла оставить этот заряд чувств для Рэйнера. Нет, ну а что он себе позволяет? Я ему кто? Рабыня? Совсем совесть потерял?