Механический Орфей - Рэй Олдридж

Она окликнула Суусен:

— Поднажми, уродина. Если мы упустим Руиза Ава, я заберу тебя отсюда наверх. Там ты будешь одна во всей холодной вселенной и до самой смерти и запаха генша не услышишь, дура.

Служанка бросила через плечо испуганный взгляд, и Кореана громко расхохоталась.

Руиз Ав шел по кровавому следу, с каждым шагом нагоняя тварь, которую ранил. Теперь он время от времени различал впереди тоненькую фигурку женщины, которая, прихрамывая, ковыляла по извилистому туннелю. С каждой минутой усилия ее делались все отчаянней, а лицо — все более испуганным. Издали она выглядела обычным человеком, но когда преследователь подобрался ближе, он увидел, что спину ее сверху донизу украшают складки слизистой ткани, влажно поблескивающие в красноватом свете. Она напоминала какое-то странное ракообразное, с плотью, пульсирующей в створках лопнувшего человеческого тела.

Её рана кровоточила все меньше, хотя нога явно онемела и перестала сгибаться. Она уже не просто хромала, а приволакивала раненую конечность. Разведчик уже перекинул огнемет за спину и готов был схватить женщину, но задумался: расскажет ли она добровольно, где находится Орфей, или придется пытками выбивать из нее эти сведения?

Руизу стало тошно. Он не был уверен, что справится с подобной задачей. Несмотря на герметичность бронекостюма, он вдруг снова ощутил знакомый страшный запах крови. Черные воспоминания о бойне на Родериго заполонили сознание.

До преследуемой оставалось десять метров, когда из бокового прохода, загородив дорогу, выступил генш.

— Пожалуйста, остановись, — произнес он, и Руиз замер от изумления, едва не поскользнувшись на влажном полу коридора.

Огнемет, словно живой, прыгнул ему в руки, однако генш не делал ни одного агрессивного движения. Передышка придала жертве Руиза сил. Она прибавила шагу и исчезла за очередным поворотом. Человек хотел было обойти генша. Принципиально иная физиология и психология, по слухам, делали этих существ абсолютно нечувствительными к обычным пыткам. Но как проверишь подобные утверждения? Тут генш заговорил снова:

— Постой, Руиз Ав. Мне есть, что сообщить тебе, и эти сведения тебе пригодятся. Пусть служанка уходит. В своем теперешнем истерическом состоянии она все равно не могла бы тебе помочь.

Бывшего агента так поразила эта в высшей степени примечательная речь, что он напрочь забыл об улепетывающей жертве.

— Откуда ты меня знаешь?

— А ты меня не помнишь? Хотя неудивительно. Я тот самый молодой генш, которого ты избавил от Публия, создателя чудовищ. Мне представилась возможность восстановить равновесие в наших отношениях и ответить добром за добро.

От удивления Руиз на миг опустил ствол огнемета, но тут же вздернул его обратно.

— Как это? Вернее, почему? Благодарность — человеческое чувство.

— Не важно. Есть и другие причины. Я проведу тебя к этой штуке, которую вы, живущие наверху, называете Механическим Орфеем. Нам придется идти как можно быстрее: человек по имени Кореана и ее страшный телохранитель почти наступают нам на пятки. С ними еще двое убийц-людей. — Глаза генша уехали на заднюю часть черепа.

Руиз колебался, уставившись в темную глубину туннеля.

— Докажи, что тебе можно верить. — Ему не по-хорошему вспомнилась лекция, которую он сам некогда прочел молодому геншу относительно того, как тесно связаны способность мозга к самосовершенствованию и предательство.

По мешковатому телу чужака прошла дрожь.

— Там, наверху, все сражаются за право обладать Орфеем, верно?

— Да.

— И они не остановятся ни перед чем, лишь бы заполучить его? Даже если им придется до основания спалить небоскреб со всеми его обитателями?

— Правильно, — признал Руиз.

— Тогда для нас это не сокровище, а проклятие.

Генш выпустил изо рта щупальце и извлек откуда-то из складок тела карманный ноутбук, видимо, некогда попавший в болото вместе с прежним хозяином.

— Ты действительно собираешься поступить так, как обещал в своем выступлении? Ты вправду уничтожишь машину?

— Попробую, — ответил бывший агент, уже перестав удивляться чему бы то ни было.

— Тогда ради спасения собственной жизни я обязан помочь тебе, так же, как и тоща. Хотя должен тебя предупредить: Орфей обладает прекрасным даром убеждения и станет яростно бороться за свое существование. Так что твоя решимость может поколебаться.

— А кто-нибудь из твоих соплеменников разделяет подобный образ мыслей?

Генш шевельнулся, по телу его пробежала дрожь, означающая примерно то же, что пожатие плечами у людей.

— Не все конечно, даже не большая часть. Все внимание Древних поглощено тем, чтобы подготовиться к Переходу. Они, естественно, не верят в то, что могут умереть. Им кажется, что они будут жить вечно, словно боги. Они слишком долго прятались здесь от захлестнувшего вселенную людского потопа и потому забыли о той опасности, которую представляет ваша раса для нашей. Вот почему они в последние годы подумывали о том, чтобы дать людям возможность использовать Орфея в обмен на владычество геншей. — Существо сделало паузу, слышалось только его слабое дыхание. — Я слишком долго был рабом Публия. Все эти глупые мечты не про меня, мне никогда не достичь просветления. Для такого развращенного существа вполне достаточно шанса выжить. И некоторые находят, что мои ограниченные притязания вполне нормальны. Давай скорее: у Кореаны проводник с радарной настройкой на машину.

Руиз снова включил ближнюю связь.

— Малыш, где ты? — спросил он, чувствуя, что голос начинает дрожать. Никто не ответил. Он выждал еще несколько мгновений и решился. — Идем.

Генш зашаркал вперед своей странной перетекающей походкой. При первом же ответвлении он свернул в сторону, противоположную той, куда уходил кровавый след. Чужак двигался гораздо быстрее, чем можно было предположить по его неказистому виду, и человеку пришлось увеличить подачу кислорода, чтобы не отстать от своего проводника.

Низа плелась, поддерживаемая Дольмаэро, который сумел каким-то образом восстановить силы, невзирая на то что они находились в самом настоящем аду. По обе стороны прохода валялись трупы почти полностью утративших человеческий облик существ, которые пытались помешать им вернуться к платформе.

Руиз и остальные ушли вперед, чтобы расчистить путь, оставив одного солдата охранять фараонцев. Через несколько минут наемник и дельтанец по имени Крун вернулись, но одни. Дельтанец хромал, а броня предводителя была забрызгана кровью. Возлюбленный по-прежнему держался до странности отчужденно, и это пугало Низу. «Это все наваждения, галлюцинации. Из-за них он кажется не таким, как всегда», — уговаривала она себя.

В конце концов они очутились на дне основной шахты и без приключений обогнули болото. Руиз вел себя все более странно, бросая тревожные взгляды через плечо. «Это нечто большее, чем обычная осторожность», — подумала девушка.