Берегитесь! Я колдую! - Радомира Берсень

Рандаргаст улыбнулся одним уголком рта.

— Улетел. Я нанял одного духа, как раз для таких вот ситуаций. Правда, предполагалось, что источником проблем будешь ты — не хотелось подставлять людей под твою магию, а духам она вреда не причинит.

Он пытливо посмотрел на меня.

— Знаешь, меня однажды наняли лечить корову, — начала я издалека, исследуя его раны, — только вот результат оказался неожиданным …

Рандаргаст внезапно расхохотался, затем покачнулся, брякнулся обратно на дорогу и принялся раскачиваться вперед-назад, не переставая ржать как сумасшедший.

— Так … поэтому … хвост? Но почему … рыбий? — Выдавил он, утирая выступившие слезы. Я пожала плечами.

— Потому что я была куда менее опытной в магии, а силушки было предостаточно. Так, просто случайная ассоциация выстрелила в бедное животное.

— Знаешь, я, пожалуй, попробую все-таки дойти до деревни, — сказал он, пытаясь подняться, я протянула руку и покачнулась под его весом, — а то ты мне тоже хвост какой-нибудь припаяешь … или шесть.

Он снова рассмеялся.

— Как же ты остался в живых? — Спросила я, подставляя Рандаргасту свое плечо, он обхватил меня своей могучей лапой, не перенося веса. — У тебя такая рана на голове! На ладони! На плече! Еще и грудь изрезана в клочья. Я думала, тебя убили напрочь этой дубиной! Ууу, Лоран, надо было тебе не шесть рук, а шесть ног сделать, — я погрозила кулаком в сторону леса, — или шесть голов и чтоб пять из них были женского полу, да притом непрерывно ссорились. Или все вместе — стал бы ты у нас шестиногим шестиглавом, сволочь такая!

Рандаргаст остановился, придержав меня.

— Джуди! — Голос его был полон укоризны. — Так это опять ты отметилась? Боги великие! Я уже начинаю думать, что тебя с самого начала следовало запереть в какой-нибудь башне. Как можно было сотворить такое? Зачем?

— Он сам попросил, — заныла я, — денег дал за это!

— Ага, а потом отнял, — закончил Рандаргаст фразу, покачал головой и мы снова двинулись по дороге, — ты вообще когда-нибудь думаешь, прежде чем пустить в ход свою силу? Ужас! Такая недисциплинированность при такой мощи!

Какое-то время мы уныло плелись, опираясь друг на друга. У меня болели обожженные разрядами места. Рандаргаст хмурился, кусал губы, строго глядел перед собою и не издавал ни звука.

— Рандаргаст, — неуверенно позвала я его.

— Мм?

— Ты знаешь … я вот неожиданно … совершенно внезапно и непредсказуемо … словом, я жрать хочу нечеловечески.

У меня и впрямь желудок скрутило судорогой так, что аж в глазах потемнело. Рандаргаст вздохнул, вытащил откуда-то из-за пояса небольшой сверток и так же молча сунул его мне. Я развернула тряпицу — там лежали небольшие полупрозрачные кусочки, похожие на лепестки. Сунула один в рот и остановилась, чтобы пережить бурный припадок радости в своем животе.

— Тебе плохо? — С тревогой спросил маг, глядя как я скорчилась. Я уже вовсю уничтожала эти прелестные солоноватые вкусняшки, набивая ими рот и совершенно не заморачиваясь приличными манерами.

— Ммм … вкуфно, — промычала я и задержала руку, протянутую за очередной порцией, — а это тебе. Ты же тоже голоден, наверное?

— Ешь! — Велел он и вдруг улыбнулся. — Ну и как твоя голодовка, Джуди?

— Я отправила ее в отставку — она не оправдала возложенных на нее надежд, — проговорила я, глотая кусочки почти не пережевывая, — а что это такое?

— Соленая оленина, — равнодушно ответил Рандаргаст, — нравится? По-моему, я ее пересолил.

— Ммм! Нет, просто отлично! Так вкусно! Спасибо! — Выпаливала я, умудряясь при этом работать челюстями. — Знаешь, давай малость передохнем.

У меня созрела идея. Что бы там не произошло у нас с ним вчера, сегодня обстоятельства изменились. И потом — сколько мы будем идти, если Рандаргаст хромает и поминутно трогает разбитый затылок? Наверняка у него сотрясение всего большого и умного мозга.

— Ты приляг, — усевшись на траву и прислонившись спиной к дереву, я похлопала себя по коленям. Рандаргаст подозрительно посмотрел на меня.

— Зря, поди, я с тебя ошейник снял, — со вздохом сказал он, — но раз уж ты решила добить меня … хотя бы это будет смерть от твоих рук. Таких маленьких, нежных и творящих всякие безобразия.

С обреченным видом Рандаргаст устроился рядом, пристроив голову у меня на коленях.

— Затылком ко мне повернись! — Тихо велела я. Рандаргаст молча отвернулся от меня. Подозреваю, он сейчас на полном серьезе ждет, что я его убью. Вот пусть теперь на своей шкуре прочувствует, что я вчера пережила, когда он начал тыкать в меня своей волшебной палочкой и лезть с поцелуями!

Выбрав из волос сгустки крови, грязь и мусор, я раздвинула волосы и содрогнулась — рана была размером с мою ладонь и все еще кровоточила. Я осторожно накрыла ее обеими руками, сложив их одну на другую, закрыла глаза и очень медленно, тщательно, мысленно проговорила чего я хочу. Затем перегнулась через него и потянула на себя раненную ладонь. А потом плюнула на все и просто сообщила:

— Да будь же ты, Рандаргаст, жив, здоров, крепок и весел!

Он перевернулся на спину и удивленно посмотрел мне в лицо.

— Почему, Джуди?

— Потому что я не настолько зверская сволочь, как ты обо мне думаешь.

Нахмурился. Затем бережно взял меня за руку и лицо его разгладилось.

— Ты многому научилась, оказывается. Прости меня за то, что … чуть не произошло вчера. Я просто потерял голову.

— Ага, я заметила, — невольно улыбнулась я, — вы, мужчины, вообще весьма предсказуемы в этом смысле, — вернула я ему шпильку и Рандаргаст засмеялся.

— Один — один.

Он погладил мои пальцы.

— Ну что — идем дальше, в деревню?

Я поглядела вдоль дороги.

— Не вижу никакой деревни. Далеко идти-то?

— Ну, — он рывком сел и с удовольствием оглядел свои руки, распаханная ножами рубаха не выдержала и лопнула окончательно. Рандаргаст немедленно оборвал их, оставшись с обнаженным торсом. — В принципе, не очень. Эта дорога ведет к двум деревням, но мы не будем сворачивать, пойдем прямо.

Он легким движением провел рукой по собственной груди, скрывая камень искусной иллюзией. Теперь это был самый обыкновенный мужчина. Высокий, мощный … и симпатичный, чего уж скрывать! Но вряд ли сильно отличающийся от большинства местных жителей.

Я встала, чувствуя, что кожа моя все еще зудит в местах, где я получала разряды. Потянулась, размяла спину и неожиданно предложила:

— А давай ты просто отпустишь меня, а, Рандаргаст?

Он повернулся — я отступила на два шага. На всякий случай, пока он снова не принялся распускать руки.

— Не могу, — возразил Рандаргаст, — за тобой же глаз да глаз нужен!