Рассвет нового мира - Ярослав Коваль

— Он больше не тут, — сказала демоница.

— То есть… В каком смысле?!

— Его больше нет рядом.

— То есть… Так, а куда, подожди, он мог деться?

— Откуда мне знать?

— Он через портал ушёл?

— Откуда тут может взяться портал? Нет никакого портала…

Я оглянулся, будто искал ответ на стенах или в воздухе, пахнущем пылью. Жестом подозвал следившего за каждым моим движением Мотыляя.

Идея появилась с запозданием, когда почти все мои спутники сбежались выяснять, что же случилось.

— Здесь есть подземный паркинг? Или какой-то другой выход? Видимо, вышел и сел в машину, куда-то уехал. Куда он уехал, Тиль? Соображай!

— Дайте хоть сосредоточиться…

— Арс, ищи машину! Живо! Конечно, деньги есть. Дело не в деньгах. Так куда?

— Туда.

— «Туда» — это куда? — Я поспешно развернул карту.

— Туда.

— Что она говорит?

— Показывает в направлении озера Шарташ.

— А что там, на этом озере?

— Да вроде ничего особенного, — удивился Арс, разглядывая лист. — Машина сейчас будет. Но я предвижу проблемы, в том числе и, возможно, с полицией. Мы же выглядим и ведём себя странно, сам понимаешь. У тебя есть с собой какие-нибудь корочки?

— Какие-нибудь есть.

Я предпочёл просто не думать о возможных проблемах, связанных с нарастающей подозрительностью местных жителей — ну в самом деле, где уж тут посторонними проблемами голову забивать. И без того хватает забот. А что, если этот Эндилль почувствовал меня и айн? А если сейчас меня встретит целая гильдейская гвардия? Что — не может быть? Да запросто может! И на этот случай у меня вообще ничего не придумано, не продумано. Пожалуй, парни из спецназа совершенно правы насчёт меня. Ехать пришлось долго, и я успел подумать много «хорошего» о себе и немало «оптимистического» — о перспективах своей охоты на высокопоставленного «языка».

На особо уничижительной ноте этих размышлений такси миновало очередную парковую полосу и бодро вырулило к новостройкам. Они впечатляли так же, как мимолётно впечатляют все высотные жилые комплексы-гиганты, подавляющие даже не размерами своими, а масштабностью.

— Какой квартал вам нужен, господа?

— А что там дальше?

— За новостройками-то? Да ничего особенного. Гранитный карьер. Пески. Лесопарк.

— Какие пески? — удивился Мотыляй.

— Посёлок Пески.

— Ясно. Поблизости от карьера встань где-нибудь.

— Ты уверен, Лёх? Что ему делать в гранитных карьерах?

— Айн сама удивлена.

Мы едва успели вылезти и расплатиться, как таксист рванул прочь. Мы определённо вызываем подозрения. Я прикинул, смогу ли что-нибудь доказать стражам порядка, ежели их кто-нибудь вызовет. Предположим, имеющаяся при мне довольно-таки спорная корочка их не удовлетворит.

— Как у нас с тобой обстоят дела с гипнозом? — поинтересовался у демоницы, стараясь не давать волю панике.

— С гипнозом в отношении твоих соотечественников — плохо. Одного могу попробовать обработать без подготовки, но больше — уже вряд ли. А на черта тебе вообще сдался гипноз? Есть методы попроще.

— Гипноз не противозаконен. В отличие от множества других методов.

— У тебя ещё есть время и возможность тут менуэты перед подданными вытанцовывать? — Она произнесла это с отвращением. Пожалуй, я её даже немного понимал.

— Такова жизнь… Парни, когда столкнёмся с Эндиллем — не лезьте. Он маг-то сильный, не чета вам всем. И церемониться не станет.

Я сказал это — и в ту же секунду наткнулся взглядом на Эндилля.

И встал как вкопанный.

Гильдеец тоже встал. На этот раз он был одет по-нашему, в костюм. Видно, хотел окончательно раствориться в чужом пространстве среди чужих людей, но результат получился обратный. На галстук, расстёгнутый пиджак и начищенные ботинки легла печать инности. Кто-нибудь из моих соотечественников, и по сей день делающих вид, будто жизнь ни капельки не изменилась, принял бы его за индийца или какого-нибудь пакистанца-полукровку — он довольно смугл.

Мы смотрели в глаза друг другу буквально пару мгновений. А потом он вдруг развернулся и бросился бежать.

Я сорвался за ним на чистом инстинкте. В голову не пришло что-нибудь крикнуть своим спутникам, машину взглядом поискать, что-то ещё придумать — какое там, если во мне с невиданной силой восстал хищник, учуявший дичь. Хотя ещё большой вопрос: кто тут подлинная дичь. Не заманивают ли меня? Впрочем, последняя мысль посетила меня много позже. И столь же запоздало я вспомнил, что, кажется, кого-то раскидал, бросаясь за Эндиллем. Парень был не один, точно. Но вряд ли его сопровождали гильдейцы, иначе я б уже стал объектом атаки.

Монилец убегал по заставленному машинами, объятому неопрятными павильонами и капитальными строениями проезду — прочь, мимо карьера, к подсохшим деревьям. Не деревьям даже, кажется, а серым останкам деревьев. Редко-редко где ветки зеленью подёрнуты… Куда он несётся? Что там может быть? А вдруг действительно попаду в засаду? Да ну, нафиг, ещё думать об этом…

— Сделай так, чтоб не уставать, — потребовал я у айн, чувствуя, как тяжелеют ноги.

Это первые мгновения бега тело наслаждается полной свободой. Очень скоро на бегущем как будто бы вериги начинают наслаиваться — невидимые, но хорошо ощущаемые — чем дальше, тем они больше и тяжелее. Само собой, с тренированными людьми всё иначе, но они и не рвут со старта в ликовании. Они скупятся швырять все имеющиеся силы в топку своего пыла. Они расчетливы.

Хотя тоже знают, какое это наслаждение — бежать, пока ещё не устал.

— Сердце посадишь.

— А ты проследи!

— Я тебе нянька, что ли?

— Ты мне почти жена. Это намного круче.

Пришлось вспомнить о том, что я-то не терминатор и не гепард. Я даже не тренированный бегун, а всего лишь маг, и возможности мои ограничены. Да, демоница чем-то мне поможет, но не стоит ждать слишком многого. И я начал уставать.

А Эндилль мчал вперёд с такой неутомимостью и бойкостью, что сомнений не возникало: тут дело в магии. Я потерял из поля зрения всё: учеников, город, людей, деревья, даже машины стали просто невнятными преградами, которые можно обежать, а можно и перемахнуть, разбудив назойливую сигнализацию. Для меня сейчас существовала только моя цель. Если бы, убегая, Эндилль привёл меня в самую пасть ада, то и тогда бы я этого не заметил до самой последней секунды перед гибелью.

Мы неслись по самой кромке того, что когда-то было лесом. Слева развернулось открытое пространство, но я не успел его рассмотреть. Только одна цель меня сейчас интересовала, так что я почти ослеп. Разве что в глубине сознания где-то мимолётно отметилось, что постройки закончились, вот тут под ногами упругая серая сыпучая земля и груды гравия — надо быть осторожнее, чтоб ногу не подвернуть — и вялые рабочие где-то там мелькают, удивлённые нашим странным поведением. Но вязаться не будут, предпочтут в сторонке постоять, а значит, не опасны…