Когда выбираешь не ты... - Седа Непоседова

Парень ногами расправляет одеяло, пряча наши торчащие наружу конечности.

— Тебя уже видел кто-нибудь?

— Нет. Я прятался. А потом нашел тебя спящим и решил рядом прилечь, люблю, знаешь ли, засыпать с тобой в обнимку. Ты же меня не выдашь?

— И что я должен выдавать? Что ты любишь обниматься со мной взасос? — парень тихо заржал. — Говори свою версию нетривиального явления народу, чтобы можно было обоим складно врать, не то — поймают, попробуй потом оправдайся!

— Ну… Приехал в Сеул по твоему приглашению, узнал, что вы погнали в аэропорт, и отправился следом. Так хотел с тобой повидаться, что сил нет! А вы, типа, уже на посадку ушли. Я к администратору с истерикой, так, мол, и так, забыли меня в суете, пока я по нужде ходил! А они — «mister Junghyuk — noproblem!», и отвели, куда надо. В салоне спрятался под креслами и лежал, как дохлый фуль, пока барабашка всех не отвлек. В общем, как-то так.

— Ты так складно пиз… рассказываешь, чуть не уснул под собственный голос. Обожаю тебя слушать.

— Себя, в смысле? А-а, так ты, извращенец, нарциссизмом болен, вот, оказывается, в чем собака порылась! Нет, бесспорно «loveyourself» — достойный слоган, но самолюбование, мне кажется, некрасиво.

— Собака зарыта, так-то. Опять ты за свое? Шуток не понимаешь? — Хёк вздыхает. — Хорошо, что ты появился. У меня странное ощущение, что это к большому добру. Ты когда пропал, мне даже хреново сначала было, будто часть меня потерялась, маленькая такая, но важная до ужаса. Сам себе не верил, что за короткое время к кому-то можно так прикипеть. Может, это твоя чёртова магия сработала?.. Ты же никакую порчу на меня не насылал, тонсэн?

— Ну, ты даешь! Ты, что, реально веришь, что я могу насылать порчу? — легонько стучу парню в грудь.

— А кто тебя знает? Перемещаешься в пространстве на сумасшедшие расстояния, психические атаки на всяких придурков устраиваешь, помогаешь страждущим крадеными компами. Может, ты какой-нибудь человек-паук, в смысле мутант? Тебя в детстве не похищали инопланетяне? Нет? Или, может, головой об пол роняли, и у тебя открылись феноменальные способности? — Чонхёк внезапно замолкает, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.

— Хён, можно тебя за нос укусить? — сама не понимаю, что на меня нашло.

— Еще чего! Ты голодный что ли? Когда ел в последний раз? — и снова замолкает. — Похоже, сейчас нас раскроют, в смысле, обнаружат…

Но раскрывают нас в смысле прямом, а не переносном. Одеяло слетает, и на нас пялятся три пары глаз — Мин Джуна, Юнхо и Тэхёна. Утыкаюсь лицом в Чонхёкову грудь в надежде, что парень первым начнет объяснять причину наших «обнимашек» на кровати.

— Похоже, товарищи, я нашел, кого искал, — Мин Джун зацокал языком. — Ай-яй, Хёки, ты пригрел змею на груди? Почему это в постели нашего любимого макнэ посторонний мужик? — Джун становится серьезным. — Кто такой? Чего лицо прячешь? Чон, изволь объясниться!

— Может, уродец убогий, а ты с некрасивыми расспросами, старшой, — Юнхо меланхолично качает головой, легонько поддавая Чонхёку коленом под зад.

Чонхёк, не выдерживает, садится, свесив ноги на пол, все еще закрывая меня собой от друзей.

— Мой брат. Близнец, — айдол тяжело вздыхает.

— Кто?! Хёк, ты в своем уме? Какой брат? Где ты его откопал? У тебя отродясь брата-близнеца не было! — Мин Джун с Юнхо оторопело уставились на нахмурившегося парня.

И только Тэхён прячет легкую усмешку в уголках губ, глядя на картину перед собой.

— Силы небесные, да что же в этом самолете творится-то? Эй, парень, поднимайся! Хватит прятаться уже. Показывайся, какой ты близнец! — компания вокруг нас быстро увеличивается.

Ну, и как теперь быть? Сажусь рядом с Чонхёком в такую же позу. Эмпатически считываю выражение его лица и делаю свое — один в один.

— Не, я больше не могу! На сегодня у меня окончательно извилины в мозгу свернулись в одно большое запрещенное цензурой слово! — Джун, не выдержав, откровенно заржал.

— А между ними нет зеркала? — Юнхо помахал между нами рукой, открыл от удивления рот и завис, детально меня разглядывая. — Ну, точно, взрыв мозга. Надо ж быть такими похожими?

— Хёк-и, шалунишка, это же тот самый, что в нашем родном городе бесплатными гастролями промышлял? Ты же клялся, что не знаешь его? И как давно, малыши, вы водите нас за нос? — выглядывающий из-за спины лидера группы ХоСон, то есть Дж'ойси, тоже развеселился, видимо, представляя себе возможные коллизии, которые могли бы быть, не раскрой тот секрет младшего. — Кто из вас кто? И кто у нас поет на самом деле? А танцор, которому я ночами в подушку откровенно симпатизирую?

Люди, столпившиеся вокруг нас, переглядываются, что-то выясняют друг у друга, пересказывая происходящее недавно подошедшим. На шум даже члены экипажа явились.

Смотрю на Хёка вопрошающе: — Может, что-нибудь а капелла?

Он согласно кивает, и мы начинаем: по очереди, вместе, на два голоса, и в унисон, и каноном, и просто, подпевая друг другу. Короче, на что способны, то и выдали. Когда мы закончили, никто так и не произнес ни звука. Низкий гул двигателя самолета в затянувшейся паузе откровенно давил на уши. Молчание нарушил Чонхёк.

— Парни, не сердитесь, ладно? Ну, не успел он в аэропорт вовремя, вот и затеял, пользуясь феноменальной схожестью, бузу в аэропорту. Его приняли за меня и запустили в самолет. Дальше прятал его, как мог. Хотел втихаря до Лос-Анджелеса довезти, город показать, не сложилось… — айдол обвел окруживших нас виноватым взглядом ярких распахнутых глаз с навернувшимися слезинками в уголках. — Он хороший! И очень талантливый!

— Как тебя зовут, Чон-близнец? — СуДжин покосился на сурово насупившегося Джуна, которого даже слезы Чонхёка не смягчили, и толкнул его в бок. — Расслабься уже, не пугай пацана.

И обращаясь ко мне: — Не бойся, мы добрые хёны. Не обидим без причины.

— Тэо. Меня так зовут, — нервно упираю язык в щеку.

— Ого! Да он, похоже, клон, а не брат-близнец! Если ему татухи пририсовать и встретить без Хёка…

— Тэо? У нас как-то девушка появлялась, которую мы никак не можем дождаться, у нее похожее имя было — Тэя, — Джимён больше обращался к ребятам, чем ко мне. — Ты, случаем, не японец? Ну, так, к слову…

— Тэо, ты, наверно, голоден? — Тэхён подошел к нам вплотную, протянув руку к моей голове, убрал прядь волос за ухо и невесомо провел ладонью по скуле. — Давай, тебя накормим? Если ты такими окольными путями к нам добирался, вероятно, ел уже