Когда выбираешь не ты... - Седа Непоседова

Плюхаюсь на свободное кресло около иллюминатора. Спустя мгновение, появляется …Тэхён и собирается сесть на кресло рядом, но услышав шум, с беспокойством смотрит на возникшую из-за меня возню с явным намерением туда пойти. На автомате дергаю его за рукав рубашки, чтоб не высовывался, «приземляя» в кресло. Да чтоб меня!.. Тэ подскакивает от неожиданности, с мату ойкает, и вдруг пораженно замирает. Медленно вытягивает руку вперед, всматриваясь в пустоту на сидении, касается моей головы и запускает пальцы в волосы, уже тянущиеся мохнатымикроличьими ушами ему навстречу. Предатели!

— Тэя?! Это ты в туалете парней перепугала до полуобморочного состояния?

Ну, надо же! И не засомневался ни на секунду, что это я!

— Как ты вообще попала в самолет? А кто-нибудь еще знает, что ты на борту? — Тэхён с тревожным блеском в глазах продолжает всматриваться в пространство перед собой.

— Похоже, ты не рад, что я объявилась… — обиженно вздыхаю. — Хоть бы поздоровался для приличия! Думаешь, прикольно сидеть в крохотном металлическом ящике на высоте десять тысяч метров?! Мне не нравятся маленькие помещения! У меня, между прочим, клаустрофобия от неожиданности может развиться!

Тэ слышит мой голос и улыбается, вернее, мгновенно становится одной сплошной феноменальной в своей геометричности улыбкой.

— Глупая моя Феечка! Хочу тебя, хм… потрогать! Можно? — и пока рядом никого не наблюдается, заводит руки за мою спину и вжимает в кресло, привалившись всем телом. Освоившись с тактильными ощущениями, ослабляет хватку и с наслаждением водит губами по лицу, виску, уху, не целуя, просто прикасаясь, зарывается в волосы, шумно втягивая воздух, вспоминая или заново изучая, как это — воспламеняться от одних только касаний. Несмотря на доносящийся шум, Тэ ни на миг не останавливается, хотя периодически вздрагивает при резких выкриках. Не выдерживаю напора его и собственного нарастающего возбуждения, пытаюсь отодвинуться, тихо выговаривая:

— Тае, ты выглядишь, по меньшей мере, несуразно! Я же невидима, знаешь, как стрёмно смотрится то, чем ты сейчас занят?

— Мне все равно. Пусть думают, что хотят! — гладит по голове, осторожно берет мое лицо в ладони, целует в нос.

Не выдержав щекочущего ноздри горячего дыхания, чихаю, и Тэ машинально прижимает мою голову к плечу, видимо, чтобы приглушить звук.

— Да я задохнусь сейчас! Отпусти! — сиплю, отстраняясь, и выдаю, пытаясь переключить его внимание:

— Даже в бизнес классе у Ли ЁнХэ таких удобств не было! Вот это да! С таким размахом?! И куда же летит ваш самолет? Куда это вы собрались?

— Мы-то в Лос-Анджелес, а вот, ты куда? — Мин Джун нависает над нами сверху и рассматривает Тэ с все более разрастающимся интересом. — Тэхён-а, ты, конечно, всегда странный поц, но, кажется, сейчас окончательно перегибаешь палку! Может, скажешь, что за НЛО у нас борту объявилось? С кем ты сейчас так мило общался? Не отпирайся, я слышал голос!

— Эм… Ты не так понял, Джун-и. Я просто репетирую. — Мин Джун выпрямляется, сложив руки на груди, и скептически смотрит на своего тонсэна, стушевавшегося под пристальным вниманием старшего. — Да, нет тут никого! Ты ж сам видишь. Это я, изменяя голос, пробую изобразить героев будущей дорамы, в которой мечтаю сыграть. Что, разве нельзя?

— А из туалета меня тоже твой голос выкинул? На бедного ни в чем неповинного Джимёна? Я же его чуть не раздавил!

— А я-то тут причем? Где я, а где туалет? Хён, это смешно, честное слово! — Тэхён поднялся с места и шагнул в проход, вставая напротив Мин Джуна.

Пока идет разбирательство, и парни сосредоточены друг на друге, бесшумно взлетаю, ретируясь с опасного места. Быть обнаруженной сейчас мне точно не хочется, да и раскрывать свои способности перед чужими людьми, даже если они добрые, хорошие и порядочные, я тоже никаким образом не планировала. Во всяком случае, пока.

И тут в моей голове разнузданные насекомые внезапно впадают в экстаз от осенившей идеи типа «а что, если?..» Сколько еще лететь в этот угров Лос-Анджелес? Есть вариант вполне легально находиться на борту вместе с ребятами! В теле Тэо. Спрячусь, а после вылезу и объявлю, что проникла в самолет под видом Чонхёка, поэтому меня везде пропустили. А что? Чем не вариант? Все равно это лучше, чем болтаться невидимкой в тесном пространстве в страхе на кого-нибудь случайно налететь.

Становлюсь Тэо и, осторожно перемещаясь, иду искать подходящий угол для своего проявления в реальность. В отсеке со спальным местом на кровати сопит ничего не подозревающий о наведенном шухере Чонхёк. Места, конечно на ней немного, но я, стараясь не потревожить сон милашки Хёка, аккуратненько через него перебираюсь и укладываюсь на бок, максимально прижимаясь к стене под иллюминатором с опущенной шторкой. Уф, надо же — поместилась!

В изголовье кровати торчит черная шляпа-колокольчик. Натягиваю ее себе на голову почти до глаз, и становлюсь видимой. А дальше в наглую не без труда отвоевываю для себе край одеяла, прикрывая уголком подбородок, и несильно толкаю парня, чтобы лечь посвободнее. Чонхёк поворачивается ко мне задницей и, с недовольным хрюком пихая меня, опять вжимает в стену.

— Да, блин же! Ты, вроде не толстый, а столько места занимаешь! Сдвинься уже, я уснуть не смогу!

— Однояйцевый?! Ах, ты… Сука-а! — Хёк-и в своем репертуаре.

— А можно при тонсене не выражаться? Поберечь мою тонкую натуру?

Чонхёк моментально разворачивается ко мне лицом, накрывая обоих одеялом с головой.

— Хёк-и, а ноги-то наши торчат из-под одеяла, если что. Две пары. И мои — в кроссовках!

— Так скидывай, чего ждешь? — парень шипит мне на ухо. — Каким ветром тебя на этот раз занесло? Опять сидел на берегу, ничего не предвещало?

— А ты откуда знаешь? — ухмыляюсь, типа, догадливый.

— Эх, какой же ты все-таки предсказуемый, Тэо! Даже обидно, честное слово. Придумал бы какую-нибудь новую байку что ли. Что за берег был на этот раз?

— Недалеко от грузового порта в Пусане. Подвинься чуть-чуть, мне неудобно!

— Можно подумать, мне удобно! Я тоже на боку, и жопа свешивается с краю. Тебе хоть падать некуда, а мне — есть. Втяни живот на раз-два и лежи, не шевелись. Что там за ор стоит?

— В туалете барабашка завелся.

— Кто?! Что за персонаж такой? Признавайся, ты нашкодил?

— А почему сразу я-то? — мотаю головой и краем шляпы ненароком «проезжаюсь» ему по носу, Хёк недовольно ворчит.

— Прекращай членовредительством заниматься! Сними, нафиг, эту панаму! — и сдергивает ее с моей головы, засовывая под подушку.

— Давай ноги прикроем, без