Зачем вы, девочки, красивых любите, или Оно мне надо? - Марина Рыбицкая

— Не подходи ко мне! Куда ты пошел? Стоять на месте! А-А-А-А-А!!! Только двинься — убью!!! А-А-А-А-А!!! — Я еще далеко не все ему рассказала. У меня был огромный словарный запас! Который я и продемонстрировала во всей красе и широте нецензурного лексикона.

— За тобой записывать нужно, — пытался шутить муж, держа меня за руку.

— Какого черта? — выдавила я, отключаясь мозгами от режущей внизу боли.

— Для потомков, — тихо ответил он, сопереживая.

Ну да! Нашел чем подбодрить!

— Для потомков?! Чтоб знали, как мамочка выражалась? Их что, много будет? А-А-А-А-А!!! Фигу тебе, сволочь шовинистическая! Обойдешься! Попа слипнется! Сейчас рожу этого потомка и та-ак тебя обласкаю!!! Забудешь, как детей делать!!!

Видимо представив процесс забывания воочию, Повелитель чуточку побледнел, следом покрылся алыми пятнами… в итоге дроу принял единственно правильное решение:

— Любимая, дыши! Раз-два! Раз-два!

Это он типа меня так отвлечь хочет? Остроумно!

— Мамочка-а-а-а! Сам! Сам дыши правильно!!! А я — как могу!!! И уже не могу!!! А-А-А-А-А! А-А-А-А-А!!!

— Нужно пустить кровь, — вмешался местный врач-коновал с дипломом садиста. Повитухи из его окружения согласно покивали.

— Уб-б-бью! — завопила я с новой силой и даже попыталась подняться, чтобы слово не расходилось с делом. — Вон!!! Чтоб ноги его рядом со мной не было! И акушерок пусть с собой прихватит!

Врача со товарищи немедленно вытолкали взашей под моим бдительным взглядом. И тут мое зоркое око углядело вопиющую антисанитарию — толпу народа в сапогах, натоптанные следы и кучки уличной грязи в родзале.

— Почему не провели заранее дезинфекцию?! — яростно возмутилась я, корчась в родовых схватках. — Полчища микробов вокруг! А ну, бегом вымыть пол и всем быстро надеть бахилы!

Оставшиеся в комнате муж и Машка тоскливо переглянулись, призадумались и без лишних споров выполнили требование измученной роженицы. Повозюкав по деревянному полу шваброй с тряпкой и заслужив мое молчаливое одобрение, они замотали ноги полотенцами.

— Так хорошо? — участливо спросила сестра, меняя на моем горячечном лбу влажную ткань.

— Сойдет, — пробурчала я, сдерживая крики — жалела сорванное горло. — А там в углу кто копошится?

— Шастамаш из тайной канцелярии… один из лучших в стране… — ответила она. — Не знаю, как лучше объяснить… Придворный маг? Лекарь? Знахарь? Шаман?

— И что он тут забыл? — проскрипела я, от боли со свистом втягивая воздух.

В это время маг проявил инициативу. Он подошел к кровати, на которой лежала роженица и в страданиях готовилась произвести на свет наследника. Рядом сидел Дар, терзаемый совестью, что он в свое время вполне принимал участие в процессе зачатия и даже получал от этого огромное удовольствие. Где-то рядом с родильным ложем отиралась Маша, тоже чем-то терзаемая, но мне сейчас было явно не до определений.

— Ваше величество дозволит мне облегчить ее муки? — склонился в низком поклоне маг.

И этот туда же! У кого-то «Маленький Мук», у меня бо-ольшие муки!

— Да! — выдохнула я. — Сделайте что-нибудь сейчас же или оставьте нас! Можете добить, я разрешаю.

О, какая я вежливая! С магами ссориться себе дороже! Превратит в лягушку, и доказывай потом, что ты не деликатес!

— Всегда к услугам вашего величества, — так же вежливо ответил пожилой дроу и проделал серию упражнений ушу, сопровождаемых речитативом. Его пальцы на особо громких пассажах выплетали странные фигуры и вытягивали из карманов бумажки с символическими рисуночками, которые он налепил по углам комнаты.

Как бы я скептически ни относилась к выкидыванию рук и ног в разные стороны и художественному кручению фиг, но помогло капитально. Боль прекратилась. Схватки ощущались как бы в отдалении.

— Спасибо, — облегченно поблагодарила я, но тут же предъявила претензии: — А почему раньше не помогли?

Маг снова склонился в поклоне:

— К сожалению, ваше величество не слишком восприимчивы к магии. Я до последнего мига опасался навредить вам и ребенку.

— Сколько я тут маюсь? — прохрипела я.

— Вторые сутки пошли, — ответила Маша.

— Слишком долго. Опасно для малыша, его сильно сдавливает, — сказал маг и кудесник. — Сейчас!

Он провел еще один заход с дыхательной гимнастикой и осторожно потянул рукой что-то невидимое. Его кисти охватило яркое голубое сияние. Оно облачком переползло на мой живот, ласково поглаживая и согревая, мягко впитываясь внутрь.

— Ой! — Я не успела удивиться, а меня уже накрыло новой волной режущей боли.

— Милая, тужься! — на два голоса уговаривали меня Маша с Дарниэлем. — Тужься сильней!

Знахарь прытко налепил мне свою бумажку на лоб и забубнил какой-то речитатив.

— А-а-а-а! — орала я.

Мне начал вторить тонкий крик:

— А-а-а-а-а!

Ребенок появился на свет!

— Дар, кто? — спросила я, вконец обессиленная.

— Мальчик! Мой сын и наследник державы дроу! — с гордостью ответил муж, разглядывая ребенка, которого держала Маша.

Наш сын! Законный продолжатель рода Повелителей. Ребенок, в котором было мое спасение от изматывавшей душу тоски. Я никогда не забуду своего первенца, но теперь мне есть ради кого жить.

— Покажите его, — попросила я.

Маша положила дитя мне на руки. Смотрела на недовольное сморщенное личико сына, на самое прекрасное и родное существо на свете и ощущала, как меня переполняет чувство нежности.

— Любимая, ты помнишь, что нужно сделать? — напомнил мне муж.

Протягивая сына Дару, я произнесла ритуальную фразу:

— Признаешь ли ты его своим сыном и наследником? Даруешь ли ты ему имя и принимаешь ли ты заботу о нем?

Дар снял синюю шелковую рубашку, бережно завернул ребенка и провозгласил:

— Я, Дарниэль, Повелитель дроу, признаю ребенка своим сыном и нарекаю его именем Аланиэль! Отныне он мой наследник по крови! Да услышат меня боги и благословят моего сына!

Набежавшие горничные споро поменяли постель. Закрывая цветастой ширмой, помогли отмыться и привести себя в порядок. На пару минут ко мне нахлынул поток придворных с многочисленными поздравлениями.

Устала. Спать. Двое суток родов измотали, отнимая много сил. Дрема сомкнула отяжелевшие веки. Я сквозь нее почувствовала поцелуй мужа и услышала:

— Айлонор! Берешь отряд стражей! Вместе с Манвэлиэль и няньками ты должен доставить сына в загородный домик. Когда жена отдохнет, мы привезем ее туда позднее. — Бархатистый голос произнес: — Спи, родная, отдыхай. Спасибо тебе.

Сон мягко повлек меня к себе. Обнимая теплыми добрыми руками, он баюкал на коленях и нес, покачивая на волнах, далеко-далеко. Очень хотелось пить, но не могла вынырнуть из тяжелого, полубредового забытья.