Кукла советника - Елена Литвиненко

– Увести.

Одна из девушек всхлипнула, когда ее рывком поставили на ноги, другая, увернувшись от рук солдата, бросилась мне в ноги, целуя подол сорочки.

– Госпожа, защитите! Ваше Высочество!

Стражник подхватил ее под мышки и выволок из покоев. Дуэнья, кажется, даже не поняла, что происходит, – отложила шитье и чинно последовала за своими конвоирами. Повинуясь взгляду графа, остальные солдаты покинули гостиную, став на страже у входа.

Йарра подошел ко мне, склонился, опершись о подлокотники кресла.

– Умница, – тихо сказал он. Сжал лицо в ладонях, заставляя поднять его, и по складам повторил, перемежая с короткими поцелуями: – Ум-ни-ца!

– Я скоро вернусь, – прошептал он. – Тебе привет и благодарность от Тимара.

Первое, что я сделала, после того как он вышел, – вытерла губы.

Я просидела в одиночестве почти до ночи; мое уединение нарушили лишь однажды – когда один из солдат принес поднос с едой и – я еще подумала, что Йарра рехнулся, – букет чайных роз.

В окно было видно, как разномастную толпу во дворе сковали и угнали в телепорт – на допросы, как солдат и рыцарей, носивших форму Дойера, увели обратно в казармы, оцепленные войсками графа. Бывшего Советника и его сына заковали в колодки и оставили на помосте, на том самом помосте, куда я ступила, переместившись из Лизарии в княжество.

Йарра вернулся, когда во дворе зажгли факелы, разгоняющие спустившуюся с гор ночь. Граф был не один – следом за ним в покои вошла перепуганная служанка, несущая на вытянутых руках платье, и человек неопределенного пола с тяжелой, судя по кособокой фигуре, сумкой на плече.

– Так весь день и просидела? – удивился Йарра. Отобрал плед, в который я куталась, с интересом рассматривая ночную сорочку. – Мы приглашены на ужин к князю, у тебя есть два часа, чтобы собраться. Хотя я бы с удовольствием остался здесь. – Он понизил голос, положив горячую ладонь мне на бедро.

Я выскочила из кресла и убежала в ванную, сопровождаемая смехом графа. Служанка помогла мне вымыть волосы, высушила их, вытирая и аккуратно расчесывая. С поклоном протянула чулки, которые я надела, не снимая банного халата. Хотела уйти в гардеробную или хотя бы за ширму, но граф покачал головой.

– Здесь. Арий, выйди, – приказал он человечку с сумкой.

Тот покорно поклонился и, оставив свой баул, покинул покои.

Сложнее всего было надеть подвязки – халат тяжелый, с пышными полами, и вид выставленной из-под него ноги в белом чулке показался мне не менее развратным, чем вид проституток в «Голубке». На Йарру я не смотрела.

– Нижние сорочки на второй полке слева, – сказала я служанке.

– Это п-платье, – заикаясь, ответила девушка, – нужно н-носить без белья.

Округлившимися глазами я уставилась на графа. Тот медленно кивнул.

– Не переживай, у него плотная подкладка. И не тяни время, Лира. Я уже видел тебя без одежды.

Меня затрясло. Алый шелк платья, отсутствие рубашки и панталон совершенно четко указывали на то, что ждет меня ночью. Или, если не подчинюсь, прямо сейчас.

Отвернувшись, я сбросила халат и спешно нырнула в подаренный Йаррой наряд. Служанка оправила юбку и начала шнуровать корсаж. С каждым стежком шнурка грудь поднималась все выше, визуально увеличившись с помощью кроя и оборок, пришитых с внутренней стороны, чуть ли не втрое. Голые руки, голые плечи, полуоткрытая грудь в глубоком прямоугольном вырезе, складки сзади, делающие мой зад пышнее. Боги, кошмар какой!

Волосы мне завили и подняли наверх, выпустив несколько локонов, а потом вернувшийся кривобокий Арий усадил меня на табурет и попросил зажмуриться. Лица касались невесомые пуховки, щекотные кисти, жесткие щеточки. От пудры хотелось чихать.

– Готово, госпожа.

– Можете идти, – отпустил слуг Йарра.

Обошел вокруг табурета, внимательно осматривая меня, и протянул ладонь. Я вложила в нее чуть подрагивающую руку.

– Холодная совсем… – Граф поднес мои пальцы к губам, поцеловал. – Мерзнешь?

Я отрицательно покачала головой.

– Хочешь посмотреть, что получилось?

Я кивнула, освобождая руку, и засеменила в гардеробную, где стояло большое, в рост человека, зеркало.

– Ох…

Женщина в отражении была старше меня лет на десять. Высокие острые скулы, острый подбородок, острый нос, лихорадочно горящие глаза кажутся огромными из-за краски на веках. Грудь – просто мечта, я даже недоверчиво пожила руки на корсаж, ощупывая такое богатство. Да и сзади ощутимо прибавилось.

– Зачем? – спросила я подошедшего графа.

Тот скривился.

– Я не хочу воевать за тебя с Луаром. Сегодня – грим, а к завтрашнему утру Сибилл изготовит амулет, держащий на тебе иллюзию.

Йарра обнял меня со спины, целуя шею.

– Я тебя никому не отдам, Лира, – выдохнул он. – Ты моя и только моя!

Его слова пугали меня гораздо больше возможного внимания со стороны князя. Фаворитки и фавориты Луара сменяли друг друга каждый месяц, а Йарра… Йарра собирался владеть мною вечно.

Йарра, Стефан, Джайр… Проклятый флер!

Граф достал из кармана бархатный мешочек и вытряхнул на ладонь колье из мелких рубинов, нанизанных на двойную золотую цепочку.

– За твою неоценимую помощь, – улыбнулся он, застегивая украшение на шее.

– А Алан? – тихо спросила я.

Колье чуть не стало удавкой. Задыхаясь, я откинула голову назад, но Йарра быстро справился с собой, лишь в зеркале мелькнул похожий на волчий оскал.

– Алан Ривейра освобожден из тюрьмы и отправлен нести службу во флоте.

– Спасибо.

– Идем, нам пора.

Весь вечер Йарра не отпускал меня от себя, крепко держа за локоть, даже когда представлял князю и его свите. Мне аплодировали, в мою честь произносили тосты. Его светлость наградил меня тремя сотнями золотых за верную службу короне и пригласил ко двору. Спешно прибывшие Третий и Четвертый Советники льстиво улыбались Йарре, превозносили красоту и ум его воспитанницы, а мой взгляд постоянно соскальзывал с лоснящихся от духоты лиц на темные провалы окон, к помосту, окруженному горящими факелами.

Принцессу привели. Настоящую – худенькую, почти прозрачную синеглазую девочку со светлыми волосами и фигуркой эльва. Забавно, но мы действительно оказались похожи, как сестры. «Вы, лизарийки, все одинаковы», – вспомнила я слова Йарры.

– Господа, позвольте представить вам леди Эстер Клариссу Виниру Русси, младшую принцессу из дома Русси, сестру Айвора Третьего, короля Лизарии и Смежных Гор, будущую жену моего сына и наследника, – картинно приложился к ее руке Луар. – Ближайшие годы она проведет под опекой княгини.

Был ужин, были музыканты, были, не поверите, даже танцы. Пляски, устроенные практически на костях, стали для меня шоком – на стенах, на колоннах местами все еще были видны темные пятна крови родственников Дойера. С Луаром я танцевала дважды, и после второго менуэта мне захотелось помыться. Липкий сластолюбивый взгляд князя оставлял почти физическое ощущение грязи, даже грубые ласки Йарры не вызывали у меня такой гадливости, как шарящие в вырезе масляные глаза его светлости.