Маска для канцлера - Ольга Валентеева

«Хитришь?»

— Даже если так, тебе-то какая разница?

Тьма обиженно замолчала, а я нанес последнюю печать. Отлично, теперь проверка. Надел маску. На месте не испепелило — уже хорошо, поэтому пошел искать Лессу. Так сказать, проверять маску в действии. Сама затея была глупой, но чем не тренировка? С другой стороны, не такой уж и глупой.

Лесса нашлась на кухне — варила для меня очередной отвар под пристальным вниманием пожилой кухарки. Кухарке, видимо, не нравилось вмешательство посторонних в её вотчину, но она молчала, потому что слово Феона было законом, а Феон разрешил. Кстати, от отвара я надеялся отвертеться — после него постоянно клонило в сон, а мне нужна была трезвая голова.

— Эд? — Лесса удивленно подняла голову, но по поводу маски промолчала. — Что-то случилось?

— Почему сразу должно было что-то случиться? — усмехнулся я. — Нет, все в порядке. Я просто хотел с тобой поговорить.

— Подожди минутку. Я почти закончила.

— Не желаю ждать, — ответил ей и пошел обратно в комнату. Как и ожидал. Лесса тут же ринулась за мной.

— Ты — невозможный человек! — заявила с порога.

— Подожди, — заставил её остановиться посреди спальни, а сам запер дверь, чтобы никто не мешал.

— Эд, ты пугаешь меня, — Лесса не на шутку встревожилась. — Это хоть ты? Не Тьма?

— Не Тьма, я же в маске.

— Кстати, зачем?

— А вот зачем.

Я чувствовал себя нашкодившим школяром, когда перехватил Лессу за талию, привлек к себе и поцеловал. От неё пахло травами и почему-то лесом. Мне нравилось. Все в ней нравилось, но я боялся называть это чем-то большим. Мне хватало решимости на любые безумства, кроме одного.

«Тьма?» — позвал мысленно.

Тишина! Отлично!

— А теперь попробуй позвать Тьму, — попросил Лессу.

— Тьма? — робко попыталась она.

Тихо! Получилось.

— Эд, ты что с ней сделал?

— Всего лишь ограничил видимость и возможность вмешиваться с комментариями. Так что больше нам никто не помешает.

Лесса сразу поняла, о чем я, потому что покраснела и отвела взгляд. Мне о многом хотелось бы ей сказать. Например, о том, что рядом с ней холод Тьмы отступает, что удивительно, ведь он всегда со мной. Или о том, что без неё не выжил бы — и ценил это. Но слова никак не могли сложиться во фразы. Невиданное для меня событие. Зато я мог целовать её — снова и снова. Чувствовать, как под кожу будто проникает тепло. Я желал быть с ней здесь и сейчас, но Тьма была права. Если потом со мной что-нибудь случится…

— Эд, — Лесса на миг отстранилась.

— Что? — Не сразу понял, почему.

— А ты не мог бы добавить на маску такие заклинания, которые мешали бы тебе думать?

Я рассмеялся. Да уж, опять нырнул куда-то не туда. Подхватил Лессу на руки и закружил по комнате.

— Отпусти! — Она зря пыталась вырваться. — Пусти немедленно!

— Не пущу!

— Эдмонд, я прошу тебя. Ну, поставь же меня на пол. — Добыча взмолилась о пощаде.

— Нет уж, любовь моя. Я никуда тебя не отпущу.

Но тут же опроверг свои слова, потому что поставил на пол и покрыл поцелуями её лицо. Лесса не отстранялась. Наоборот, потянулась ко мне. обвила шею руками. Возможно, мы делали глупость. Только наша жизнь могла оборваться в любой момент. Кто знает, что придет в голову Вендену или Затрии? Не хочу ни о чем жалеть. И, судя по отклику Лессы, она тоже жалеть не желала. Прижималась сильнее, гладила грудь, плечи. Она была смешная и такая живая, что рядом с ней я тоже чувствовал себя более живым, чем за последние восемь лет.

— Эд… — на мгновение прервала поцелуй. — Я нашла твое письмо.

Вот теперь отстранился я. Стало неловко, потому что тогда, когда его писал, я был почти уверен, что умру. И сейчас я бы предпочел забрать конверт назад.

— Ты… написал там правду? — осторожно спросила она.

— Конечно. Я не бросаю слов на ветер.

— Тогда…

— Я люблю тебя, Лесса. Да, мне это не нравится, потому что никто не знает, что нас ждет дальше. Но глупо отрицать очевидное. Я тебя люблю.

— И я тебя. — Лесса доверчиво прильнула ко мне, сама потянулась за поцелуем. Провела пальцами по маске. — А другого способа точно нет?

— Пока не придумал.

— Подумай. Я хочу видеть твое лицо.

Я опустил её на кровать. Теплая, удивительная. И за что мне она? Или, лучше, за какие проступки ей я?

— Люблю тебя, Эдмонд Фердинанд Лауэр, — шепнула Лесса.

— И я тебя, Алессия Адано. Люблю.

Уже вечерело. Мы лежали рядом под тонким одеялом и смотрели, как на мир опускается тень. Лесса прильнула к моему плечу и вырисовывала пальчиком узоры на груди. Я же чувствовал себя снова цельным, а не разобранным механизмом, в котором не хватает деталей. Но я должен был быть с ней честен до конца.

— Лесса, я завтра пойду на казнь.

— Что? — Она приподняла голову. — Нет, Эд! Не надо!

— Надо. Я должен. Этот человек заплатит по моему приговору.

— Нет, по моему.

— Тьма принадлежит мне. Здесь не о чем спорить, не находишь?

— И не собиралась, но тогда я пойду с тобой.

— Я бы этого не хотел. Только разве тебя можно отговорить?

— Нельзя, так что не пытайся. — Лесса украдкой вздохнула. — Я знала, что ты решишь нечто подобное, но не понимаю, зачем тебе себя мучить. Ты и так слишком дорого заплатил за несправедливый суд.

— Мне это необходимо. Понимаешь? Я хочу понять для себя, куда дальше идти. А для этого надо покончить с прошлым.

Лесса кивнула и прижалась сильнее.

— Ты справишься. Иначе и быть не может. Нет, не так. Мы справимся. Выжили в телах друг друга. Разве стоит отступать теперь?

— Ты забавная. — сказал ей. — Но — ты права.

Она действительно была права. Вот только мне хотелось верить, что худшее позади. Верить. А знал я совсем другое — что наши неприятности никуда не делись, затаились на пару дней, пока кто-то умирает за меня. И ждут, когда пробьет их час.