Дорога висельников - Наталья Резанова

– Договорились. Серк, проследи, чтоб мэтра Перегрина снабдили в дорогу всем необходимым, и передай городской страже, чтоб Перегрина и его спутников впускали и выпускали беспрепятственно. И вели Лему оседлать коня.

– Да, мула я пока оставлю у вас. И часть поклажи тоже. Поскольку, в отличие от нашей Аглавры-Мадженты, и впрямь намереваюсь вернуться.

– Честно говоря, Перегрин, – сказал Роуэн, когда Серк направился исполнять приказания, – мне неловко загружать такого человека, как вы, дополнительными трудами…

– Оставьте. Вся эта нынешняя суета мешает мне в той же степени, что и вам. Ибо отдаляет достижение нашей главной цели. Вы думаете, я позабыл о ней? Нисколько. И чем скорее мы покончим с этими шпионами и головорезами, тем скорее я смогу вернуться к мосту.

…Может, Клаттербак и не блистал сообразительностью, но был не глухой и не слепой. И выразился по поводу того, что Ивелин «спутался с карнионской шлюхой», с истинно солдатской прямотой. Если он думал этим смутить Отто-Карла, то глубоко ошибся.

– Неужели вы считаете, что я делаю это ради собственного удовольствия? – холодно спросил он.

Клаттербак именно так и считал. Сказать по правде, он не понимал, зачем еще нужно спать с женщиной. И не нашелся с ответом.

– А как, по-вашему, еще можно войти к ней в доверие и выведать все, что ей поручено? Где еще женщина будет разговорчивей, чем в постели?

Клаттербак хмыкнул. Возразить, в общем, было нечего.

– Ребята недовольны, – сказал он. – Они тоже хотят поразвлечься.

– Если им так неймется, пусть поищут девок в соседней деревне.

– Здесь поблизости нет деревень.

– Так наведите порядок! Командир вы или нет?

Командир, как же. Клаттербак привык иметь дело с дешевыми шлюхами или деревенскими бабами, и он просто завидует, что другому досталась женщина получше. Однако Отто-Карл говорил правду насчет того, что он стремился выведать у Аглавры подробности ее задания (по крайней мере, он в это верил). И прилагал для этого все усилия. А усилий требовалось больше, чем с какой-нибудь холодной толстомясой дворянкой из Эрденона, которая должна была оплатить торжественный обед для академии «Эордия», или девкой с Канальной, считавшей, лежа на спине, мух на потолке. Он даже не подозревал ранее в себе таких способностей. И вынужден был признать, что у южанок не зря сложилась определенная репутация. Она умела не только пробудить в мужчине силы, но и поддержать их. Проводя долгие часы в келье Ивелина, она немало заботилась о его удобствах, и даже безвкусная стряпня с кухни Хэла, после того как она попадала в руки Аглавры, приобретала определенную пикантность. Так что эти труды были не лишены приятности, совсем не лишены. К тому же они принесли определенные плоды. Она призналась ему, что здесь носит вымышленное имя, и открыла настоящее – Маджента ди Кабра. Поскольку Отто-Карл не разбирался в южных родословиях, она пояснила:

– Ди Кабра принадлежат к числу старых семей. Вы знаете, что это значит?

Он не знал.

– Это что – какое-то южное выражение?

– О да. Такое понятие существует только в Карнионе. Это издавна самые почитаемые семьи Древней земли. Они ведут свое происхождение от коренных жителей Карнионы Прекрасной, обитавших здесь задолго до прихода эрдов и до того, как был заложен Тримейн, тысячи лет назад. В их жилах течет самая чистая кровь, ибо никогда она не смешивалась с кровью простолюдинов. Разумеется, с течением столетий старых семей становилось все меньше, и сейчас их почти не осталось. И, увы, в нынешней Карнионе, где больше всего ценят деньги, старые семьи вынуждены были уйти в тень.

– Они не богаты?

– В какой стране достойные люди бывают богаты? Вернее, их богатство заключено не в деньгах. Старые семьи сохраняют свое влияние… и обычаи.

Последнее слово она произнесла с особым нажимом.

– Обычаи?

– Люди из старых семейств обладали знаниями… совсем особыми знаниями… некогда из-за этого считалось, что они одарены волшебными талантами. В особенности этому обучали женщин из старых семейств. Таков обычай. Вот почему адмирал так старался привлечь меня к своим делам в Открытых Землях.

Конечно, Отто-Карл не мог оставаться в долгу. Он рассказал ей о Веллвудах-Ивелинах, блистательном старинном семействе придворных и дипломатов. О кознях побочной ветви рода, из-за которых Ивелины лишились некоторой части владений. О том, что это не помешало Отто-Карлу возвыситься при дворе и сделаться доверенным лицом канцлера. А возможно – очень возможно, – он займет вскоре еще более высокую должность.

Он нисколько не преувеличивал. Может быть, самую малость приукрашивал действительность. Но не мог же он, в самом деле, допустить, чтоб Ивелины в чем-то уступали ее кичливой южной родне. А связями этой родни надо воспользоваться, непременно надо…

И не только связями. Кое-что в рассказе Аглавры, то бишь Мадженты, зацепило внимание Отто-Карла. Похоже, он нашел свои «тайные знания» там, где и не думал искать. И он их получит. Не зря же он так старался, не зря она не может ни в чем ему отказать.

В крайнем случае он заключит с ней сделку.

И устроит так, что условия сделки будут для него самыми выгодными.

События пошли не совсем так, как предусматривал план. Наверное, это свойство всех планов. То есть поначалу, как договаривались, Сигвард с Мейнером выбрали пять человек, способных осуществить изначальный замысел – перелезть через стену и убрать часовых. Возглавить их должен был все тот же Кремешок. Затем Сигвард и остальные должны были ворваться в монастырь. Прикрытие полагалось обеспечивать Ингозу и Мейнеру. Оба хорошо владели оружием и умели обращаться с гранатами.

Однако лезть на стену не пришлось.

Ночь, выбранная для штурма, благоприятствовала тому, чтоб можно было подобраться вплотную к стенам. Тучи, затянувшие небо, скрывали и луну, и звезды. Только слышно было, как неизменный зимний ветер гуляет в ветвях деревьев. Но затем послышался другой звук. Открылась калитка в воротах, оттуда выбралось несколько человек, и из привратницкой (прибежища несчастного брата Форгала) донеслось:

– Ну, смотри, Джок, ты обещал! Не будет дури – все Клаттербак узнает!

Окошко привратницкой захлопнулось. Покинувшие монастырь – их было шестеро – устремились по тропинке в сторону Галвина.

– Берем сукиных детей? – шепотом спросил Мейнер.

– Пусть подальше отойдут, – ответил Сигвард.

Он велел Кремешку и еще десяти разбойникам следовать за ним, остальные должны были ждать.

Шестеро – беглецов? дезертиров? – поспешали по тропинке, переговариваясь на ходу.

– …а что? Мы типа на разведку пошли… И разве нет?

– А если спросит – почему ночью? Почему не сказались?

– Кто же днем на разведку ходит. А потом, он сам разрешил. Сказал, пусть ищут себе девок в ближайших поселениях. А ближе Галвина тут ничего нет.