Любимая ведьма - Антон Медведев

Ведьма небрежно взмахнула рукой — земля содрогнулась, рядом с Геной появилась трещина. Она тут же разошлась, Гена с ужасом почувствовал, что проваливается в разверзшуюся под его ногами бездну. Судорожно рванувшись, навалился на край трещины грудью. Он не упадет, он держится…

Он бы и в самом деле удержался — если бы не ведьма. Она подошла ближе, Гена увидел перед лицом изящный кожаный сапожок. Мгновение спустя этот сапожок сильно толкнул Гену в лицо. Закричав, Гена скользнул вниз, но снова уцепился за край провала — на этот раз пальцами. Затравленно глянул вверх — и встретился взглядом с ведьмой.

— Ну так как, Гена, будем мы признавать свои ошибки? — спросила та. — Решай, Гена. У тебя еще есть шанс.

Она говорила правду, Гена это чувствовал. Но его гордыня и на этот раз не позволила ему спасовать перед какой-то девкой.

— Да пошла ты… — прохрипел он, судорожно цепляясь за край. — Стерва…

— Так я и думала, — с притворным сожалением вздохнула ведьма. — Что ж, Гена, я сделала все, что могла. И учти, это еще не конец. Для тебя все только начинается. А теперь иди, там тебя ждут… — С этими словами ведьма наступила Гене на пальцы. Затем, видя, что Гена все еще цепляется, ударила его по пальцам носком сапожка. Не удержавшись, Гена с криком полетел вниз…

Это было страшное падение. Сжавшись в ожидании неминуемого удара, Гена летел в пропасть, а дна все не было. Казалось, это будет длиться целую вечность. Но не длилось — внизу что-то мелькнуло, и Гена с жутким криком врезался в дно провала.

Странно, но он остался жив. Приподняв голову, Гена огляделся. Он лежал на дне каньона, слева и справа вздымались отвесные стены. Было довольно светло — ровно настолько, чтобы Гена сумел различить впереди какое-то движение. Там что-то двигалось, и это что-то медленно приближалось. Гена уже слышал тяжелое дыхание монстра, чувствовал его тяжелую поступь. Сейчас оно будет здесь. Осознав это, Гена вскочил и бросился прочь.

Увы, убежать далеко ему не удалось. Впереди высилось что-то странное, Гена невольно замедлил шаг.

Это оказалось какое-то растение — большое, высотой с трехэтажный дом. Или не растение — скорее, оно напоминало огромный морской полип с многочисленными чашечками-цветками. Только лепестки этих цветков оканчивались щупальцами, они неприятно шевелились. Толстое красноватое тело полипа подрагивало, оно было склизким и очень вонючим — Гена с содроганием ощутил отвратительный запах. Оглянулся — догонявший его монстр приближался. Снова взглянул на преградивший дорогу полип. Если поторопиться, то можно успеть пробежать.

Выбора не было, и Гена бросился вперед. Он почти пробежал, когда полип, неожиданно ловко изогнувшись, склонился и схватил Гену увенчанным щупальцами цветком. Гена закричал.

Именно в этот момент и начался настоящий ужас. Гена почувствовал, как огромный плотоядный цветок приподнял его, развернул ногами вниз и начал медленно проглатывать. Тут же пришла боль — чудовищная, нечеловеческая. Что-то медленно и неудержимо начало пожирать его плоть — Гена визжал и бился, пытаясь высвободиться из объятий чудовища. Но ничего не получалось, с каждой минутой монстр заглатывал его все глубже и глубже. Вот мелькнули последние блики света, подрагивающий розоватый купол сомкнулся над головой Гены. Его отчаянный крик стал совсем глухим…

Если бы Гена мог сейчас умереть, он с радостью отдался бы в объятия смерти. Но время шло, а смерть все не приходила. Это была бесконечная пытка — Гена чувствовал, как чудовище поедает его плоть, очередной припадок ужаса вызвали коснувшиеся лица щупальца. Скользнув по щекам, они дотянулись до глаз, Гена снова завизжал, не в силах вынести этот ужас. Сначала чудовище выпило один его глаз, потом, словно передохнув, второй. Гену накрыла темнота, и темнота эта была полна боли. Затем что-то скользнуло в рот — Гена замычал, попытался перекусить заползающее в него щупальце. Но тщетно — заполнив рот, щупальце скользнуло по пищеводу вниз, Гену сотрясла очередная волна ужаса…

Казалось, эти мучения продолжались целую вечность. Гена знал, что от него уже ничего не осталось, что его «я» — это пропитанный болью и ужасом осколок сознания. Затем и на этот осколок сознания навалилось что-то тяжелое, и Гена с невольным облегчением провалился в обступившую его пустоту…

Он проснулся не с криком — с сиплым воплем. Вскинулся на кровати, судорожно вцепившись в одеяло, испуганно огляделся. Его бессмысленный, полный боли взгляд беспомощно шарил вокруг. Гену трясло, как в лихорадке, из открытого рта на одеяло сползла струйка слюны.

— Ты чего, Гена? — лежавшая рядом девица испуганно смотрела на своего кавалера. — Приснилось что?

Во взгляде Гены появилась какая-то толика осмысленности.

— При-сни-лось… — по слогам произнес он, пытаясь унять дрожь. — Это… был… сон?

— Я здесь, Гена, все нормально… — попыталась утешить Гену девица, взяв его за руки. — Все в порядке.

— Всего лишь сон… — Гена судорожно всхлипнул. — Сон…

— Бывает, Гена. Бывает. Успокойся. Мне тоже иногда кошмары снятся.

— Это хуже, чем… кошмар… — ответил Гена, пытаясь унять сотрясавшую его дрожь. — Хуже… — Гена внезапно заплакал. Его сотрясали рыдания, он обнял девицу и уткнулся ей в грудь.

— Ну не надо, Гена… Не надо…

— Это все она… — сквозь рыдания пробормотал Гена. — Она, сучка… Ненавижу гадину…

— Ты о ком? — не поняла девица.

— Это ведьма… Настоящая ведьма, живая… То есть… мертвая… но… все равно живая… — Гена всхлипнул, потом и вовсе закрыл лицо руками и зарыдал.

Девица внезапно вскрикнула, ее тело напряглось. Гена взглянул на нее, и испуганно отшатнулся.

Лицо девушки побледнело, глаза закатились, дыхание сгало мелким и хриплым. Это длилось считаные секунды, затем девица внезапно расслабилась. Опустив голову, несколько секунд сидела неподвижно, затем медленно выпрямилась и взглянула на Гену. И взгляд этот растворил в Гене все остатки мужества.

Это был ее взгляд. Взгляд ведьмы. Гена без труда мог бы узнать его среди тысяч других.

— Что скажешь, Гена? — спросила девица, ее голос был полон силы. — Я легко могла бы убить тебя, но мне это просто не нужно. Да и смерть для тебя слишком легкое наказание. Я сделаю по-другому, Гена, я разрушу твою жизнь, я превращу тебя в ничто. Ты проклянешь тот день, когда связался со мной. Вижу, ты любишь смазливых девушек, — что ж, тем лучше, я превращу тебя в импотента. Желание останется, а возможностей уже не будет. И это только начало, Гена. Я пущу твою жизнь по другой колее. Колесо судьбы повернется, тебя будут везде преследовать неудачи и несчастья. Ты потеряешь все, что имеешь, от тебя отвернутся все, кого ты знал. Ты станешь ничтожеством, Гена. И однажды настанет день, когда ты сам сунешь голову в петлю. Ты неудачник, и этим все сказано. Тем не менее у тебя все еще есть выбор — если искренне признаешь свои ошибки и извинишься. Прямо сейчас, Гена. И учти, я не люблю долго ждать. — Ведьма в упор взглянула на Гену, тот опустил голову и затрясся в беззвучном плаче.