Сердце тени. Том 2 - Екатерина Стадникова

– Дэниэл не умеет «приставать», из них на это способен только Бэн, – со знанием дела сообщила та. – Подозреваю, что случилось.

– Он пригласил ее танцевать! Видел, что я стою рядом, и все равно пригласил! – возмутился мальчишка. – Мало того, что мне пришлось постоять среди пищащих девиц, еще и это! Чего хорошего в орущих под гитарный бой сопляках, вообразивших себя не понять кем?!

– Приревновал, да? – Робин широко улыбнулась. – Братья Блэкли здорово поют, а завидовать плохо и нечему.

Она снова отвернулась к столу, чтобы взять очередную конфету.

– Успокойся. Девочки время от времени уходят… попудрить носик и все такое, а ты сразу поднимаешь шум, – бросила Би. – Где вы расстались?

– На другом конце зала, – виновато признался Клаус.

– И давно ты «в поисках»? – ехидно осведомилась Робин.

– Минут пятнадцать… не засекал. – Он уже чувствовал себя идиотом.

– Эмьюз наверняка сама тебя ищет, – пожала плечами девочка. – Совет: перестань бегать и постой на месте. Если она не найдется – вместе поищем.

Би изо всех сил пыталась заставить себя доверять этому мальчишке. Жестокость и какая-то старая обида настолько глубоко сидели в нем, что не заметить их могла только околдованная Тень, ничего не понимающая в людях. За годы в пансионе Робин перевидала десятки таких изувеченных жизнью и опознавала их безошибочно даже в толпе, по одному выражению глаз.

– Не боишься растолстеть? – глупо пошутил Клаус.

– Нет, – мотнула головой она и забросила еще конфету в рот. – Разве что сыпью покроюсь, но раз в год можно!

– А как же рождество? – Беседа уже казалась непринужденной.

– Рождество – это дома, а мама мало того, что воинствующая вегетарианка, так еще и поборница здорового образа жизни, в который шоколад, по ее мнению, не вписывается, – вздохнула Би. – Из всех сладостей у нее только печеный чернослив и тыква с медом! Ненавижу мед и чернослив!

– А я люблю и то, и другое, – признался мальчишка.

– Приезжай к нам на рождество, мама сойдет с ума от счастья! – ляпнула, не подумав, она.

– Сама сказала, рождество празднуют дома. – Скорее всего, Клаус заметил досаду. – А у меня есть дедушка.

Нужно было срочно сменить тему.

– Что-то ты мрачный! Вот, конфетку съешь! – Робин ткнула ничего не подозревающего собеседника сильно подтаявшим сладким шариком в губы.

– Не хочу. – Он предпринял попытку утереться, но только сильнее вымазался.

Нелепость ситуации все-таки заставила улыбку появиться на серьезном смуглом лице.

– Спасибо. – Мальчишка отвел взгляд.

– За шоколад? – хихикнула Би.

– За то, что никому не рассказала о… том, кто я, – вдруг произнес он.

– Прекрати, – отмахнулась та. – Если кто-то сначала умирает, потом воскресает под другим именем– значит, на то есть веские причины, которые никого не касаются, в том числе и меня. А раз уж ты так признателен, позволь задать вопрос? Только ответь честно.

– Все, что угодно! – кивнул Клаус.

– Ты ее правда любишь? Вот прямо любишь-любишь? – Девочка проклинала свою прямоту. – Пойми, ты иногда ведешь себя… как дурак. И ей больно.

– Стоп! – оборвал тот. – Дай ответить. Одной моей тайной больше, одной меньше… Да, я люблю ее. Я… никогда раньше никого не любил.

Робин закашлялась.

– Говоришь, сколько тебе настоящих лет со всеми твоими путешествиями? Девятнадцать? И у тебя не было девушки? – Голубые глазищи уставились на него в полном недоумении.

– Какие девушки! – простонал Клаус. – У меня был и есть дедушка! Ты, наверное, не представляешь, какой он… беспомощный. Господин Отто не на каждый стул может влезть без стремянки. Заботиться о нем здорово! Я не жалуюсь, не подумай. Просто большую часть времени я провел с дедом, а он не особенно радуется посторонним, когда работает над чем-нибудь.

– Тогда все ясно, – облегченно вздохнула Би. – Ты не злодей и не гад, а просто нескладеха немного.

– Обласкала! – присвистнул мальчишка. – Еще одно такое заявление, и я стану для тебя персональным злодеем и гадом.

– Кроме шуток, – прищурилась Робин. – Я готова была следить за тобой круглыми сутками и придушить голыми руками, если бы ты попытался… обидеть Эмьюз.

– Вот почему ты постоянно торчишь поблизости, – он криво усмехнулся. – А я уже начал подозревать, что и ты в меня… Даже хотел при случае сказать, что между нами ничего не будет.

Девочка от души расхохоталась! Если задаться целью изобразить человека, менее всех остальных похожего на ее будущего супруга, – выходил Никодемас, он же Клаус.

– Хорошо, что до таких объяснений не дошло! – утирая слезы, смеялась она. – Я знаю свою судьбу. И скоро встречу парня, который станет моим мужем.

– Золотой Чарли? – Слова вырвались сами собой.

Робин остолбенела. Она пребывала в твердой уверенности, что никогда никому не говорила об этом. В школе у девочки не было настолько близких друзей, чтобы делиться чем-либо. Если посмотреть правде в глаза, тогда у Би не было друзей вообще. Одноклассники издевались над ней и звали «тютей»!

– Что с тобой? – заволновался Клаус. – Подавилась?

– Откуда ты знаешь? – страшным шепотом спросила Робин. – Про Чарли…

– Оно как-то само… – Мальчишка не понимал, чего ждать.

– Вот теперь бессмысленно отрицать, что мы не просто одноклассники. – Би достала платок и начала деловито оттирать шоколад со щеки Клауса, сокращая дистанцию, чтобы он гарантированно не пропустил ни словечка. – Я не стала бы рассказывать о своей судьбе кому попало. Мы либо друзья, либо, как вариант: ты выведал все под пытками.

– Даже если мы и не были друзьями, – он неловко отстранился, – сейчас наверняка ими стали.

Робин почувствовала, что вот-вот расплачется. Она обняла вредного мальчишку, как брата.

– Ты хороший, – прошептала Би. – Желаю, чтобы вы… были счастливы!

– Прекрати, я в подвал провалюсь от смущения! – Клаус похлопал девочку по спине. – Тебе того же! Нет? Когда вы познакомитесь-то?

– Точно не скажу. Знаю, что в первую встречу Чарли будет целиться в меня из старинного ружья, но не убьет! – Любой другой наверняка признал бы ее чокнутой, но Робин неожиданно поверила мальчишке с горячим сердцем, закованным в шипастую броню.

– Бездна романтики. – Плечи Клауса сотрясались в беззвучном смехе.

– Пойдем искать Эмьюз? – предложила она.

– Пора бы… – согласился тот.

* * *

Тень не верила глазам… Все самые страшные подозрения подтвердились. Как выглядит предательство? У него перемазанные шоколадом щеки и… губы. Оно радостно улыбается, обнимается и держится за руки!