Стража! Стража! - Терри Пратчетт

Он натянул тетиву до самого уха и засопел.

– Отлично, – тяжело просвистел он, рука у него дрожала от напряжения, как ветка под порывами ветра. – Видите, вон там, крыша Гильдии Воров?

Они попытались разглядеть что-нибудь в дымном, засоренном воздухе.

– Та-ак… – продолжал Колон. – А теперь видите там, наверху, флюгер? Ну, разглядели?

Моркоу бросил взгляд на наконечник стрелы. Тот раскачивался во все стороны, выписывая кренделя.

– Далековато будет, – с сомнением в голосе произнес Шноббс.

– Не твое дело, смотри на флюгер, – прохрипел сержант.

Шноббс с Моркоу ответили согласным кивком. Флюгер был выполнен в форме крадущегося человека в длинном плаще, и кинжал бандита всегда был обращен навстречу дующему ветру. С такого расстояния фигурка казалась совсем крошечной.

– Хара-шо, – тяжело дыша, проскрежетал Колон. – А теперь видите у флюгера глаз?

– Ну ладно, хватит, – не выдержал Шноббс.

– Заткнись, заткнись, заткнись! – простонал сержант. – Вы его видите, я спрашиваю?!

– Кажется, я вижу, сержант, – решил не спорить Моркоу.

– Хорошо. Прекрасно. – От усилий сержанта качало из стороны в сторону. – Это здорово, что ты видишь. Молодец, мальчик. Отлично. А теперь смотри внимательно.

Издав еще один хриплый стон, он выпустил стрелу.

Несколько событий произошли с такой скоростью, что описать их можно только в режиме стоп-кадра. Вероятно, первым из них был удар тетивы о мягкую внутреннюю сторону запястья Колона, в результате чего сержант громко завопил и выронил лук. Это, однако, уже никак не повлияло на маршрут следования стрелы, которая летела прямиком в горгулью, украшавшую крышу здания напротив. Ударившись об ухо горгульи, стрела отскочила, затем отрикошетила от стены в шести футах от горгульи и со слегка возросшей скоростью устремилась обратно, в сторону Колона.

С шелковым гудением стрела просвистела рядом с сержантским ухом, после чего сгинула где-то за городскими стенами.

Несколько мгновений спустя Шноббс кашлянул и бросил на Моркоу взгляд, полный простодушного любопытства.

– Слушай, – спросил он, – а эти самые язвимые органы – они у дракона большие?

– О, язвимые места, как правило, совсем крошечные, – обнадежил Моркоу.

– Этого я и опасался, – кивнул Шноббс. Подойдя к самому краю крыши, он указал вниз. – Тут рядом есть пруд, – продолжал он. – Его используют, чтобы охлаждать воду в перегонных кубах. По-моему, он довольно глубокий, так что, когда сержант выстрелит, можно будет туда прыгнуть. Что скажешь?

– Но это ведь не понадобится! – воскликнул Моркоу. – Потому что счастливая стрела сержанта попадет дракону в язвимое место, тот скончается, и нам больше не о чем будет беспокоиться.

– Само собой, само собой, – поторопился согласиться Шноббс, бросая взгляд в сторону сержанта. На лице того начала проявляться хмурая гримаса. – Я всего-навсего интересуюсь, так, на всякий случай, а вдруг – да, да, понимаю, это один шанс на миллион, но вдруг он промахнется, прошу заметить, я не говорю, что он обязательно промахнется, но надо продумать все до мельчайших деталей, так вот, если по какому-то чудовищному невезению ему не удастся попасть в язвимые органы так, чтобы уложить дракона на месте, тогда ведь чудище очень разозлится, верно? Так что было бы неплохо в этот самый момент смотаться. Знаю, до этого еще далеко. Если хотите, можете обвинить меня в том, что я каркаю. Но ничего подобного, просто предусмотрительность – мой конек.

Сержант Колон надменно поправил латы.

– Если тебя действительно приперло, – сказал он, – то шанс один на миллион ОБЯЗАТЕЛЬНО сработает. Широко известный факт.

– Знаешь, Шноббс, а сержант прав, – тоном специалиста поддержал Моркоу. – Бывают моменты, когда вероятность – один на миллион, что ты спасешься. Но… но ты спасаешься. Иначе не было бы… – он понизил голос, – не было бы никакого смысла. Если бы это не работало, не оставалось бы никакой надежды… В общем, боги ни за что не допустят, чтобы было иначе. Не допустят.

Все трое как один повернулись и устремили взоры вдаль, где в тысячах миль от них располагался Пуп Плоского мира. Сейчас воздух был сер от дыма и туманных лент, но в ясный день иногда удавалось разглядеть гору Кори Челести, обиталище богов. Во всяком случае, на ней это обиталище располагалось. Они жили в Дун-манифестине, своего рода оштукатуренной Валгалле. Там боги проводили вечность, ища, чем бы заняться в дождливый денек. Поговаривали, будто там они играют во всякие игры, а вместо фишек – живые люди. В какую именно игру играли боги сейчас, оставалось лишь догадываться. Разумеется, у всякой игры должны быть правила. Это всем известно. И людям ничего не остается, кроме как надеяться, что боги эти правила тоже знают.

– Должно сработать, – пробормотал Колон. – Я буду стрелять счастливой стрелой, и на этом все. Ты прав. Шанс один на миллион срабатывает. Иначе все утрачивает смысл. Тогда лучше вовсе не жить.

Шноббс опять уставился на пруд. После краткого колебания Колон присоединился к нему. Они смотрели вниз с выражением сосредоточенности, характерным для людей, которые много чего повидали на своем веку и знают: сколько ни рассчитывай на героев, королей, а то и на богов, все же по-настоящему можно положиться только на силу тяготения и глубокую воду.

– Не то чтобы нам это обязательно понадобится, – оценивающе заметил Колон.

– С твоей счастливой стрелой конечно нет, – поддержал Шноббс.

– Это верно. Но просто из интереса, какая тут, по твоему мнению, высота?

– Я бы сказал, футов тридцать. Может, чуть больше, может, чуть меньше.

– Тридцать футов, – Колон медленно кивнул. – Вот и мне так показалось. А пруд глубокий?

– Как я слышал, очень глубокий.

– Поверю тебе на слово. Вид у него довольно мерзкий, на лужу грязи смахивает. Не хотелось бы туда прыгать.

Моркоу жизнерадостно шлепнул сержанта по спине, едва не сбив того с ног.

– Что за дела, сержант? Или ты хочешь жить вечно?

– Не знаю. Спроси меня об этом лет этак через пятьсот.

– Тогда нам повезло, что у нас есть твоя счастливая стрела! – воскликнул Моркоу.

– М-м-м? – промычал Колон, охваченный какими-то одному ему ведомыми горестными видениями.

– Я это к тому, что нам повезло, ведь мы можем рассчитывать на этот последний шанс, который один на миллион. Вот если бы его не было, тогда бы нам и вправду несдобровать!

– О да, – печально отозвался Шноббс. – Везучие мы.

Патриций лег на спину. Пара крыс подтащила ему под голову подушечку.

– Похоже, снаружи дела обстоят из рук вон плохо, – заметил он.

– Ага, – с горечью подтвердил Ваймс. – Вы правы. Вы находитесь в самом безопасном месте во всем городе.