Стража! Стража! - Терри Пратчетт

В полу виднелась еще одна квадратная дыра. Также зарешеченная. Однако прутья изрядно проржавели. В голову Ваймсу пришло, что, очень может быть, их удастся в конце концов расшатать. А потом дело за малым – чуточку похудеть, чтобы пролезть в дыру девяти дюймов шириной.

Чего темнице недоставало – так это крыс, скорпионов, тараканов и змей. Но когда-то змеи здесь были, это правда, потому что сандалии Ваймса с хрустом давили длинные белые скелетики.

Откуда-то доносились ритмичные скребущие звуки. Пытаясь понять происхождение звуков, Ваймс осторожно пополз вдоль влажной стены. Обогнув приземистую колонну, он узнал разгадку таинственных шорохов.

Патриций брился. Прищурившись, он гляделся в осколок зеркала, прислоненного к колонне так, чтобы отражать свет. Нет, дошло до Ваймса, зеркало вовсе не прислонено к колонне. Его поддерживают. И его держит крыса. Большая красноглазая крыса.

Не выказывая какого-либо удивления, патриций кивнул.

– Кого я вижу, – произнес он. – Ваймс, не так ли? Я слышал, как ты сюда добирался. Вот и здорово. Дай знать кухонному персоналу, – и тут до Ваймса дошло, что патриций обращается к крысе, – что сегодня обедать будут двое. Кружечку пива, Ваймс?

– Что? – только и сумел вымолвить тот.

– Полагаю, ты не откажешься. Хотя должен предупредить, я понятия не имею, что нам принесут. Сородичи Скрпа достаточно разумны, но когда дело доходит до этикеток на бутылках, тут у них будто какое-то слепое пятно.

Лорд Витинари просушил лицо, похлопывая по нему полотенцем, после чего швырнул полотенце на пол. Из мрака метнулась серая тень и уволокла полотенце в направлении напольной решетки.

После этого Витинари сказал:

– Очень хорошо, Скрп. Можешь идти.

Глядя на него, крыса шевельнула усиками, потом прислонила зеркало к стене и затрусила прочь.

– Вам прислуживают КРЫСЫ! – обомлел Ваймс.

– Честно говоря, они немало помогают в этих трудных условиях. Но работники из них не очень хорошие. Лапы – вот основная проблема.

– Но, но, но… – запинаясь, выдавил Ваймс. – То есть как же это возможно?

– Подозреваю, что некоторые из туннелей сородичей Скрпа располагаются под самим Университетом. Магия, понимаешь? – пожал плечами лорд Витинари. – Хотя, по-моему, они и сами по себе достаточно разумны.

По крайней мере в этом Ваймс разобрался. Широко известно, что магическое излучение Университета оказывает сильное воздействие на всех животных, обитающих в окрестностях университетского городка. В отдельных случаях под его влиянием развивались крохотные аналогии человеческой цивилизации, а некоторые виды мутировали, образуя совершенно новые и специализированные формы жизни – такие, например, как книжный червь или банный лист. А крысы, Витинари очень верно подметил, и так отличаются развитым интеллектом.

– И они вам помогают? – спросил Ваймс.

– На основах взаимности. Я им тоже помогаю. Как говорится, услуга за услугу.

Патриций уселся на некий предмет, в котором Ваймс с изумлением узнал бархатную подушечку. На низко расположенной полке – чтобы быть всегда под рукой – лежал блокнот, а также аккуратным рядком стояли книги.

– Но чем вы можете помочь крысам? – слабым голосом спросил он.

– Советом. Я им даю советы. – Патриций откинулся назад и прислонился к стене. – В этом главная проблема таких, как Воунз, – добавил он. – У них нет чувства меры. Крысы, змеи и скорпионы. Когда я пришел к власти, творился бедлам чистой воды. Крысам доставалось больше всех.

Ваймсу показалось, что он начинает понимать.

– Вы хотите сказать, что вроде как обучали их?

– Я советовал. Всего-навсего давал советы. Проявил некоторую находчивость, – скромно добавил он.

Ваймс попытался себе представить, как все происходило. Объединились ли крысы со скорпионами и потом, после победы над змеями, пригласили скорпионов на шикарный праздничный ужин, на котором и слопали своих бывших союзников? Или, может быть, они нанимали отдельных скорпионов за… – что там скорпионы едят? – чтобы те под покровом ночи подбирались к избранным змеям, змеям-вождям, и жалили их?

На ум пришла история, которую он однажды слышал. О человеке, проведшем много лет в одиночной камере. Он дрессировал птичек и таким способом создал для себя что-то вроде свободы. Вспомнились рассказы о древних моряках. Когда старость или недомогание лишали их возможности плавать, они коротали дни, делая корабли и помещая их в маленькие бутылки.

Затем мысли Ваймса вернулись к патрицию. Вот он, правитель, лишенный своего города, сидит скрестив ноги на сером полу унылой темницы и воссоздает в ее стенах свой бывший город, поощряя борьбу за власть, соперничество, интриги и раздоры. Патриций представился ему в виде угрюмой статуи, вынашивающей свои замыслы посреди камней, неподвижный мрак которых оживляется лишь крадущимися тенями и воспоминаниями о внезапной политической смерти. Наверное, это легче, чем управлять Анк-Морпорком. В том городе гораздо больше сброда, которому, чтобы удержать нож, достаточно одной руки.

Возле зарешеченного отверстия что-то зазвякало. Появилось полдюжины крыс, которые волокли за собой нечто, завернутое в тряпицу. Перебросив свой груз через решетку, они с большими усилиями подтащили его к ногам патриция. Тот наклонился и развязал узел.

– Так, сегодня у нас сыр, куриные ножки, сельдерей, кусок довольно черствого хлеба и бутылка отличного, о! Отличного «Очень Известного Лукового Соуса» от Меркля и Жаломыша. Я сказал пиво, Скрп, – главная крыса задергала в ответ усиками. – Ты уж извини, Ваймс. Видишь ли, они не умеют читать. Похоже, для них непостижим сам принцип чтения. Но слушать они умеют. Держат меня в курсе текущих событий.

– Похоже, вы здесь неплохо устроились, – выдавил Ваймс.

– Мое основное правило: строй темницу так, чтобы тебе самому захотелось провести в ней ночку-другую. – Патриций разложил еду на скатерти. – Мир стал бы куда более приятным местом, будь в нем больше людей, следующих этому правилу.

– А мы все думали, что вы сооружаете тайные ходы и тому подобное.

– Не вижу в этом никакого смысла, – спокойно отвечал патриций. – За тайными ходами нужно все время присматривать, о них нужно заботиться. Это так неэффективно. В то время как здесь я нахожусь в самом эпицентре событий. Никогда не доверяй правителю, уповающему на катакомбы, бункера, задние двери и потайные ходы. Не исключено, что ему просто не нравится та работа, которую он выполняет.

– О.

Он сидит в темнице собственного дворца, власть захвачена буйнопомешанным типом – и при этом патриций искренне убежден, что все продолжает работать так, как надо. Наверное, это как-то связано с высокими должностями. Высота сводит людей с ума.

– Вы, э-э, не будете возражать, если я немного осмотрюсь? – спросил Ваймс.

– Чувствуй себя как дома.