Магия побеждает - Илона Эндрюс

Пребывание у Андреа являлось меньшим из двух зол.

– Я считаю, что тебе следует взять цветы, – сказала она мимоходом.

– Они от Саймана.

Метаморф, верный своему стилю, прислал мне белые розы с благодарственной карточкой и оставил их на пороге конспиративной квартиры Джима, о местонахождении которой Сайман не должен был знать. У ягуара чуть апоплексический удар не случился, когда он обнаружил букет.

А карточка оказалась еще информативной. Там было написано, что София, продюсер Полуночных Игр, кое в чем призналась. Именно она предоставила ракшасам осколки с «Волчьего алмаза». Вероятно, она наняла несколько подставных игроков и по-крупному ставила на «Жнецов», которых тогда еще не слишком воспринимали всерьез.

Сайман не упомянул о дальнейшей судьбе Софии. Думаю, на приятные сюрпризы ей надеяться не стоило.

Андреа заглянула в гостиную и замерла. Подруга стояла неподвижно, как статуя, с открытым ртом. Сумка соскользнула с ее плеча и упала на пол.

С потолка гостиной свисало нечто огромное. Не совсем люстра, а тонкая, семифутовая, гигантская… штуковина, похожая на искореженную рождественскую елку, сделанную из медной проволоки и увенчанную книгами Лорны Стерлинг. Тома с первого по восьмой расположились веером на самом верху. Под ними были несколько уровней проволочных ветвей, которые расходились под всевозможными углами, на них висели десятки изящных хрустальных украшений. Они покачивались на тонких золотых цепочках и мягко звенели, когда сталкивались между собой.

Каждое украшение оказалось декорировано ленточкой, к которой был привязан кусочек ткани: белой, пастельно-розовой, синей…

Как во сне, Андреа протянула руку и сорвала с «дерева» подвеску. Та раскрылась у нее на ладони.

Она взяла кусок ткани персикового цвета, встряхнула ее, и я увидела стринги.

Я моргнула.

Она уставилась на меня, лишившись дара речи, и потрясла стрингами.

Ее глаза напоминали блюдца.

– Я ухожу, – выдохнула я и выскочила вон.

Дулитл никогда ничего не узнает. По крайней мере, теперь я поняла, куда исчезал Рафаэль во время турнира.

Я поехала на лошади Стаи к себе домой. Даже не упала с нее, что потребовало от меня героического усилия воли. Отсутствие восхищенных толп, готовых встретить меня с цветами и медалями у крыльца, было печально разочаровывающим.

Я зашла к управляющему за новым ключом, поднялась в квартиру и изучила свежий замок. Большой, металлический и блестящий. Ни единой царапины. Даже у ключа был причудливый паз, что сделало всю конструкцию предположительно полностью защищенной от взлома.

Выкуси, Ваше Величество.

Я отперла дверь, вошла и закрыла ее за собой. Сбросив обувь, я поморщилась от боли в животе. Пройдет немало времени, прежде чем рана полностью заживет. По крайней мере, я уже не истекаю кровью.

Ладно. Завтра я стану беспокоиться о Хью Д’Амбре, Роланде, Андреа и прочих персонажах, а сейчас я была просто счастлива.

Я дома. Моя территория с привычными запахами, мой ковер под ногами, моя кухня, мой Кэрран на стуле…

Подождите-ка одну чертову минуту.

– Ты! – Я посмотрела на ключ, потом на Царя Зверей.

Вот тебе и дверь с защитой от взлома.

Кэрран спокойно закончил что-то писать на листке бумаги, встал и подошел ко мне. Мое сердце забилось в бешеном ритме. Золотые искорки плясали в его серых глазах. Он протянул мне листок и улыбнулся:

– Не могу дождаться.

Я продолжала тупо глазеть на него.

Он вдохнул мой запах, открыл дверь и ушел. Я взглянула на записку.

«Я буду занят следующие восемь недель, поэтому давай условимся на 15 ноября.

Меню.

Я хочу стейк из баранины или оленины. Печеный картофель с медовым маслом. Кукурузу в початках. Роллы. И яблочный пирог, как тот, что ты пекла раньше. Я хочу его с мороженым.

Ты должна мне один обнаженный ужин, но я – не законченная скотина, поэтому можешь надеть лифчик и трусики, если хочешь. Голубые с бантиком вполне подойдут.

Кэрран,

Царь Зверей Атланты».