Дар демона - Рианна Авалонская

— Сделаю сегодня еще одно доброе дело, уравновешу еще один грех.

— И много грехов скопилось? — не удержался Венд.

— Ты удивишься, — серьезно ответил тот.

Стрелу Тибор вытащил действительно умело, с привычной сноровкой остановив кровотечение, аккуратно зашил и перевязал. Ресан, которому приказали стоять рядом и помогать в случае необходимости, в обморок не упал, но пару раз был к тому близок.

— К виду крови нужно привыкнуть, — коротко сказал Тибор на его оправдания после того, как юноша второй раз выронил материал для перевязки, который держал наготове. Венд, который бы выразился короче и ярче, смолчал, в который раз пожалев, что отказался выпить перед операцией вина. Челюсти он стискивал до зубовного скрипа, но пару раз, не сдержавшись, хрипло выругался. Судя по тому, какие испуганные и жалостливые взгляды бросал на него Ресан, вид у воина был еще тот.

— Где ты так наловчился? — спросил Венд, когда все было закончено, и он растянулся на кровати, глядя, как Ресан под руководством нового знакомца убирает окровавленные тряпки и затирает пятна.

— Жизнь научила, — Тибор посмотрел на него оценивающе, но с оттенком сочувствия. Сел на табурет, стоящий рядом с кроватью. — К вечеру почувствуешь себя лучше.

— Надо бы еще к светлому жрецу заглянуть, — робко сказал Ресан. — Лучше всего к Солнечному. Чтобы воспаления не было…

Венд устало кивнул. Рана, какой бы пустяковой она не была, могла унести — и порой уносила — жизнь раненого, если лечил не лекарь с Даром. Заменой ему могло стать благословение жреца или жрецы. Насчет того, что только светлого, — Ресан был не совсем прав. Тут мог помочь и служитель Многоликого, и даже, если уж на то пошло, Серой Госпожи. Это не означало, что жрецы Смерти занимались врачеванием, это означало только, что они могли — теоретически. Если бы вдруг захотели.

— Воспаления не будет, — уверенно проговорил Тибор.

— Как ты можешь быть уверен? — недоверчиво уточнил Ресан. Венд промолчал, хотя ему тоже стало любопытно.

Тибор чуть улыбнулся:

— У меня легкая рука.

— Для этого нужен Дар, — возразил Ресан.

— Не обязательно, — отказался тот.

— Ведьмак? Или шаман? — усмехнулся Венд.

— Похож? — удивленно поднял брови Тибор.

— Да не особо.

— Матушка, будучи жрицей, — объяснил врачеватель, — провела меня через нижнюю ступень посвящения еще в детстве. Жрецом я не стал, но благословение богини призвать могу.

— Какой богини? — уточнил Ресан.

— Богини Льда, — легко ответил Тибор. — Матушка родом с севера, а отец из местных, внешне я пошел в него.

Венд не удержался от искушения взглянуть на юношу. Тот смотрел на Тибора с явной опаской.

— В чем дело? — удивился врачеватель.

— Ресан не так давно навлек неудовольствие твоей богини, — ответил за него Венд, не видя причин скрывать недавний случай.

— Ты? Чем?

— Не знаю, — недовольно отозвался парень, отворачиваясь и кидая на Венда сердитый взгляд. — Это случайно вышло.

Тибор вскинул брови, но допрашивать не стал, вернувшись к разговору.

— Могу обещать, что рана затянется быстро. Возможно, к завтрашнему дню останется только шрам.

— Легкая рука? — хмыкнул воин.

— Верно.

Венд полуприкрыл глаза, вслушиваясь в ощущения. Боль торкала уже меньше, словно бы и впрямь начиная процесс заживления — уже сейчас.

— Мы оба твои должники, — сказал он.

— День добрых дел, — напомнил, улыбаясь, Тибор. Улыбка у него оказалась на редкость приятная, настолько располагающая, что в Венде шевельнулись нехорошие подозрения. Ну не будет обычный человек так помогать абсолютным незнакомцам, не будет вести себя с ними, словно с добрыми старыми друзьями.

— Ты меня знал прежде? — спросил он прямо.

— Знал? — вроде бы искренне удивился тот.

— Когда ты вошел, взглянул так, словно бы признал.

— Ах, это, — Тибор кивнул, улыбка исчезла с лица, на то словно набежала тень. — Нет, Венд, ты для меня незнакомец. Но тебе повезло походить на человека, который был мне очень дорог. На лучшего друга, которого я похоронил.

— Вот как, — тихо проговорил воин. — Это более вероятное объяснение, чем бескорыстные добрые дела во искупление грехов.

— Одно другого не исключает, — возразил Тибор. — Но да, я был рад помочь тебе, Венд. Словно бы отдал часть старого долга.

— Ты живешь в Радоге?

— Нет, — покачал тот головой. — Здесь у меня дела. Пробуду еще несколько дней.

— Тогда тебе, возможно, будет интересно узнать, что волнения в городе — творение Тонгила, — проговорил Венд, решив поделиться с новым знакомцем недавно обнаруженной информацией.

— Темного мага? — после паузы уточнил Тибор.

— Его.

— Он в городе?

— Не знаю, — признался Венд. — Мы с Ресаном видели только его людей. Но даже если Темный остался сидеть в своей берлоге, ничего хорошего Радогу не ждет. Лучшее, что можно будет сделать, как только откроют ворота, — это уехать отсюда.

— Верно, — после еще одной паузы сказал Тибор. — Верно.

Потом встряхнулся, глянул в окно на солнце, приближающееся к полудню, и поднялся:

— Что ж, мне пора вернуться к делам. Надеюсь, что мы еще встретимся, и тогда никакие неприятности не будут омрачать ваши жизни.

— Мы твои должники, — повторил Венд.

— Забудьте, — мягко сказал Тибор. — Это в самом деле ничего мне не стоило.

Новый знакомец ушел, и Венд уже начал проваливаться в легкую дремоту, когда Ресан заговорил:

— Что значит «Кашима»?

— Хм? — Венд, вынырнув из сна, повернулся к юноше. — Кашима? Часть Морского братства, их элита. Ты это где услышал?

— Морское братство? — повторил Ресан. — Так ведь называют пиратов?

— Да, — согласился Венд. — Хотя большинство — те же наемники… Так где?

Юноша тихо вздохнул:

— От Тибора. Он один из них.