Дар демона - Рианна Авалонская

— Понятно, — глухо произнес северянин.

Следующие действия произошли одновременно. Тонгил выбросил петли теней, которые должны были связать полукровку, обвить ему руки, ноги, захлестнуть шею. Все, что требовалось, — это шевельнуть двумя пальцами. Доля секунды… Полуэльфа в том месте, куда целили тени, не оказалось. Прыжок, слишком быстрый для взгляда, — и Мэа-таэль уже оказался на полпути к дверям.

Уйдет! Проклятие! Слишком быстрые движения, быстрее, чем у оборотней. Северянин и не подозревал, что полукровка способен на такое. Не только Арон скрывал максимум того, на что способен, при совместных тренировках.

Барьер на дверь Арон бросил в последнее мгновение, рука Мэля наткнулась на прозрачную стену в паре дюймов от деревянной поверхности. Вновь движение, почти неуловимое человеческим взглядом, в обеих руках полукровки, уже повернувшегося к двери спиной, блеснули длинные клинки. И рассекли тени, почти схватившие его…

Арон отшатнулся — от неожиданности. Странное ощущение — чувствовать острый металл, разрезающий призрачное продолжение собственной плоти, но не испытать при этом боли. Растерянность — он не представлял, что подобное возможно. Защититься от магии сталью?

Тогда — пусть будет по-другому. Так, чтобы скорость и эти противомагические клинки не смогли помешать.

Мэль вскрикнул, правой рукой схватившись за браслет на левой. Кинжалы звякнули о пол. Лицо полукровки моментально побелело. Впрочем, Арон чувствовал себя немногим лучше — передача боли вытягивала из него силы куда быстрее, чем любое другое магическое занятие. «Поводок» работал на максимально возможном уровне — по идее, полукровка уже должен был потерять сознание…

Мэа-таэль вскинул голову, черные глаза дико вспыхнули, правая рука метнулась к горлу и с силой рванула за синий кристалл, висевший на цепочке. Та порвалась, кристалл упал на пол, расколовшись на части, и Арон ощутил, как часть его перестала существовать. Та часть, что принадлежала магии.

Мэль, не спуская глаз с Тонгила, наклонился за клинками. «Поводок» перестал действовать, ничто в поведении полукровки не напоминало о боли, которую он только что испытывал.

Арон сделал шаг назад, еще один, пытаясь взять себя в руки. Возможно, потеря Силы временна. Но даже если нет — всю свою жизнь он прожил без магии, сумеет и сейчас, если придется. Нужно только не обращать внимания на гложущую пустоту, поселившуюся внутри.

Мэль тем временем, не рискуя повернуться к Арону спиной, протянул руку назад и вновь попробовал коснуться двери. Барьер стоял.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

— Поговорим? — наконец предложил полукровка.

* * *

Руку еще резало фантомными остатками боли, в горле еще стоял кисло-соленый вкус собственной крови — боль, вызванная Темной магией, не просто причиняла страдание, она убивала. Нет, нескольких мгновений для этого недостаточно, недостаточно даже для того, чтобы серьезно повредить внутренности, — в этом Мэль был уверен. Но последствия останутся, и будут ощущаться еще несколько дней — при условии, конечно, что эти дни он проживет.

Тонгил стоял напротив, на расстоянии восьми шагов, лицо — бездушная маска, глаза — обычно темно-серые, посветлели до прозрачности. Они всегда отсвечивали леденистым голубым светом, когда маг злился. Сейчас он не просто злился, он был в ярости. И не последняя причина этого лежала стеклянными крошками у ног Мэа-таэля — поделка деда, которую старик так удачно дал ему именно сегодня. Разбившись, кристалл образовал барьер, преграждающий доступ как к Темному, так и к Светлому источникам — универсальная защита против любых магов. Будь они на открытой местности, Тонгилу хватило бы отойти шагов на пятнадцать — и магия бы вернулась. Но не в комнате с запечатанным выходом.

Рукояти любимых клинков, которые полуэльф вновь сжимал в руках, принесли некоторую уверенность. Впрочем, Тонгил тоже был вооружен. Как всегда. Мэа-таэль не сомневался, что маг, как и он сам, спал с кинжалом под подушкой. А последние тренировки, после случая с кровью солнечной гидры, доказали, что по навыкам и скорости они стали примерно равны. В такой ситуации — если дело дойдет до обычной схватки — скорее всего, они просто убьют друг друга.

Доводить до драки Мэль никак не хотел. Хотя бы по той причине, что после бессонной ночи и проведенного на ногах дня шансы свои полуэльф оценивал невысоко. Магу хорошо: даже сейчас, лишенный доступа к Силе, он выглядел таким свежим и отдохнувшим, словно всю сегодняшнюю ночь провел в мягкой постели.

— Поговорим? — предложил полукровка. Не самое умное, не самое оригинальное, что полуэльф мог бы сказать, но все случилось слишком быстро, слишком неожиданно. Да, Мэа-таэль ожидал разоблачения, но не именно сегодня. Отчего-то казалось, отвечать перед Тонгилом придется только после того, как он запустит все свои планы. Или не придется. Мэа-таэль очень надеялся на последнее.

— Поговорим, — после еще одной паузы согласился Тонгил. — Скажи для начала, кому ты продал меня, Мэль?

— Ты не так все понял, — попробовал Мэа-таэль, больше от отчаяния, чем в реальной попытке заставить мага поверить себе. Что Тонгил знал точно, о чем только догадывался?

— Возможно, — Темный слегка наклонил голову, рассматривая Мэля, как любопытную букашку, будто раздумывая, прихлопнуть сейчас или немного погодить. Знакомый взгляд.

Вдоль позвоночника скользнула ледяная крошка предчувствия — нет, Мэа-таэль не боялся смерти. Редко кто в его семье умирал от старости. Он боялся умереть вот так — в одной из лабораторий Тонгила, лишенным человеческого достоинства, превращенным в объект для очередного эксперимента. Разобранным на части, как бездушный механизм.

— Возможно, — повторил между тем Тонгил. — Объясни, друг мой, как именно мне следовало понять?

— Почему ты хотел связать меня? — вопросом на вопрос ответил полукровка. — В чем я провинился?

— О, ты не понимаешь? — Тонгил холодно, не разжимая губ, улыбнулся, и рука Мэля, помимо воли, вновь скользнула за спину, еще раз проверить барьер. — Однако воспротивился ты резко.

— Когда меня пытаются схватить, я всегда сопротивляюсь.

— Допустим, — неожиданно согласился Темный.

— А вот это, — маг кивнул на осколки кристалла, — оказалось у тебя совершенно случайно?

— После «поводка», — последнее слово прозвучало с искренней горечью, — я решил, что дополнительная защита не помешает. У меня нет желания гибнуть из-за твоей паранойи.

— Подарок деда? — уточнил маг, и Мэль только пожал плечами.

— Пусть так, — вновь кивнул Тонгил. — Тоже объяснимо. Было бы наивно с твоей стороны работать на Темного и не предусмотреть путей отхода… Но хватит с играми. Я знаю про Альмара.

— Что? — Мэль сумел сохранить на лице маску искреннего недоумения, но по спине вновь пробежал выводок ледяных муравьев. — О чем ты говоришь?

— Ты все понял.