Падение рая - Вячеслав Кумин

Шаттл бросало из стороны в сторону. Автопилот уворачивался от летящих в него ракет, прорывавшихся сквозь самолеты прикрытия, подрывая их на различных обманках в зависимости от типа нацеливания смертельных посланцев.

Самолеты на удивление вели себя достаточно уверенно. Их искусственный интеллект практически ничем не уступал человеческому, достаточно хорошо противостоя оуткастским пилотам в бою.

Но люди все же оказались умнее или хитрее, но как бы там ни было беспилотные самолеты стали проигрывать людям, и тут начался барабанный дождь из снарядов по челноку. Сам челнок отстреливался, и тогда самолеты противника отступали, давая возможность шаттлу еще ненамного приблизиться к атакуемому кораблю.

– Минута десять до касания… – уже в обычной манере предупредил автопилот абордажников голосовым модулятором.

– А вот интересно, в других шаттлах компьютер тоже предупреждает своих пассажиров о времени касания? – спросил сержант. – Или только у нас такая привилегия?

– А тебе какая разница? – удивился старшина.

Остальные также обернулись на сержанта, несшего какую-то бредятину.

– Да так… Просто вдруг представил себе картину, что и там тоже идет отсчет времени, а этим жестянкам без разницы.

«Нервничает, – сделал вывод лейтенант Камышов. – Да и кто не нервничает? А кто не нервничает, тот точно псих… А действительно, ведется там отсчет или нет?» – заразился бредовой идеей Галса Роман.

Но на размышление об этом уже не оставалось времени – компьютер отсчитывал последние секунды до касания, и вскоре оно произошло. Тут же начали работать резаки, выбивая искры из борта атакованного корабля.

Роботы уже отсоединились от захватов. Вытащили свое оружие из пазов и солдаты, приготовившись последовать за своими стальными коллегами внутрь флагмана.

Все происходило, как и в прошлый раз, только сейчас вместо громоздких пехотинцев «ХК-12С» стояли более приспособленные для движения по узким коридорам корабля «ХК-13А». Они обладали меньшим ростом, были компактнее, имели на вооружении автомат меньшего калибра, но меньший калибр компенсировался гранатометами и другим вооружением групп, в которое включались огнеметчики – очень действенное оружие в закрытых помещениях и коридорах кораблей. При необходимости огнеметы могли служить резаками, стоило только сменить насадку на стволе, и резали они не хуже «ионки».

«С такими не пропадем», – успел подумать Камышов, как первые два робота шагнули в образовавшиеся проемы. Сделали они это более изящно, чем старые «двенадцатые», и, несмотря на то, что одного из них все же подстрелили, завала как в прошлый раз не случилось.

Роботы под шквальным огнем перешли в наступление, отбивая атаки специальных контрабордажных команд, а не из наспех собранных матросов, которые и оружия-то в руках не держали. Впрочем, матросы тоже участвовали.

«Противник неплохо подготовился к нашему появлению, – подумал Роман, поудобнее перехватывая „аддер“. – Учел старые ошибки…»

Захлопали гранаты, как с той, так и с другой стороны. Два робота повалились на палубу, а вдали раздались крики раненых.

– Наш выход, – сказал лейтенант, когда все тридцать роботов покинули шаттл и коридор оказался чистым от присутствия противника.

– Чувствую, этот захват для нас станет настоящей прогулкой, – довольно произнес старшина.

Группа двигалась к командному пункту, не встречая сопротивления, обо всем позаботились «тринадцатые». Они выжигали и расстреливали все, что движется, при этом неся чувствительные потери. Противник снова вооружался трофейным оружием, а это не могло не внушать опасения.

Но пока все шло благополучно. Отряду на пути только раз попался противник, но из матросов, с которыми солдаты быстро разделались. Но, несмотря на видимую легкость, никто, как в прошлый раз, бдительности не терял. Группа двигалась перебежками от одного перекрестка до другого по нескольку человек, не забывая контролировать каюты в коридорах, которые иногда все же открывались в самый неожиданный для абордажников момент.

Видимо, матросы прислушивались к тяжелым шагам «ХК-13А» и выскакивали, не услышав практически бесшумной поступи людей. И тогда короткие очереди «аддеров» забрасывали неосторожных матросов обратно в их помещения.

Вскоре солдаты уперлись в препятствие. Командование корабля наглухо перекрыло все отсеки, а роботы стояли, не зная, что делать.

– Где эти чертовы огнеметчики-резаки? – негодовал сержант.

– Подождем…

– Чего ждать-то?

– Слышишь, шум боя уже практически прекратился, только изредка где-то долбят эти авиационные пушки и – тишина?

– Не хочу вас огорчать, лейтенант, но эти пушки могут быть и в руках матросов, и они сейчас добивают последних «тринадцатых», броня которых слабее, чем у «ХК-12С».

– Резонно, – согласился с выводами Роман. – Но «тринадцатых» больше. В каждом шаттле их около сотни.

– Тоже верно, но опять-таки мы не знаем, сколько шаттлов пристыковалось.

– Хм-м… ничья. – Подвел итог спору старшина Фрейндлих. – Но подождать все же стоит.

– Подождем тво…

– Дальше не продолжай, – попросил сержанта старшина, подняв руку.

– Не буду, – улыбнувшись, ответил тот.

Солдаты тоже засмеялись. Все знали одно из любимых выражений Галса, взятое из когда-то популярной среди тинэйджеров песенки.

С улучшившимся настроением солдаты заняли позиции и принялись ждать либо появления противника, или, что гораздо лучше, – «ХК-13А» с огнеметом в руках.

К счастью для всех, после пятнадцати минут ожидания появился «тринадцатый» с веселым огоньком на кончике огнемета, сильно помятый, но «живой».