Отравленный трон - Селин Кирнан

Было очень тихо, небо уже начало бледнеть. Лошадь Кристофера переступила с ноги на ногу за их спинами, горячо дыша в затылок. Дул ледяной ветерок, Винтер уже дрожала в своем тонком наряде. Она плотно скрестила руки на груди и переступала с ноги на ногу.

«О господи, — думала она. — Где же вьючные лошади? Где другая поклажа?»

Рази обещал, что они будут готовы, и велел Кристоферу ждать здесь, пока все будет готово к походу. Кристоферу надо отправляться прямо сейчас. Винтер вскинула глаза на крыши хозяйственных строений — они начали вырисовываться на фоне неба: светало. Кристоферу придется выехать до зари, он должен был застичь часовых на воротах врасплох, сунуть им свой пропуск и ускакать, пока никто его не хватился.

Джонатон попытается проследить за каждой минутой его путешествия, ведь он хочет, чтобы Кристофер оставался в его власти, и обязательно попытается схватить его. Скоро дворцовая стража забарабанит в дверь его апартаментов, чтобы проводить его в конюшни. Они быстро обнаружат, что его комнаты пусты. К тому времени Кристофер должен уже ускакать далеко от замка и затеряться на узких кружных дорогах, ведущих на юг. Теперь Винтер дрожала так, что стучали зубы, — от холодного тумана и растущего страха она промерзла до костей.

Не говоря ни слова, Кристофер шагнул к ней и осторожно накинул свою куртку ей на плечи. Винтер оказалась окутана пряным запахом Кристофера и чудесным теплом его тела. Она хотела уже сказать спасибо, но Кристофер прижал ее к себе, крепко обняв поверх куртки, и не отпускал. Он нежно опустил подбородок ей на макушку и продолжал смотреть на дорогу.

Винтер до глубины души тронула нежность этого движения, и, к своему собственному ужасу, она внезапно громко разрыдалась. Кристофер обнял ее крепче и удивленно прошептал:

— Девочка моя.

От его спокойного, обещающего защиту голоса в груди у Винтер словно что-то сломалось, и слезы, копившиеся все утро, наконец вырвались наружу. Девушка смущенно подняла руки к лицу и попыталась отстраниться. Но Кристофер обнял ее еще крепче. Винтер опустила голову, слезы струились по ее лицу и падали на темные рукава его рубахи, а он начал ласково ее покачивать.

Кристофер не отпускал ее. Он прижимал ее к груди с мягкой, настойчивой силой, и внезапно Винтер поняла, что у нее нет больше ни сил сражаться, ни энергии притворяться. Она перестала вырываться и покорно приникла к нему.

— Ну тише, — шептал он, — все хорошо…

Винтер откинула голову ему на плечо и дала волю слезам.

Кристофер склонил голову и прижался гладкой, прохладной щекой к щеке девушки.

— Ш-ш-ш… — Он стал успокаивающе укачивать ее, прижав к груди. — Ш-ш-ш… Ничего, милая. Все будет хорошо. Правда-правда. Не беспокойся…

Она повернулась в его объятиях и прижалась к нему еще крепче, вжимая лицо в горячую кожу его шеи, обхватила его за пояс и подтянула ближе. Он все шептал ей на ухо, что все будет хорошо, и его успокаивающие, бормочущие губы касались ее волос и шеи. Она вдохнула его запах, слезы ее сохли на его рубашке, слова потеряли значение — важен был только звук его голоса.

Она чуть подняла голову и снова коснулась щекой прохладной и гладкой щеки Кристофера. Он запустил пальцы в ее волосы, рука его легла на затылок, а губы прижались к ее губам. Нежно, невероятно нежно его рот приник к ее рту. Она ответила на поцелуй, разомкнув губы, и на минуту все остальное исчезло. Его горячий рот, его запах, надежное объятие его сильных рук.

Послышался тихий кашель; они отпрыгнули друг от друга, и Кристофер сразу с рычанием выступил вперед, схватившись за кинжал. Но это был всего лишь Марчелло Тутти, с сентиментальным взглядом и раскрасневшимися щеками, — он вел вьючного мула и запасных лошадей по дорожке, стараясь сделать вид, что не заметил их поцелуя. Винтер спряталась на минуту за спиной Кристофера, вытерла глаза и постаралась держаться на ногах крепче. Куртка Кристофера чуть не соскользнула у нее с плеч — она рассеянно всунула руки в рукава. Она услышала шепот подошедшего Марчелло:

— Buongiorno, Christi, mi dispiace ma…

Кристофер тихо ответил:

— Chiao, Marcello. Non importa… — Говоря это, он потянулся за спину и взял Винтер за руку. Она шагнула вперед, и они стояли плечом к плечу, рука в руке, когда Марчелло подвел к ним лошадей.

Маленький итальянец поклонился ей, глядя ласково:

— Buongiorno, signora Della Protezione.

Она слабо улыбнулась и поклонилась в ответ.

— Marcello, — спросил Кристофер. — Dov’è il signore Razi?

Марчелло развел руками и пожал плечами с сочувственным видом.

— Я сожалею, Кристофер. Синьор не смог выбраться… его отец, знаете ли. Он… как это… следит?

Сердце у Винтер сжалось, на лице Кристофера проступили печаль и разочарование. Он отвернулся на секунду, затем крепко сжал губы и кивнул.

— Ну что ж, ничего не поделаешь, — пробормотал он.

— Я тоже должен вас покинуть, — с сожалением продолжал Марчелло. — Стража следит за всеми союзниками Рази, надеясь схватить тебя, когда ты будешь бежать. Я не должен показываться. — Он протянул Кристоферу поводья и поклонился. — Будь осторожнее, Кристофер. Пусть опасности минуют тебя.

Он тихо попятился и пустился прочь по дорожке.

Секунду Винтер и Кристофер стояли взявшись за руки, глядя в пустоту, где только что был Тутти. Лошади переступали с ноги на ногу на тесной дорожке. Потом Винтер встряхнулась и прижала руку к груди Кристофера.

— Теперь беги! — воскликнула она, глядя ему в лицо. — Скоро запоют петухи.

Он медленно, словно во сне, повернул голову — и вдруг тоже пробудился и быстро нагнулся поправить упряжь лошади. Винтер, нервно сжав руки, следила за дорогой. Она чуть не застонала с досады, когда, вместо того чтобы прыгнуть на лошадь, Кристофер торопливо подошел к конюшне и стал рыться в земле рукой.

— Кристофер! — прошипела она, но замолчала, видя, что он вынул из кармана оставшийся кусок печенья и опустил его в ямку. Она моргнула, когда он аккуратно засыпал ямку землей. Он склонил голову, беззвучно шевеля губами, а затем выпрямился.

— Вот и все, — сказал он, быстро шагнул к ней, вытащил из-под рубашки сверток и сунул его ей в руки. Винтер с удивлением воззрилась на него. Это был большой, во много раз сложенный лист бумаги. — Я хотел отдать его тебе еще в замке. Это карта тайных коридоров. — Она вскинула на него удивленный взгляд. — Тебе может понадобиться, — объяснил он. — Но не пытайся разбираться в ней на ходу. Сперва выучи дорогу — в подземелье слишком темно, чтобы читать карту.

Она прижала карту к груди, и они обменялись долгим взглядом. Затем Винтер мягко подтолкнула его к лошади.

— Теперь ступай, — сказала она. — Ступай!

Кристофер оторвался от нее со стоном отчаяния, шагнул в стремя и уже подпрыгнул, чтобы вскочить в седло, но так и не перекинул ногу через круп лошади. Винтер увидела, как его взгляд устремился в дальний конец дороги, — и он застыл, стоя в стремени, не отрываясь от чего-то, невидимого ей. Лицо его стало жестким, брови сдвинулось, губы тронул зловещий оскал.