Мифриловый крест - Вадим Проскурин

Зина вернулась довольно рано, не было еще и пяти часов вечера. Я сразу понял, что она покормилась, трудно с чем-либо перепутать радостный блеск в глазах, отражающий вселенскую любовь, бушующую внутри.

Зина застыла столбом на пороге комнаты, она смотрела на нас с Леной и тупо хлопала глазами, как стюардесса из неприличного анекдота, стоящая в туалете самолета и думающая, кто сидит за штурвалом. Впрочем, она быстро справилась с собой.

- Приветствую тебя, владыка, - сказала она. - И вас, владычица, тоже приветствую. Поздравляю тебя, Сергей.

- С чем? - спросил я, хотя и так уже все понял.

- Как с чем? С просветлением, с чем же еще. А вы, владычица, не знаю вашего имени…

- Лена. Просто Лена, и никакая не владычица.

- Вы что, вместе просветлились? Ни фига… простите, владычица.

- Хватит просить прощения, - заявила Лена и резко встала с кровати, не обращая никакого внимания на собственную наготу. - Тебе не за что извиняться, думаешь, я никогда не слышала бранных слов? И вообще, какая я тебе владычица?

Зина смиренно наклонила голову.

- Благодарю вас, влад… гм… благодарю вас, Лена, за оказанную честь.

- Обращайся ко мне на ты, - перебила ее Лена, - и нечего говорить о чести. В ненужных формальностях нет чести.

Зина снова склонила голову.

- Ну что ты все время подобострастничаешь? - высказалась Лена. - Неужели боишься меня? Точно, боишься. Почему? А, поняла… хочешь?

Как ни странно, Зина поняла невысказанную мысль. Она растерянно кивнула, а на лице у нее появилось обалдевшее выражение.

- Разве… - прошептала она.

- Разве, - согласилась Лена, - очень даже разве. Зря ты не дождалась.

- Я же не знала.

- Знаю, что не знала. Сходи, умойся, и больше не греши.

Зина выпорхнула из комнаты странной походкой, чудом разминувшись с дверным косяком. Я посмотрел на Лену и понял, что не знаю, что сказать.

- Ничего не говори, - сказала Лена. - Это она тебя инициировала?

- Она.

- Она очень хорошая женщина, это видно с первого взгляда. Если уметь правильно смотреть. Почему она стала вампиром?

- Научный эксперимент.

- Да ну? И какие же дебилы его проводят?

- Служба защиты веры или что-то в этом роде, уже и не помню. Это в другом мире.

- В другом мире? Подожди-ка, лучше напрямую… ну ничего себе! Оказывается, параллельные миры и вправду существуют, а я думала, что это все бредни бесовского ящика. И газет бесовских. В них иногда такое пишут, типа, что вампиры супермаркет ограбили… стоп… это был ты!

- Мы с Зиной.

- Вы идиоты! Неужели по-другому нельзя было денег заработать? И зачем было устраивать представление в торговом зале? А, понимаю… упоение от новых возможностей, желание сделать все побыстрее, ощущение неуязвимости…

- Ты так легко роешься в моей памяти?

- Ну да, в этом нет ничего сложного. Ты тоже можешь.

- Я… я стесняюсь.

Лена звонко расхохоталась.

- Нашел чего стесняться! Когда людей кусал, небось, не стеснялся. Нет, нет, я не в упрек! Было и прошло, кто старое помянет, тому глаз вон. Хочешь исповедаться?

- Да иди ты! Знаешь, ты так изменилась, даже не верится, что это ты. Я теперь даже боюсь в тебя заглядывать.

- В тихом омуте черти водятся. Знаешь теорию насчет Аполлона и Диониса?

- Нет.

- Когда испытываешь сильные эмоции, необязательно их выражать. Экстаз может быть внешним и внутренним…

- Знаю. Я любил прислушиваться к твоим чувствам, когда ты молилась. У тебя так мощно крышу сносило…

- Тогда чему ты удивляешься? Я поняла нелепость ограничителей поведения и перестала стесняться. Знаешь, как меня достало быть серой мышкой! Все смотрят, как на идиотку, смеются почти что в лицо, богохульные анекдоты рассказывают… Но я на них не обижаюсь, мне открылось, что я и сама была хороша, потому что показное смирение суть лицемерие и фарисейство, надлежит не скрывать чувства, а… наверное, в глубине души я всегда хотела стать свободной. Короче, внутри я та же самая, загляни сам и убедись.

- Это-то и пугает.

- Нашел чего бояться!

- Ты так спокойно обо всем этом говоришь! Ты такая светлая, что светлее не бывает, и ты говоришь, что я антихрист, и одновременно по-дружески болтаешь со мной, мы занимаемся сексом…

- Зло побеждается не злом, но отсутствием зла. А ближнего надо возлюбить. Давай еще?

- Я не супермен.

- Это можно исправить.

- Нет уж!

- Почему? Разве мужчины не всегда этого хотят?

- Не в таких количествах. Завтра у меня и так задница будет болеть.

- Почему задница?

- Потому что там мышцы. Между прочим, ягодичная мышца - самая сильная в человеческом теле.

- Да ну?

- Честное слово, я в какой-то книжке читал.

- Ты еще и книжки читал?

- Не издевайся! Не такой уж я и темный, каким кажусь.

- Знаю. Не обижайся, я просто шучу. Это нервное.

- Ты замечательно держишься.

- Спасибо. А куда Зина ушла?

- Не знаю. Пойду, посмотрю.

Я пошел посмотреть и обнаружил, что Зина вообще ушла из квартиры.

- Жалко, - прокомментировала это Лена, - можно было бы…

- Нет уж! По крайней мере, не сегодня. К таким вещам надо постепенно привыкать… и вообще, ты меня пугаешь. Кто из нас посланец зла?

- Тьма - не зло. А любовь - тем более не зло.

- Даже групповуха?

Лена расхохоталась.

- Причем здесь групповуха? Я об этом даже не думала, честное слово! Ну, в самом деле, кто из нас развратник? И вообще, чем тебе групповуха не нравится? Какая, вообще, разница, сколько людей любят друг друга?

- И это говорит девушка, лишившаяся невинности пару часов назад!

- Не пару часов, а почти четыре. А невинность - это ерунда. Мне открылось, что невинность не в этом самом, а в душе, а душевную невинность я не потеряла.

- Догадался Штирлиц…

- Да ну тебя! Тебе легко прикалываться, а я сейчас вспоминаю, что было раньше и ужасаюсь, какая дура была. Это кошмар! Я ведь на самом деле думала, что все делаю правильно!

- Ничего страшного, такие чувства у всех возникают время от времени.