Огненный зверь - Сурен Цормудян

Едкий дым щипал нос и раздражал гортань. Голова жутко гудела, и ныло все тело — сплошь ссадины и ушибы. В дыму и пыли сновали пожарные и представители прочих экстренных служб. Повсюду вооруженные люди — как-никак происшествие затронуло весьма секретный объект. Слышалось потрескивание дозиметров. Видимо, взрыв в аномалии вызвал скачок радиационного фона.

— Дэвис, — обессиленно прохрипел Элдридж, обращаясь к руинам. — Эван…

— Пан, вы ранены, вам нужна помощь? — донесся незнакомый голос из пылевой взвеси.

— Проваливай, — отмахнулся контуженый эмиссар.

Вся его одежда превратилась в лохмотья.

— Дэвис… ты где?

Кто-то схватил его за запястье, да так крепко, будто ужалила оса. Малколм одернул руку и уставился на большую крепкую кисть. Чертов серебряный перстень на среднем пальце. Это Оливер Уилсон.

— Босс, вы в порядке? — взволнованно спросил Оливер.

— Не видишь, что ли? — буркнул Элдридж.

— Пойдемте в машину, я отвезу вас в госпиталь.

Малколм наконец высвободил, хоть и не без труда, руку.

— Отстань, я должен найти Эвана Дэвиса. Эти ублюдки подбросили нам бомбу…

— Я знаю, полковник. Идемте. Здесь уйма спасателей, они найдут Дэвиса.

— Что с комплексом?

— Комплекс перед вами, сэр. Он разрушен. Аномалия очень активна. Уже двое пожарных погибли.

Из центра руин вырвалась и хлестнула вверх синяя молния.

— Видите, сэр? Поехали в госпиталь, — настаивал Уилсон.

— Хорошо… Я кофе… не успел допить…

Оливер усадил шефа в свою машину. Сам сел за руль, и они поехали подальше от места катастрофы, озаряемого проблесковыми маячками спецмашин и молниями взбесившейся аномалии.

— Ты нашел пилота? — вздохнул Элдридж, прикрыв глаза.

— Вспомните еще раз, сэр, вы говорили кому-нибудь, что он подлежит аресту? — вопросом на вопрос ответил Уилсон.

— Нет же… Почему ты спрашиваешь?

— Это хорошо, полковник. Я должен быть уверен, что ему ничто не угрожает и этот секрет вы унесете с собой в могилу.

Глаза эмиссара широко раскрылись.

— Что? — Он попытался поднять руку и потянуться к бардачку, в котором у Оливера всегда лежал пистолет.

Но вдруг с ужасом понял, что не может пошевелиться. Ни руки, ни ноги не слушались его, превратившись в безжизненные плети. Все, что он мог, — это слушать, видеть и едва-едва говорить… И теперь он уставился на проклятый серебряный перстень Уилсона. Оливер заметил этот взгляд.

— Да, сэр, в перстне микроинъектор. И в вас самая малая из летальных доз яда «Джи-двенадцать». Сначала паралич. Смерть наступит минут через двадцать. Извините, пришлось. Я надеялся, что вас убило взрывом, но…

— Зачем? — выдохнул потрясенный Малколм.

— Ну как зачем? Во-первых, чтобы обезопасить себя. Вы ведь знаете, что это за яд. Во-вторых, чтобы не навредить врачу, который сделает вскрытие вашего тела. Врач не касается наших делишек, для чего ему умирать? Все, что он найдет у вас, — это инфаркт…

— Зачем… Оливер… — Весь мир буквально перевернулся в рассудке Малколма Элдриджа.

— Да все очень просто, мистер Элдридж. Тот агент, из-за которого весь сыр-бор… это я. Ваш шовинизм по отношению к полякам сыграл с вами злую шутку. Вы так упорно искали среди них предателя, что даже мысли не допустили, будто британец способен отказаться от ваших порочных идеалов и целей. Даже тот парикмахер, который, к слову, едва не спутал мне все карты своим визитом к вам, не смог убедить вас в обратном. А пилот — мой товарищ и помощник. Он хорошо сыграл. Ну а пан Складковский… Что тут скажешь, каждому агенту нужно прикрытие. Он таковым и являлся. И ничего, бедолага, не знал. Да, он передавал данные, но они лишь дублировали то, что отправлял я либо Войцеховский. Юзеф был разменной пешкой на случай провала, который чуть не случился из-за этого вашего расследования. Да и информация из двух источников полезна тем, что легче выявить ложные данные, не так ли? — Машина повернула налево. — Конечно, еще полезен был свой человек на таком посту, как глава разведдепартамента Сопотского Оазиса. Но мы его потеряли, и — какая неожиданность! — я стал исполнять его обязанности. О такой удаче даже мечтать не приходилось. Благодарю за оказанное доверие, полковник.