Некоторые девушки кусаются - Хлоя Нейл

— Это не твоя битва! — рявкнул он.

Я покачала головой:

— Я дала клятву. И теперь это моя битва, и только моя.Он назвал меня стражем, и, если ты угрожаешь Дому Кадогана, ты угрожаешь мне.Иначе быть не может.

Морган упрямо настаивал на своем:

— Это наше личное дело. И не касается отношений Домов.

— Тогда почему ты пришел сюда? В чужой Дом?

Должно быть, это его задело. Он что-то проворчал, и в егоголосе прозвучала скрытая угроза. Если бы я была зверем, шерсть на загривкевстала бы дыбом. Но его ответ снова разбудил во мне вампира, и я знала, что вмоих глазах сверкнуло серебро. Я сосредоточилась и сумела его успокоить.

— Это не твое дело, — сказал Морган. — Тытолько зря пострадаешь.

— Потому что я женщина? — спросила я, чутьприподняв уголки губ.

Морган сжал губы и резко наклонился вперед, так что кончиккатаны проткнул кожу на шее. По лезвию скатилась капля крови. Позже, вспоминаяэтот момент, я могла поклясться, что при попадании крови Моргана на сталь меч вмоей руке заметно нагрелся.

— Первая кровь! — выкрикнул кто-то в толпе.

Вампиры вокруг нас попятились назад, освобождаяпространство. Движение справа и слева от меня привлекло мое внимание, и язаметила, что Люк и Джульетта заняли позиции по обе стороны от Этана.

Убедившись, что мастер в безопасности, я взглянула наМоргана из-под челки и собрала всю храбрость, на которую была способна:

— Что ж, ты здесь. И я здесь. Будем танцевать?

Я не опускала меча, но вдруг увидела, как взгляд Морганаскользнул над моей головой, потом снова остановился на мне. От удивления оннесколько раз моргнул и даже слегка приоткрыл рот. Я так и не поняла, чем этовызвано. А Морган начал снимать пиджак, открыв всем взглядам ремень с ножнами.Из толпы вышел вампир, вероятно тоже пришедший из Дома Наварры, принял егопиджак и снова отступил назад. Морган вытащил из ножен старинный кинжал.Причудливо изогнутое лезвие блеснуло в свете люстр, но появление оружия,спрятанного под одеждой, меня нисколько не удивило.

Я неожиданно ощутила приступ паники. В свои двадцать восемьлет мне предстояло принять участие в настоящем бою — не в учебном поединке, а вдуэли, в первой схватке на службе Дому Кадогана. Честно говоря, я все ещесомневалась, что Морган решится на это, что всерьез попытается пролить моюкровь на глазах у Этана, Скотта, бродяг и членов Кадогана, да еще на территорииКадогана. Потому что у него не было прямых доказательств причастности вампировКадогана к полученной угрозе, потому что я тоже получила такую записку и, чтоболее важно, потому что он меня целовал.

Но мы стояли в окружении пятидесяти вампиров, и Моргансмотрел на меня угрожающе, хотя, возможно, блефовал. Я медленно опустила меч,повернула рукоятью вверх и отвела руку вправо, чтобы Линдси могла взять у меняоружие.

Морган изумленно уставился на меня, когда я расстегнулапиджак, но его глаза открылись еще шире, когда я сняла его. На мне не былоничего, кроме прямоугольника кожи, оставлявшего открытым живот и часть бедер допояса кожаных брюк. Руку с пиджаком я отвела влево, дождалась, пока его забрали,потом вытянула правую руку, чтобы получить обратно меч. Когда согретая тепломтела рукоять снова оказалась в моей ладони, я покрутила мечом в воздухе,приспосабливаясь к его весу. Затем улыбнулась Моргану:

— Начнем?

Его лицо помрачнело.

— Я не могу с тобой драться.

Я встала в наступательную позицию, как учил Катчер, —ноги на ширине плеч, вес тела на носках, колени чуть согнуты, обе руки нарукояти меча.

— Очень жаль, — сказала я, потом сделала маленькийшаг вперед и разрезала клинком рукав его футболки.

После чего поджала губы и заморгала с самым невинным видом.

— Ой!

— Мерит, не провоцируй меня.

После его слов я снова постаралась принять бесстрастный вид.

— Это не я тебя провоцирую. Ты явился в мой Дом. Ты былготов поднять оружие на Этана, потому что решил, будто он имеет какое-тоотношение к записке, подброшенной в спальню Селины. Я не думаю, чтобы Этан могпробраться в спальню Селины и остаться незамеченным. — (В толпепослышались одобрительные смешки.) — Какой же реакции с нашей стороны ты могожидать, Морган?

— Он не должен был тебя вызывать.

— Я страж этого Дома, и дело касается Дома Кадогана.Ему и не надо было меня вызывать. Я поклялась сражаться за Дом и за него — и ябуду сражаться.

Не знаю, что в моих словах вызвало такую реакцию, новыражение лица Моргана изменилось настолько, что я засомневалась, от него ли ятолько что слышала энергичные заявления в защиту Селины. Он медленно осмотрелменя с ног до головы с таким вниманием, какое могло бы расплавить менее сильнуюженщину. Он долго смотрел на меня, Морган из Дома Наварры, и в его взглядезажглась страсть, а голос сменился жарким шепотом:

— Нет, черт побери. Я не буду с тобой драться, Мерит.От тебя мне нужна не битва, а нечто другое.

Я почувствовала, как к щекам приливает кровь. Можно стерпетьугрозы, можно стерпеть оскорбления, но выслушивать подобные предложения передпятью десятками вампиров было свыше моих сил. И я опустила кончик лезвия к егосердцу:

— Умолкни. Даже и не думай об этом. Я ведь ужеговорила, — я издевательски усмехнулась, — что никогда не связываюсьс клыкастыми парнями.

В толпе добродушно захихикали.

Я шагнула вперед и с удовлетворением отметила, что Моргансделал шаг назад.

— Уступи, Морган. Если ты хочешь с этим покончить,уступи. Извинись перед Этаном и покинь наш Дом. Или, — добавила я,вспомнив о стратегии, — можешь остаться, принять участие в совете, вместесо всеми отыскать причины неожиданного интереса к нашим Домам.

Я спиной ощутила тепло одобрительного взгляда Этана. Япредоставляла Моргану выбор, и по крайней мере один из вариантов давал ему шанссохранить достоинство, спрятать оружие без ущерба для своей репутации.

И вдруг в моей голове снова возник туннель. Но на этот раз вмозгу зазвучал голос Моргана, меч в руке дрогнул, и мне потребовалась вся силаволи, чтобы удержать оружие, сохранить прежнюю позу и сосредоточиться. Ясчитала, что мысленная связь возможна только между мастером и его творением.Почему-то мне казалось, что это неправильно, что в голове звучит голос Моргана.Это слишком интимно, и его способность воздействовать на мою психику менябеспокоила.

«Я не могу отступить без какого-нибудь результата. Япредставляю здесь мой Дом, Мерит, и у меня есть гордость. На записке стояло егоимя».

Я саркастически усмехнулась:

«Тебе известно, что никто из вампиров Кадогана не имеет кней отношения».