Живой щит - Дмитрий Воронин

Сейчас же заклинание было направлено прямо в монолитную скалу — и гранит взорвался изнутри, разбрызгивая в разные стороны каменное крошево. Огромные пластины камня рушились вниз — и сквозь грохот осыпающихся скал уха Лотара коснулся тонкий, внезапно оборвавшийся вопль.

Они все были там, все четверо. Кому-то показалось хорошей идеей устроить наблюдательный пункт под прикрытием скалы — отсюда было так удобно наблюдать за слегка свихнувшимся на почве магии господином. Ни один не уцелел — страшно изуродованные, расплющенные и изломанные, теперь они были надежно погребены под огромными глыбами. Увы — даже высшая магия не способна вдохнуть жизнь в мертвое тело — Лотар знал, что вдовы, которые заголосят сегодня в домах, оставшихся без кормильцев, будут во всем обвинять его и только его.

Вернувшись в замок, Лотар приказал повесить управляющего и долго в задумчивости смотрел на мерно покачивающуюся фигуру. Да, он наказал виновного. Но не был ли он и сам ответствен за происшедшее? Может, в чем-то и прав был Модестус, столь рьяно выступавший против того, чтобы люди овладели древними тайнами.

А спустя неделю он не выдержал и вновь открыл древний фолиант, скользя взглядом по витиеватым строчкам, написанным неизвестной, но, несомненно, принадлежавшей великому мудрецу рукой. И снова в воображении проносились картины неизмеримого могущества, которое может дать простому смертному владение тайнами давно ушедших мастеров…

— И что было в этот раз? — мрачно спросила Аманда, сильно подозревая, что ответ ей известен заранее.

Книга утверждала, что мир един и мал, хотя и кажется непосвященному большим и разнообразным. Мал не для того, кто намеревается странствовать пешком или даже, взгромоздившись на спину несчастной лошади, которая лишь немногим быстрее и выносливее человека. И не для того, кто поднимет парус на утлой лодчонке, которую легко опрокинет первый же водяной вал. И даже не для того, кто владеет кораблем, не страшащимся никакого шторма.

Маги — истинные хозяева мира. Именно им дано прокладывать пути, неведомые простым смертным. Мелко исписанные страницы вещали о Вратах, открывающихся по повелению магистра и ведущих туда, куда магистр желает. Один шаг — и позади остаются тысячи лиг, второй — и над головой зажигается иное солнце…

— Как это солнце может быть иным? — непонимающе уставился Рейн на брата.

Тот лишь пожал плечами, ясно давая понять, что не все знания об этом мире исчерпываются геральдикой и азами географии. Правда, после минутной паузы счел все же нужным сказать пару слов на эту тему…

О том, что мир кругл, как яблоко, знали все, кого это более или менее интересовало. Но безымянный мастер, одну за другой выводя витиеватые строки, говорил и вовсе вещи неслыханные. Будто бы яркие точки на ночном небе — не что иное, как столь же яркие солнца, лишь только очень далеко находящиеся. Ведь за несколько лиг человек кажется букашкой, а сколько тех лиг до чужих светил — кто их считал? И у тех светил есть и свои миры, где живут другие, может, похожие, а может, и не похожие на людей существа.

Но мир мал, и можно соединить Вратами не только башню скучающего от безделья мага и тронный зал герцога Дарландского — столь же легко увидеть своими глазами далекие миры, самому ступить на чужую землю.

Увы, сам магистр не слишком далеко продвинулся в изучении сложных заклинаний, способных открывать волшебную дверь, и все же кое-что у него получилось. Он утверждал, что эльфам дано неизмеримо больше, чем они соизволили открыть людям, и он — путем проб и ошибок — открыл для себя крохи того древнего знания, которое эльфы берегли пуще всего — знания об открытии Врат. В книге были описаны правила создания Портала, который — если верить автору — легко доставлял его в любое место срединных уделов — в те времена, нынче давно забытые, страны назывались по-иному и на тронах сидели короли, чьи имена безвозвратно ушли в тень.

— Неужели даже слово «Портал» ничего не сказало тебе? — сурово спросила Аманда. В ответ Лотар опустил голову и глухо продолжал свой рассказ.

В этот раз он уехал довольно далеко, хотя и не думал, что кто-либо посмеет за ним увязаться. Копыта приученного к горным тропам коня уверенно цокали по камням, пока Лотар наконец не выбрал укромное местечко. Это было узкое длинное ущелье, со всех сторон огороженное нависавшими над тропой скалами, — место незаметное и очень подходящее. Он спешился и раскрыл книгу на нужной странице.

Века не остались равнодушными к пергаменту — немало потрудились они, капля за каплей стирая краску с рыжих страниц, местами оставляя лишь тени искусно выведенных строк. О, Лотар был, безусловно, талантлив — ему не раз удавалось по наитию находить верное решение в тех случаях, когда прочтение очередного слова становилось невозможным. И здесь, сейчас, он уже держал в руке лист пергамента, написанный собственной рукой, — странная вязь непривычно звучащих слов, открывающих пути в прекрасное далёко.

Медленно лились слова, которых уже давно не слышала эта земля; одно за другим, маленькими кирпичиками, ложились они в сложное здание заклятия, все ближе и ближе к его завершению.

Сгущается туман, становясь все более осязаемым — вот уже это не просто серое облако, а чуть колышущееся серое полотно, плотное и осязаемое на вид. И вот произнесено последнее слово — редеет призрачная дымка, и сквозь нее едва-едва, но все же доста- точно явственно проглядывает травянистый холм у опушки неведомых исполинских деревьев. Лотар замешкался, но лишь на мгновение, а затем сделал шаг сквозь дрожащую туманную завесу, крепко прижимая к груди тяжелый фолиант. Сердце бешено колотилось — эта магия отнимала невообразимо много сил.

Последний шаг — и он уже стоит на верхушке небольшого кургана, поросшего жесткой, черно-зеленой травой. Мрачные тучи стремительно несутся по небу, пыльный воздух сечет песчинками лицо — а в сотне метров стоят грязные, закопченные шатры, и толпящиеся вокруг фигуры поворачивают к Лотару свои клыкастые, так знакомые по виденным в детстве рисункам Аманды лица.

— Я тут же бросился назад…

— Ты не мог закрыть этот Портал, уничтожить, разрушить? Лотар виновато развел руками:

— Это… это было, наверное, на следующей странице.

А там много стерто… я ее еще не читал.

— Мальчишка! — Аманда сжала кулаки. — О боже… ты хоть понимаешь, что ты наделал? Сейчас по всей округе рыщут отряды орков, сжигают деревни, убивают людей десятками, если не сотнями. Йен взят штурмом, все жители замка вырезаны, включая детей, — ты это понимаешь? Сколько смертей на совести Рейна — одна, две? А на твоей? Тысяча? И сколько еще будет…

Она замолчала, но глаза ее метали молнии. Лотар, всегда на всех поглядывавший свысока, независимо от роста собеседника, сейчас сидел весь сжавшись, униженный и павший духом. После долгой паузы Аманда сухо произнесла, не глядя в сторону пасынка:

— Я слышала про Порталы. Да, их без особых трудов могут сделать опытные маги, но эти двери закрываются быстро, очень быстро. Четыре, пять часов, самое большее — полдня, и Врата начинают становиться все меньше и меньше, пока не исчезают совсем. Но когда-то… ты сам знаешь, Лотар, когда… так вот, кто-то из великих магов тех земель, что ты увидел краем глаза, сумел создать устойчивый проход. Да, Рейн, вижу, ты понял — то был Темный Портал. И по земле срединных уделов потекли реки крови. Не знаю, были ли в недобрый день созданные Лотаром Врата сродни тому Порталу, но они уже прожили достаточно долго, чтобы впустить в эти края целую армию. Возможно, они все еще целы, и сквозь них по-прежнему льется поток орков. Может быть, они благополучно закрылись сами, и больше эти твари не получат подкреплений. Я не знаю, что будет дальше, но…