Опасные небеса - Владимир Корн

– Ну так что, все готовы? – и я взглянул на пустынную палубу «Небесного странника». Ничего удивительного: все, кто не заняты при взлете, должны занять свои места в гамаках и постелях, снабженных специальной сеткой. Именно так больше всего шансов спастись, если корабль внезапно рухнет, что вполне могло произойти.

Из тех, кто оставался на ногах, были я сам, оба моих навигатора и Берни Аднер, выглядевший бледнее обычного. Не удержавшись, я ему подмигнул: все будет хорошо, на что он ответил подобием улыбки. Вообще-то волноваться следовало мне: все-таки корабль мой, и рухни он сразу же, едва оторвется от земли, только и останется, что разобрать его на дрова. А еще на один корабль мне вряд ли уже заработать.

Ответа на вопрос не требовалась, и потому я провозгласил:

– Ну что, тогда с богом! Энди, четверть оборота вправо, взлетаем.

«Небесный странник» вздрогнул и медленно полез вверх. Медленнее чем предыдущий, это чувствовалось. И удивляться тут не приходится: на нем, как и на предыдущем, установлено семь л’хассов, и для корабля таких размеров не мешало бы добавить еще парочку. Корабль прилетел из Эгастера с установленными на него пятью камнями. Семь л’хассов мы подняли со дна моря. Итого выходило двенадцать. Казалось бы, в чем проблема, установи их хоть все. Но пять л’хассов пошло на уплату долга Жануавье и ими я покрыл свой долг полностью.

– Энди, еще пол-оборота.

– Есть, капитан!

Энди единственный, кто не сделал карьеру, поднявшись в должности, когда у меня появился новый корабль. А что: Брендос теперь старший навигатор, Гвенаэль стал навигатором. Родриг Брис тоже почти офицер, ведь под командованием у него около двух десятков матросов. Правда, он делится ими с Аделардом Ламнертом, поскольку тот теперь занимает должность нечто вроде начальника абордажной партии, и почти половина матросов входят в нее.

Даже у Пустынного льва Амбруаза есть помощник, и теперь он старший корабельный кок. Правда, его поваренок совсем не та милашка, с которой я его видел несколько раз.

Где-то на улицах Банглу увидел Амбруаз мальчонку-сироту, накормил его, дал немного денег. А затем пришел ко мне и долго мялся, и я все не мог сообразить, чего он хочет.

– Жалко мальчишку, пропадет ведь, – переминался он с ноги на ногу. – Смышленый такой, и характером живчик. Капитан, может его как-нибудь можно взять? Вы же сами говорили, что мне помощник нужен. Я за него ручаюсь.

Затем тяжело вздохнул:

– Очень уж он сына моей сестры напоминает.

Поначалу я засомневался: помощник Амбруазу нужен, но желательно такой, чтобы смог взять на себя всю черновую работу, а с ребенка какой спрос?

– Ты мне хоть покажи его.

– Сид! – приоткрыв двери, позвал он мальчишку.

– Сколько тебе?

– Двенадцать скоро, – буркнул тот, нисколько не смущаясь тем, что перед ним капитан. И еще человек, от которого, в каком-то смысле, зависит его дальнейшая судьба.

Он и выглядел лет на одиннадцать-двенадцать, если я что-нибудь в этом понимаю. Выгоревшие почти до белизны вихры на голове, голубые глаза, особенно ярко смотревшиеся на загорелом дочерна лице, по-щенячьи долговязый и нескладный. Одет в короткие, едва достигающие колен штаны, свисающие снизу бахромой, латаную-перелатаную, давно потерявшую цвет рубашку и башмаки, на удивление прилично выглядевшие, с надраенными серебряными пряжками.

На них-то Сид и поглядывал то и дело: мол, и у меня все, как у приличных людей. А то, что в каждый башмак влезут обе его ноги – сущие мелочи, я даже усмехнулся.

Вообще-то я ожидал увидеть в его глазах такой же восторг, как у Эдвара: как же, он на борту летучего корабля, который вскоре поднимет его в небеса. Как бы не так: взгляд его равнодушно скользил по моей пустынной каюте, в которой почти не было вещей, разве что на пару мгновений задержался на сабле на стене.

Когда молчание затянулось, Амбруаз легонько подтолкнул его в плечо. Не знаю, о чем они договаривались и что Сид должен был сказать, но я услышал:

– А кормят у вас тут хорошо?

– На камбузе голодным не останешься, – заверил его я.

– Тогда я согласен, – затем, мгновенье подумав, добавил: – Если жалование меня устроит.

Хмыкнул присутствующий при разговоре Брендос, не смог удержаться от улыбки я, а Амбруаз наградил его легким подзатыльником.

– А сколько тебе нужно?

Тот, нисколько не задумываясь, выпалил:

– Два серебряных геллера.

После чего крепко зажмурился, вероятно, от собственной наглости. За моей спиной послышалось хрюканье Брендоса от сдерживаемого смеха.

– Многовато, конечно, но попробуем наскрести. Может, на один согласишься?

– Нет, капитан, на меньшее я не согласен, – затряс головой тот. – Это мое последнее слово.

За спиной раздался стук навигаторского лба о столешницу.

– Ну так что, берете? – видно было, как Сид затаил дыхание.