Опасные небеса - Владимир Корн

Жануавье говорил что-то еще, но я его не слышал. В голове билась одна и та же мысль: «Свершилось!»

Конечно же, он обратил внимание.

– Отлично понимаю, капитан Сорингер: вам не терпится посмотреть на новый корабль, – сказал он. – Что ж, не смею задерживать. Но вечером жду вас и капитана Солетта в этом доме. Считаю, ваше счастливое возвращение необходимо отметить.

– Мы обязательно придем, господин Жануавье, – ответил я, склоняясь в вежливом поклоне, подумав: «Видел я уже этот корабль, несколько дней любовался им еще в Эгастере. „Небесный скиталец“ стоял по соседству, и именно его предложил купить на паях Гаруэл Кнофт. От предложения Кнофта я тогда отказался, а возможность приобрести его самому была для меня несбыточной мечтой. И вот он мой».

На пороге, уже прощаясь, я посмотрел на Кристофера Жануавье. Что заставило его поступить так, как он поступил? То, что я спас его сына, Эдвара? Сами механизмы? Хотя что он терял – в случае неудачи оставил бы этот корабль себе.

И не потребует ли он от меня еще что-нибудь? Ведь он должен понимать, что я не в силах буду ему отказать, даже попроси он еще раз отправиться на остров Неистовых ветров.

– Постараюсь расплатиться с вами в самое ближайшее время, господин Жануавье, – на что он только кивнул: мол, нисколько не сомневаюсь. – И спасибо!

«Расплачусь я за него сразу, мне даже все л’хассы с погибшего „Небесного странника“ не понадобится продавать, – размышлял я, когда ноги несли меня сами туда, на поле, где стоял мой новый корабль. – И капитан Солетт получит свою долю без задержки. Разве что моим людям придется немного подождать. Нет, думаю, они не станут возмущаться».

Первым, кого я встретил, покинув усадьбу будущего губернатора, оказался Энди Ансельм. Вид у него был немного обиженный. Как же, вместо того, чтобы узнать у него все подробности, с борта «Альбатроса» я сразу же отправился к Жануавье.

– Капитан… – начал он, но я остановил его, натянув ему шляпу едва ли не на нос: настроение было на редкость прекрасным.

– Молчи, Энди, все расскажешь после, – и тут же, не удержавшись, поинтересовался: – Ничего по дороге не утопил? С тебя станется.

– Капитан!.. – протянул Ансельм, делая лицо еще более обиженным. – Как можно! Все в целости и сохранности. Представляете… – начал он, но я снова его перебил.

– Потом, все потом, Эи, – назвал я его так, как называет обычно Гвенаэль Джори. – А сейчас пойдем и взглянем на наш корабль.

– Чей корабль?

– Наш корабль, Энди. Твой, мой, навигатора Брендоса, Аделарда, Пустынного льва, Родрига, Мирры… Очень надеюсь, и Берни Аднера тоже.

– Какой корабль?

– Самый лучший из всех тех, что когда-либо поднимались в небеса. Или будут подниматься.

Энди взглянул на меня с подозрением. Вид его явно говорил о том, о чем сам он молчал: «Капитан, с тобой все в порядке? Может быть, тебе стоит немного отдохнуть?»

– Со мной все в порядке, Энди. А корабль ты должен был видеть и раньше, и сейчас. Сейчас он стоит на посадочном поле и называется «Небесный скиталец». Помнишь, в Эгастере, ты говорил, что именно такой нам и нужен?

– То-то вчера матросы с него в таверне говорили, что дожидаются нового владельца! – озарился воспоминанием Ансельм. – А кораблик действительно замечательный. Он теперь точно ваш, капитан?

Я важно кивнул, подумав: «Ничего себе – кораблик! Да этот кораблик почти вдвое больше „Небесного странника“! Кораблик, нашел тоже слово!»

«Небесный скиталец», пусть и не гигант, но в длину шагов сорок, в отличие от двадцати трех, имеющихся у «Странника». И мачт у него целых две. Обе немного наклонены к корме – не так давно в кораблестроении появилась теория, что таким образом они лучше ловят ветер. Впрочем, почти сразу же она была развенчана как несостоятельная, но часть кораблей успели построить именно таким образом. Хотя в нашем случае это даже замечательно. Аднер утверждал, что двигаясь только под его приводом, без парусов, корабль с наклоненными мачтами будет испытывать меньше сопротивления от набегающего воздуха. Что ж, если он прав, нам только на руку.

– Абсолютно точно наш, Энди. Целиком и полностью. Если ты, конечно, не утопил по дороге в Банглу все, что вез.

Энди недовольно скривился, продолжил:

– Капитан, может, и остальных с собой захватим?

– Конечно, захватим, Энди. Надеюсь, они тоже обрадуются. Кстати, где они все?

– В таверне. Еще бы они не обрадовались.

Есть и еще один резон отправиться всем вместе. Подойду я один к борту «Скитальца», и встретит меня у трапа матрос вопросом: «Куда прешься?» – только повежливее. Ну представлюсь я новым владельцем и меня, наконец, пустят на борт.

А если трап вообще будет убран? Стоять рядом с кораблем и кричать: «Хозяин явился, пустите на борт!»? В обоих случаях не очень солидно получится. И еще эти многочисленные зеваки, которые обязательно увидят и услышат, изменят так, что, рассказывая друг другу, смеяться все будут, как капитан Сорингер прибыл на свой новый корабль, и как его там встретили.

И совсем другое дело, если приду я в сопровождении своих людей. Мне даже рта открывать не придется, без меня все сделают.

Когда из-за поворота улицы показался угол таверны, Энди взглянул на меня, и я кивнул: «Иди уж, сообщи новость первым. Вон как тебя распирает, еще порвет на части».

И только покачал головой, глядя ему вслед: Ансельм старше меня почти на пять лет, фактически женат, а направился к таверне чуть ли не бегом. Хотя и мне самому едва удавалось сдерживать себя от того, чтобы от радости не запрыгать на одной ноге, как мальчишка.

Или не заорать в полный голос: «Эй, вы все! У меня снова есть летучий корабль, и я вскоре снова окажусь в небе! Туда, куда вы смотрите на пролетающие мимо корабли и завидуете. Да-да, именно завидуете, что бы вы там не говорили друг другу».

Или подмигнуть тем двум хорошеньким девчонкам-паури, смотревшим на меня и призывно улыбающимся. Нет, пожалуй, с последним я погорячился, ведь им никак потом не объяснишь, что это всего лишь от чудесного настроения, и ничего большего за этим не стоит.

Под полотняным навесом у входа в таверну, за столиками, действительно сидела вся моя команда. Все вскочили на ноги задолго до того, как я к ним приблизился.

– Поздравляю, капитан! Достойная замена «Небесному страннику»! Мы и не сомневались, что капитан Сорингер своего добьется! – услышал я, когда оказался в окружении своих людей, и чего там, мне было очень приятно.

– Ну что, орлы, пойдемте, взглянем, на наш новый «Небесный странник»? Да-да, мы назовем его именно так.