Роковая музыка - Терри Пратчетт

– Крэш, господин Достабль.

– …Тогда, может быть, научишься играть музыку Рока. Потому что музыка Рока, Падла…

– Крэш.

– …Это не только музыка, – сказал Достабль, доставая из ушей ватные затычки. – Это еще много чего. Но не спрашивай меня, чего именно.

Достабль закурил сигару. Пламя спички дрожало от грохота.

– Уже скоро, – сказал он. – В любую минуту. Сам увидишь.

В костре горели старые башмаки и комки ила. Серый силуэт обежал костер, тщательно принюхиваясь.

– Гони, гони, гони!

– Господину Достаблю это совсем не понравится, – простонал Асфальт.

– Что ж, не повезло господину Достаблю, – сказал Золто, забрасывая Бадди на телегу. – А теперь я хочу увидеть искры, сыплющиеся из-под копыт, понимаешь меня?

– Гони в Щеботан, – пробормотал Бадди, когда телега загрохотала по мостовой.

Он сам не знал, почему именно в Щеботан. Просто этот город показался ему правильным местом назначения.

– По-моему, не слишком удачная мысль, – сказал Золто. – Там, наверное, еще не забыли ту телегу, которую я утопил в бассейне.

– Гони в Щеботан!

– Господину Достаблю это определенно не понравится, – сказал Асфальт, когда телега вылетела на тракт.

– В… любую… минуту, – повторил Достабль.

– Я тоже так думаю, – согласился Крэш. – Потому что уже слышен топот ног.

Сквозь аплодисменты явно прорывался звук глухих, тяжелых ударов.

– Погоди, – сказал Достабль. – Они все рассчитали точно. Никаких проблем. Аргх!

– Сигару полагается вставлять в рот другим концом, господин Достабль, – подсказал Крэш.

Восковая луна освещала Щеботанский тракт.

– Как вы узнали, что я приготовил телегу? – спросил Золто, когда все немного отдышались.

– Я не знал, – признался Бадди.

– Но ты же первый бежал!

– Да!

– Почему?

– Просто… было… пора.

– А зачем тебе вдруг понадобилось в Щеботан? – поинтересовался Утес.

– Я… я ведь смогу купить там плавучий дом? – спросил Бадди. – Да, я давно хотел плавучий дом.

Золто бросил взгляд на гитару. Что-то было не так. Не может все так просто закончиться… Не могли они так просто уйти…

Он покачал головой. Они уже далеко от города, что может случиться?

– Господину Достаблю это совсем не понравится, – снова заныл Асфальт.

– Заткнись, а? – рявкнул Золто. – Ну что, что ему, по-твоему, не понравится?

– Во-первых… – протянул Асфальт. – И, наверное, в самых главных… Больше всего ему не понравится… что мы забрали все деньги…

Утес пошарил под сиденьем. Раздался глухой звон – так звенит золото, которого много и которое очень удобно устроилось.

Сцена содрогалась от топота тысяч и тысяч ног. Уже были слышны недовольные крики.

Достабль повернулся к Крэшу и ужасно осклабился.

– Слушай, мне пришла в голову превосходная мысль, – сказал он.

Крошечный силуэт бежал по улице, ведущей от реки. Впереди, в сумерках, мерцали огни сцены.

Аркканцлер толкнул локтем Думминга и взмахнул посохом.

– А теперь, – сказал он, – если в реальности возникнет внезапная прореха и из нее полезут ужасные вопящие Твари, мы обязаны будем… – Он почесал затылок. – Как там выражается декан? Надраить им уши?

– Гм, аркканцлер, декан выражается несколько покруче. Обычно он говорит о заднице, – поправил его Думминг.

Чудакулли уставился на пустую сцену.

– Кстати о задницах, – вспомнил он.

Четверо членов «Рок-Группы» смотрели на залитую лунным светом долину Сто. Первым заговорил Утес:

– Сколько?

– Чуть меньше пяти тысяч долларов…

– ПЯТИ ТЫСЯЧ ДОЛ…

Утес быстро зажал Золто рот огромной ладонью.

– И как так случилось? – спросил Утес, с трудом удерживая извивающегося гнома.

– ММФ ММФММФ М МФММФ!

– Я немного растерялся. И все перепутал, – развел руками Асфальт. – Извините.

– Пожалуй, убежать нам не удастся, – сказал Утес. – С такими деньгами нам даже в другой жизни не скрыться.

– Я честно пытался все рассказать, – простонал Асфальт. – А может… у нас получится их вернуть?

– ММФ ММФ ММФ?

– Каким образом?

– ММФ ММФ ММФ?

– Золто, – промолвил Утес как можно более рассудительным тоном. – Сейчас я уберу ладонь. И ты не будешь кричать. Понял?

– Ммф.

– Договорились.

– ВЕРНУТЬ? ПЯТЬ ТЫСЯЧ ДОЛ… ммфмм-фммф.

– Полагаю, часть денег по праву принадлежит нам, – пожал плечами Утес и сжал гнома еще сильнее.

– Ммф!

– Лично я ни разу не получал зарплату, – припомнил Асфальт.

– Поехали в Щеботан, – настойчиво заявил Бадди. – Там возьмем то, что… наше, а остальное пошлем Достаблю.

Утес задумчиво почесал подбородок свободной рукой.

– Часть денег принадлежит Хризопразу, – сообщил Асфальт. – Господин Достабль занял у него деньги на организацию Фестиваля.

– Вот от кого нам точно не скрыться, – покачал головой Утес. – Разве что мы доберемся до самого Края и бросимся оттуда вниз. Хотя и это вряд ли поможет…

– Но мы ведь можем… все объяснить, верно? – предположил Асфальт.

У них перед глазами возникла блестящая мраморная голова Хризопраза.

– Ммф.

– Нет.

– Тогда в Щеботан, – подвел итог Бадди.

Алмазные зубы Утеса ярко блестели в лунном свете.

– Мне показалось… – сказал тролль. – Показалось, будто я что-то услышал… Словно сбруя зазвенела…

Нищие-невидимки потянулись прочь из парка. Запах Старикашки Рона ненадолго задержался, так как очень любил музыку. А господин Скребок по-прежнему стоял неподвижно.

– У нас почти двадцать сосисок, – сообщил Арнольд Косой.

Генри-Гроб закашлялся так, словно у кашля был собственный скелет.

– Разрази их гром! – воскликнул Старикашка Рон. – Придумали шпионить за мной лучами?!

Что-то пронеслось по натоптанной тропинке к господину Скребку, взлетело по его балахону и схватилось обеими лапками за капюшон.

Раздался глухой стук от удара двух черепов.