Сезон костей - Саманта Шеннон

– Да.

– Он тебя ранил?

– Нет, стеклом порезалась. – Я потерла ноющую ссадину. – Дурную весть Нашире доставишь ты?

Он кивнул, не спуская глаз с моей щеки. Меня поразил его взгляд: тревожный, сосредоточенный. Похоже, что-то томило рефаита. Он избегал смотреть на меня; его словно заворожил порез.

– Если не залечить, останется шрам. – Пальцы в перчатке взяли меня за подбородок. – Сейчас принесу что-нибудь подходящее.

– А заодно узнаешь про Краза?

Наши взгляды на секунду встретились.

– Да.

На лбу у меня залегла складка, с губ готов был сорваться вопрос. Но я промолчала.

– Скоро вернусь, – заявил рефаит, поднимаясь. – А тебе советую принять ванну. Чистая одежда там. – Он кивнул на шкаф.

Я покосилась на униформу: жилетка была сплошь в пыльце, верный признак моей причастности к убийству.

– Хорошо.

– И промой рану.

С этими словами он исчез.

Я встала и подошла к зеркалу. На бледной коже выделялась алая борозда. Неужели стражу больно видеть меня в таком состоянии, даже после травм, нанесенных Джексоном? Или, глядя на меня, он вспоминает собственные шрамы, надежно спрятанные под одеждой?

От моих волос исходил тошнотворный аромат. Пыльца. Закрывшись в ванной, я сбросила униформу и пустила горячую воду. Ноги подкашивались. На коленке красовалась ссадина. Шагнув под обжигающие струи, я принялась мыть голову. От воды старые раны заныли, им вторили новые. Через пару секунд по телу разлилось умиротворяющее тепло, мускулы окрепли. Я терла каждую клеточку, каждую впадинку, смывая кровь, пот и пыльцу. Да, вид у меня – краше в гроб кладут, но в свете недавних событий все эти синяки и шишки подозрений не вызовут. Вместе с грязью меня покидала и тревога.

Главный вопрос – стоит ли рассказывать про поезд стражу? Вдруг он вознамерится мне помешать, как тогда, в цитадели? С другой стороны, нужно выяснить, охраняют ли состав и где именно находится вход в туннель. Понятно, что на лугу, но во время тренировок глаз не зацепился ни за что, похожее на дверь. Наверняка вход прячут.

В зеркальном шкафу обнаружилась чистая униформа. Кто-то очистил ковер от пыльцы. Я рухнула на кушетку. Краз Саргас, наследный преемник, пал от выстрела в голову. Вот уж не думала, что рефаита так легко убить. Скорее всего, дело в пыльце, а пуля лишь довершила начатое ею. Никогда не забуду, как труп начал разлагаться прямо у меня на глазах, и все из-за какого-то порошка.

Звук открывающейся двери заставил меня содрогнуться. На пороге стоял страж, величественный, как сама смерть. Без лишних слов он сел рядом, смочил тампон в янтарной жидкости и промокнул мне щеку.

– Краз мертв, – сообщил он без тени эмоций.

Щеку словно обожгло.

– Краз был наследным преемником, – монотонно продолжал рефаит. – За его убийство грозит публичная казнь. Пропажу медикаментов уже обнаружили, но с тобой никак не связывают. За дневного портье не волнуйся – его подвергли астразии.

– Меня точно не подозревают?

– Если и подозревают, то молча. К счастью, тебе хватило ума не использовать фантома и не выдать себя.

Моя дрожь усилилась. Вечно со мной так: убью какую-нибудь важную шишку, а узнаю об этом только постфактум. Если Нашира разнюхает, висеть мне у нее на стене посмертной маской.

Я затрясла головой, отгоняя мрачные мысли.

– Почему пыльца так подействовала на Краза? Его лицо… Это было ужасно!

– Мы не те, чем кажемся, Пейдж, – ответил рефаит, глядя на меня в упор. – Сколько времени прошло от применения пыльцы до выстрела?

Выстрел. Занятный синоним убийства. Страж говорит так, будто меня это совсем не касается.

– Секунд десять.

– Что ты видела в эти десять секунд?

Я задумалась. В башне стояла мгла от испарений, и потом, меня здорово шарахнули об стену.

– Его лицо… Оно словно гнило заживо. Глаза выцвели, побелели… Как у покойника. Мертвые глаза.

– Тогда ты должна все понимать, – кивнул страж.

Спасибо, объяснил. Мертвые глаза. Что бы это значило?

Огонь весело трещал в камине, в комнате стало тепло. Даже слишком. Страж повернул меня щекой к свету.

– Нашира заметит порез, – вырвалось у меня. – И сразу догадается.

– Такие раны лечатся.

– Как?

В ответ тишина. Давно обратила внимание, что на вопросы «как» и «почему» страж предпочитает отмалчиваться. Вот и на сей раз он просто поднялся, подошел к столу и достал металлический цилиндр, очень маленький – такой легко поместится в кармане. На боку красная надпись: «Скорая сайенская помощь». К цилиндру добавились три полоски пластыря. Я стояла столбом, пока рефаит врачевал рану.

– Болеть будет?

– Нет.

Когда он закончил, я осторожно коснулась пластыря и, помедлив, сказала:

– В «Павильоне» была карта. Где-то в окрестностях «Порт-Мидоу» спрятан пассажирский состав. Меня интересует вход в туннель.

– Почему он тебя интересует?

– А потому, что я хочу смыться отсюда. Пока Нашира меня не прикончила.

– Ясно. – Страж вернулся в свое кресло. – Считаешь, я тебя отпущу?

– Считаю, отпустишь. – Я высоко подняла шкатулку. – В противном случае твоя вещица попадет к Нашире.

Отблески пламени осветили узор на крышке.

Страж барабанил пальцами по подлокотнику и молчал, даже не пытаясь торговаться.

– На поезде тебе не выбраться, – мягко проговорил он.

– Попробуй помешать!

– Дело не в этом. Состав включается лишь по указанию архонта. Даты отправления и прибытия запрограммированы на определенный срок, нельзя изменить настройки.

– Разве еду сюда доставляют не поездом?

– Нет. Он предназначен исключительно для транспортировки людей. Еду привозят курьеры.

– Выходит, состав не тронется вплоть до… до следующего Сезона костей?

То есть не раньше 2069 года. Мои мечты о легком бегстве обратились в прах. Единственный вариант – минное поле.

Страж словно прочел мои мысли.

– На своих двоих бежать не советую. В лесах охотятся эмиты. От целой стаи твой дар не спасет.

– Но медлить нельзя. – Я стиснула подлокотники так, что побелели пальцы. – Мне нужно выбраться отсюда во что бы то ни стало. Ты ведь знаешь, что Нашира хочет меня убить.

– Конечно хочет. Особенно теперь, когда твой дар окончательно созрел. Она жаждет его и уже скоро попытается заполучить.

Я насторожилась.

– В каком смысле «созрел»?