История Бледной Моли - Настя Любимка

Меня трясут за плечо, и я распахиваю глаза.

– Ты так долго спала, – робко улыбаясь, шепчет Викки, – мы вернулись в пансионат.

Сожаление пополам с горечью. Куда я не хотела возвращаться, так это в него.

– Спасибо, – сажусь, опуская затекшие ноги на пол.

В молчании мы выходим на заснеженный двор. Удивительно, как быстро пролетело время. Казалось, еще только вчера мы ехали на первый бал, а уже сегодня вернулись туда, откуда все началось. Что нам предстоит?

Для меня все решено, еще год обучения искусству отшельников, а для остальных?

Аукцион покровителей?

Как бы там ни было, ничего хорошего ждать не стоит.

Соблюдая тишину, поникшие пансионерки шли за директрисой. Собрав пансионерок в холле, нам объявили, что мы должны за десять минут переодеться и спуститься в столовую, где сестры Ордена Магнолии уже накрыли в нашу честь ужин.

Я первой покинула место сбора и поднялась на свой этаж. Комната встретила спертым воздухом и только что законченной уборкой. Швабры и ведра с тряпками убрать не успели. Не обращая внимания на служанок, распахнула окна настежь, впуская морозный воздух. На возмущение слуг отмахнулась и прошла в спальню.

Открыв шкаф, даже не удивилась, увидев свои старые, сиротские, серые платья. Хмыкнув, стянула плащ и распустила шнуровку бюстье.

– Ты так быстро убежала, что я едва за тобой поспела, – чуть запыхавшись, произнесла Викки и тоже скинула верхнюю одежду на кровать.

– Леди Виктория, – я только обернулась к подруге и потому не вздрогнула, как она, от неожиданного прихода сестры Геллары, – ваша комната рядом с этой, позвольте, я покажу.

Отлично! Теперь нам запрещают жить вместе!

Я думала, Викки не станет противиться, однако она не сдвинулась с места.

– Я не уйду в другую комнату. Директриса Геллара, не стоит настаивать, – спокойно сообщила она.

– Леди Виктория. – Тон наставницы вызывал мурашки, а прищуренные глаза, обещали неприятности.

– Директриса Геллара, я также против того, чтобы Викки жила отдельно. – Собрав всю волю в кулак, я встала возле девушки.

– Эта комната предназначена для одной воспитанницы, – поджав губы, не сдавалась наставница, – для каждой из вас приготовлены отдельные покои, будьте добры исполнять требования Ордена.

Она говорила с нажимом, и на краткий миг мне почудилось зерно правоты в ее словах. Захотелось подчиниться, но лишь на долю секунды.

– Значит, вам придется применить силу. – Я вышла вперед.

– Инари. – Директриса казалась удивленной, хотя она-то ведь должна знать меня лучше всех.

Если я что-то решила, я не отступлюсь, я буду бороться. Если не со всем укладом Ордена Магнолии, то с тем, что в силах изменить.

– Директриса Геллара, – я медленно выдохнула и посмотрела прямо в ее глаза, – вы получили в свое распоряжение больше десяти послушных кукол. Вы добились того, что после сегодняшней ночи каждая из них сделает все, что от нее потребуется. И пусть я сама прибегла к помощи сестер Ордена Магнолии, но мной управлять вы уже не сможете. Всего два года я проведу в этих стенах. И рядом со мной будет Виктория.

Ровно столько времени, сколько потребуют наши покровители. Нет, не думать об этом!

– Леди Инари! – И как я могла раньше называть ее матушкой? Сейчас передо мной стоит женщина, искусно манипулирующая чужим сознанием. – Леди Виктория, если вы не желаете, чтобы наказали вашу подругу, пройдите в отведенные вам покои.

Я совершенно не удивилась ее тактике. Вот только не тех жертв она выбрала.

– Уйдите, – глухо произнесла я, понимая, что мои эмоции хлещут через край, а леди Амира предупреждала, что пробужденная сила навредит тому, кто вызывает негативные чувства.

Не проронив и слова напоследок, сестра Геллара скрылась за дверью.

– Инари, а ты не перегнула палку? – тихо спросила Викки, приобнимая меня сзади.

– Нет, – так же тихо ответила ей. – Совсем нет. Раздели она нас сейчас, и, несмотря на уроки леди Амиры, мы не сблизимся больше.

– Почему ты так говоришь? – изумленно выдохнула она.

– Я так чувствую. – Сбросив руки подруги со своих плеч, я позвала ее: – Идем, глянем, какие покои нам достались.

В общем-то не сильно комната отличалась от той, что прежде принадлежала мне в Красном Доме. Просторная, со своей гостиной и спальней, жаль, не настолько светлая, как хотелось бы. Да еще и кровать почему-то была больше.

– Думаю, нам хватит места, – подвела я итог.

– И не только нам, видела, какая ванная огромная? – донесся до меня голос Викки.

Я все еще смотрела на кровать, ох, не нравилось мне такое ложе.

– Предсказуемо, – пожала плечами, рассматривая просторную ванную комнату с множеством шкафчиков и полочек, – учитывая то, сколько косметических средств мы привезли с собой.

– Ты права. Кто первый пойдет мыться?

– Ты, – выходя из комнаты, бросила я.

Несмотря на то что мне тоже хотелось понежиться в теплой воде и убаюкать собственное горе, обсуждать его с подругой совершенно не хотелось. Не сейчас, когда мои мысли спутаны в тугой комок. Я должна сама разобраться в себе и своих чувствах и, главное, в своей ошибке.

Как так получилось, что я не почувствовала в мужчине третьего покровителя? Почему я не обратила внимания на тревожный колокольчик интуиции? Мне хотелось нежности и сказки? А может, просто убежать от себя? Поверила в свою значимость и расслабилась? Да, именно так и произошло. А сейчас… я наравне со всеми выпускницами, которые подарили свою первую любовь первым встречным.

Вот только я не стану плясать под дудку директрисы. Я обожглась, но и научилась новому. Тому, чего бы без помощи мужчины никогда не смогла ни понять, ни тем более принять.

От одной мысли, что меня касался и целовал третий покровитель, замутило.

Стук в дверь застал врасплох и меня, и мои мысли. Вздрогнув, вышла из спальни, чтобы впустить визитера.

Этого не потребовалось. Одна из сестер уже стояла на пороге.

– Леди Инари, вас вызывают в Голубую гостиную, – поджав губы, сухо сообщила она и исчезла за дверью.

«Замечательно!»

Прежде чем выйти, я предупредила подругу, что мне нужно уйти. Меня изволят видеть, а вот кто – еще большой вопрос.

Я шла по знакомым коридорам и сама удивлялась своему спокойствию и равнодушию. Неважно, кто ждет меня в гостиной, я не стану показывать эмоций. Еще два года игры по правилам пансионата. Я должна быть сильной.

Почти у двери меня перехватила директриса и с силой потянула, заставляя плестись за ней.

Она не сказала ни слова, пока уводила меня и толкала в одну из комнат.