Лгунья - Екатерина Гичко

— Брет? — переспросил Ранхаш.

— Оборотень, которого я приставил к ней, — пояснил Дагрен.

Ранхаш представил, как на девушке вспыхивает платье, как огонь жадно впивается не только в ткань, но и в кожу, и почувствовал нечто, похожее на недомогание.

— Я хочу её видеть. Мастер Милим, надеюсь на вашу помощь.

Милим молча развернулся и направился к лестнице.

Чтобы добраться до учительского корпуса, пришлось опять пробиться через толпу волнующихся учеников. Мастера Милима остановил уже знакомый Ранхашу блондин и потребовал ответить, что с Майяри. Мастер отмахнулся от него, но отвязаться от оборотня удалось только у дверей учительского общежития, куда его просто не пустили.

На втором этаже в коридоре они столкнулись с Бретом, одна рука которого была полностью скрыта повязкой, а к левой половине лица он прижимал пропитанную лекарством ткань. Вид у парня был очень обеспокоенный, и он настороженно прислушивался к громким звукам, что шли из-за закрытой двери.

— Майяри, успокойся! — гремел Шидай.

— У тебя корка лопается, ляг обратно! — умолял кто-то ещё.

Раздался грохот, затем дверь распахнулась от врезавшегося в неё стула, и мужчинам открылась разгромленная комната. На полу валялись обломки расколошмаченных предметов, стол был перевёрнут, а его содержимое разлетелось по полу. У разворошённой постели валялись сапоги, женские чулки и разрезанные с одной стороны портки.

У окна стояла сама Майяри. Платье на ней было полностью разрезано по левому боку, и девушка придерживала его рукой на груди. Сам левый бок выглядел жутко. Его покрывала спёкшаяся корка ожога, измазанная пеплом от сгоревшего платья. Почти половину бедра и плечо левой руки украшала такая же корка. Девушка дрожала и смотрела на застывших у двери лекарей озверевшим взглядом. Зрачок её так сильно расширился, что глаза казались чёрными.

Шидай и ещё один мужчина, невысокий полноватый оборотень с уже посеребрёнными сединой чёрными волосами, напряжённо смотрели на неё, прижимая к груди склянки с лекарствами и таз с водой.

— Не трогайте меня! — сквозь зубы прошипела девушка. — Пошли вон!

— Майяри, приди в себя, — уговаривал её Шидай, — мы хотим помочь. Давай ложись. Мы аккуратно омоем ожог, наложим мазь и оставим тебя в покое.

— Я сделаю всё сама! — девушку так колотило от боли, что у неё стучали зубы. — Оставьте лекарства и уходите.

— Она себя не контролирует, — уверенно заявил полноватый лекарь Шидаю. — Боль разум отбила.

— Я вижу, — с досадой ответил тот. — А она ещё недавно болела.

— Что произошло? — потребовал ответа у Брета мастер Милим.

Тот вздрогнул и наконец заметил их.

— Да всё нормально было, пока она без сознания лежала. А как в себя пришла, словно взбесилась.

Шидай, заслышав голоса, обернулся и хищно улыбнулся при виде господина. Оставив соратника по ремеслу в комнате, оборотень выскользнул в коридор и разозлённо уставился на Ранхаша.

— Как там у тебя? — издевательски спросил он. — Всё под контролем? Вперёд, контролируй! — и, впихнув Ранхашу в руки склянку с мазью, махнул в сторону комнаты.

Майяри замерла, заметив харена, и отступила к окну.

Ранхаш смерил её взглядом и, к удивлению всех, кроме Шидая, шагнул в комнату.

— Госпожа Майяри, — вкрадчиво начал он, — в этой схватке вам не победить. Нас трое, и мы всё равно добьёмся своего. Но в этом случае вы будете без сознания и никак не сможете контролировать ситуацию. Для вас будет лучше, если вы перестанете сопротивляться.

Девушка обвела их затравленным диким взглядом. Ранхашу показалось, что ещё немного, и она всё же упадёт в обморок. Корка ожога действительно полопалась и теперь сочилась кровью. Из горла девушки вырвался то ли всхлип, то ли полузадушенный рык бессилия и отчаяния.

— Один! — выдохнула она. — Остаться может только один!

— Хорошо, — не стал спорить Ранхаш и не глядя позвал: — Шидай.

— Нет! — резко воспротивилась Майяри.

— Как пожелаешь, — покладисто протянул харен. — Можешь выбрать сама.

Майяри обвела их взглядом и тихо-тихо забормотала. Через некоторое время мужчины поняли, что она, не осознавая того, высказывает свои мысли вслух.

— Этого я не знаю, — подозрительный взгляд достался школьному лекарю. — Кто он такой? Этот сильный и любопытный, — злой взгляд уже заслужил Шидай. — А этот хромой. Да, он! — Майяри одобрительно осмотрела ногу харена. — Его легче всего убить.

— Как мило, — мрачно умилился школьный лекарь.

— Заслужил, — ядовито добавил Шидай. Уставший и злой, оборотень не имел никакого желания вести себя уважительно даже на глазах у посторонних.

— Оставьте всё необходимое и уходите, — распорядился Ранхаш. — Мне же нужно просто промыть ожог и наложить мазь?

— И накрыть это всё чистой тканью, — педантично добавил толстячок, осторожно проходя к постели и устанавливая рядом с ней таз с водой.

— Оставь дверь приоткрытой, — одними губами велел Шидай и шагнул за порог.

Ранхаш плотно закрыл за ними дверь, проигнорировав его слова. После чего спокойно повернулся к девушке спиной и направился к разворошённой постели. Поправив простынь и вернув подушки на место, харен поинтересовался:

— Вам помочь?

— Я сама! — яростно заявила девушка. — Отойдите!

Ранхаш послушно отошёл, и девушка, пошатываясь, добралась до постели, но ложиться не спешила.

— Вам нужно снять платье, — заметил очевидное харен. — Я не буду смотреть на ваше тело, не переживайте. Всё моё внимание будет отдано вашим ранам.

— Вы врёте! — выплюнула Майяри. — Вы будете смотреть.

Помедлив, Ранхаш всё же ответил:

— Буду, но вам лучше поверить, что я не буду этого делать.

Его честность подействовала на взвинченную девушку успокаивающе. Она что-то проворчала и, повернувшись к харену спиной, сбросила платье, державшееся на одном плече. Вместе с ним спала и разрезанная рубашка. Взгляд Ранхаша скользнул по обнажившимся спине, ягодицам и ногам. Тело девушки оказалось на удивление крепким, на спине даже можно было различить не очень явный рельеф мышц, а в округлых ягодицах и ногах чувствовалась упругая живая сила. Девушка коленом встала на постель и неуклюже завалилась на неё. Сдавленно зашипев, она перевернулась на правый бок и натянула простынь на грудь. Ещё немного поворочавшись, Майяри затихла, и Ранхаш теперь слышал только её шумное сбивающееся дыхание.

— Постарайтесь не дёргаться, — попросил Ранхаш, подступая к постели и склоняясь над девушкой.

Та лишь сильнее вцепилась в простынь, изо всех сил прижимая её к груди. Широко распахнув глаза, она не отрываясь смотрела в стену прямо перед собой, с её губ срывалось лихорадочное дыхание, а зубы уже стучали от напряжения. Ранхаш отметил, что девушка прикрыла лишь грудь. Остальные части словно бы и не нуждались в защите от чужого взгляда. Видимо, она уже не осознавала, чего хочет.