Восходитель. Том 1 и 2 - Марат Жанпейсов

друг друга относительно своих ценностей и принесенных клятв. Если это действительно великие души, а у меня нет причин не верить Саладину, то для них действительно могло измениться очень мало. Они когда-то пали в бою или умерли по другой причине, а столетия спустя Башня Испытаний их всех воскрешает, ставя под знамена избранных полководцев. Они были воспитаны не как мои современники, поэтому и смотреть на происходящее могут совершенно иначе.

Из-за того, что я не включаюсь пока в сражения, то развлекаю себя размышлениями, и это чуть не закончилось плохо, когда отвлекся слишком сильно. Я почувствовал чье-то незримое присутствие, но «Сенсорика» никого рядом не заметила, поэтому успокоился, но буквально через пять минут передо мной вырастает знакомая фигура, вооруженная длинным мечом.

— А вот и ты, Стрелок. От нас прятаться бесполезно, навык телепатии не только позволяет пользоваться мыслеречью, но еще отыскивать следы чужого разума, — говорит Бернард, выглядя очень величественно, вокруг него даже буря успокаивается, хотя, это может быть следствием использования арканы.

Бернард, ближайший ставленник Завоевателя Святынь, опирается на двуручный черный меч, придя в бой в красивой накидке с алым плащом. За ним вырастают воины Критского лагеря, которые собрались, чтобы убить меня. Или нет?

— А вот и я, — киваю рыцарю. — Да я не то чтобы бегаю от вас по всему Фар-Дарлуку… Ладно, раскусил, я действительно бегаю, но не потому, что боюсь.

— Ты странный человек, Север, — сейчас Бернард решил обратиться по имени. — Но в Башню Испытаний призываются самые разные люди и порой кажется, что совершенно случайные. Мужчины, женщины, старые и молодые, я даже про детей слышал… Кто-то слаб духом и даже не думает приступать к выполнению испытаний и просто плывет по течению или присоединяется к более морально сильным. Но иногда приходят загадочные личности, которые невероятно быстро принимают новые правила жизни или наоборот пытаются всё вокруг изменить по своему вкусу. Таких я лично видел, и они сейчас где-то на более высоких этажах.

— И к чему ты клонишь?

— А ты не слушал, что говорила та администраторша на нулевом этаже? Она говорила, что скоро в нашем мире начнут открываться Врата, из которых хлынет некий ужас. И видя всё это вокруг, я не сомневаюсь, что там может появиться что угодно. Ты только представь весь тот ужас, если монстры, владеющие арканой, начнут появляться на Земле!

— Будет плохо, — с этим спорить трудно.

— Поэтому наша цель — как можно скорее подняться до вершины Башни, чтобы вернуться и защитить наши дома, родных и близких. Плод Древа Познаний чрезвычайно важен для этого, Север.

— И ты просишь меня отступиться?

— Да, прошу. Я считаю, что хорошо разбираюсь в людях, поэтому прошу тебя, а не ставлю ультиматум. Подобные тебе не испугаются чужой агрессии и вступят в конфликт, но еще ты не похож на многих игроков-сумасбродов, которым огромная сила и власть вскружила голову. Ричард связался с администраторами по моей просьбе, и мы смогли договориться. Если ты официально откажешься от своих претензий на Древо Познаний, то сможешь без штрафов изменить сторону, встав под знамена Критского лагеря. Не нужно никаких клятв или наряжаться в наши одежды, просто помоги нам достать плод Древа Познаний, и это поможет нам спасти наш мир!

— Официально заявляю, Бернард, что ты прекрасный переговорщик, — уважительно киваю. — Ты действительно можешь зацепить нужные струны чужой души. Мне небезразлична судьба родного для меня мира, хотя там нет людей, которых я хотел бы спасти любой ценой.

— Понятно. Возможно, поэтому тебе недостает мотивации. У меня там осталась семья, и мое бесследное исчезновение наверняка доставило им немало горя. Я хочу вернуться к ним как можно скорее. Поможешь ли ты мне в этом, Север? — рыцарь протягивает мне правую руку.

«И если откажусь, то буду выглядеть последним подонком?» — кажется, я осознаю, что задумал собеседник.

Но чему меня научила Башня с момента моего первого появления в ней? Ответ: не стоит слепо доверять окружающим. Помыслы Бернарда могут быть искренними, не исключаю, но нет никаких гарантий. Во-первых, у его товарищей или Завоевателя Святынь могут быть совершенно другие взгляды на использование силы мифического плода. Во-вторых, кто может гарантировать, что Бернард, получив великие силы, сам не станет заносчивым ублюдком, который будет кроить мир по своему усмотрению? В-третьих, Бернард на самом деле уже принял правила игры и на поводке администраторов.

— Скажи, Бернард, чем ты занимался до Башни? — я задаю встречный вопрос.

— Что? — мужчина удивленно поднимает брови. — Ну, я был техническим директором в одной компании. А зачем тебе эта информация?

— А теперь ты буквально крестоносец в пафосных одеждах и с крутым мечом. Не то чтобы это что-то плохое само по себе, но ты идешь по пути, проложенном местными высшими силами. Я не могу знать этого наверняка, но в глубине души уверен, что Башня Испытаний существует вовсе не из-за гуманистических соображений. Здесь всё спроектировано таким образом, чтобы проливалась кровь, чтобы люди умирали, а слабые отбраковывались. Если божества, смотрящие на наше цирковое выступление, такие могущественные, то почему они сами не уничтожат всё злое?

Бернард потрясенно молчит, словно не может ничего мне ответить.

— Два самых вероятных ответа: не могут или не хотят. Либо и то и другое одновременно. Если уж быть за всё хорошее, то нужно быть последовательным и непредвзятым, не так ли, Бернард? Рядом с нами в эту самую минуту постоянно гибнут люди. Чем они хуже людей вне Башни? А как насчет того, что одни игроки берут в рабство других, как это было недавно на первом этаже? А как насчет тех несчастных, кого вообще без каких-либо сил и знаний бросают на съедение в ужасном месте ниже фундамента Башни?

Произнося тираду, я подхожу ближе и в конце приблизился почти в упор к рыцарю.

— Ты поставил перед собой благородную цель и идешь к ней по дорожке, залитой кровью. Я поставил перед собой благородную цель и стремлюсь изменить то, что уже находится в моей досягаемости. И мы одинаково не имеем представления о том, что такое плод Древа Познаний или для чего была построена Башня Испытаний. Если уж и быть спасителем, Бернард, то