Наследник Агонии - Евгений Альтмайер

И, похоже, не без оснований. Бездна и пять хозяев ее, только этих проблем и не хватало.

– Просто Алиша. Надеюсь, мое общество не обременит тебя, Рафаэль? Я ведь могу тебя так называть?

– Почту за честь, – не удержался объект ревности от обворожительной улыбки.

Скорее по привычке, чем всерьез рассчитывая покорить сердце восточной красавицы. Раньше таких проблем с женщинами у него не возникало. Когда тем приходило в голову устроить какую-нибудь сцену, он просто пожимал плечами и находил новую любовницу.

Вот только роман с Лаурой, в который он столь некстати вляпался, слишком уж завязан на вещи куда более прагматичные, чем чувства или похоть. Вульгарная склока может наломать слишком много дров. Впрочем, бездна с сомнениями. Все как-нибудь образуется само-собой. Обычно оно именно так и происходит.

– Давайте приступим, сеньор. – Сипло пробормотал один из контрабандистов. На взгляд Рафаэля, Алиша привела слишком мало людей. Вывезти из древнего схрона золото, оставив с носом храмовников, их точно не хватит. Не говоря о том, что вокруг не видно ни одной повозки.

– Как только откроете тайную дверь, мы немедля примемся за дело. – Еще один возбужденный голос. Сухопарый старичок возбужденно сверкает глазами.

Остается лишь пожать плечами. И, позаимствовав у одного из иштвадийцев магический светильник, отыскать знакомую темную плиту, а на ней – символ Сокрытого Ока.

Зачарованная дверь поднялась вверх. Первым вперед рванулся тот самый старичок. Изнутри раздался полный сдавленного ликования вопль. Вскоре к нему присоединились восхищенные возгласы остальных. Алиша наградила чарующей улыбкой.

Подавив вздох, Рафаэль протянул хозяйке Жасминного дома руку, чтобы ввести ее в тайный схрон.

– Пусть тебя не смущает внешность Низара. Он один из лучших знатоков древностей во всем Порто-Маре.

Знаток древностей? Как любопытно…

Внутри царит удивленное оживление. Наверняка кто-то из ворвавшихся успел засунуть в карман пригоршню древних монет. Впрочем, на фоне свалившегося на них сокровища, вряд ли эта потеря так уж фатальна.

– Наша находка бесценна, госпожа! – Приглушенным голосом прошептал Низар. Глаза старичка возбужденно сверкают. – Позднекематхийское золото, да еще в столь блистательном состоянии… Это… Это…

Бедняга больше напоминает сумасшедшего ученого, чем контрабандиста. Пока остальные предвкушают красивую жизнь и пытаются незаметно сунуть за пазуху пару монет, он восхищенно таращится на собранное вокруг богатство. И явно помышляет не о роскоши.

Закипела работа. Вопреки опасениям, собравшиеся оказались куда более ушлыми ребятами, чем можно подумать. Вместо громоздких телег они притащили к обрывистому берегу несколько лодок. И теперь на канатах спускают богатства вниз, где их уже принимают сдуревшие от бесконечного потока золота мореходы.

– Скажи-ка, почтенный. – Вмешался Рафаэль, оттащив Низама от созерцания очередной золотой статуэтки. – Можешь дать совет об одном древнем украшении?

– Мои познания всецело к услугам господина. – Проблеял старичок, глядя на него обожающим взглядом.

– Не так давно мне попался в руки любопытный предмет. Серебряная диадема эльфийской работы. Лепестки аквилегии и бриллианты. Тебе, случайно, не доводилось…

Вопрос он задать не успел. Низам разразился дребезжащим смехом.

– Прости, господин! – Взвизгнул старикан, увидев, как сошлись к переносице брови Рафаэля. И согнулся в поклоне, чудом не подметя бородой древние камни.

– Полно! Я и не думал сердиться. Просто расскажи, что вызвало твой смех.

– Надеюсь, ты заплатил за эту подделку не слишком много, господин.

– Подделку?

– Конечно. В прежние времена я на такие насмотрелся не раз и не два. То, что ты описываешь – легендарный венец аквилегий, олицетворение власти владык Акмилариа. Многие глупые неумехи пытались по древним описаниям сделать что-то подобное – и нажиться на охочих до редкостей богатеях. Многие закончили жизнь на морском дне, прикованные к пушечным ядрам.

Рафаэль задумчиво хмыкнул, но от дальнейших вопросов воздержался. Низам наградил его сочувственным взглядом. И, убедившись, что господин потерял к нему интерес, вернулся к созерцанию золотых побрякушек.

Если Кематху считают седой, но реальной историей, то Акмилариа – отголосок легенд столь древних, что иные вообще сомневаются в ее существовании. Древнее царство эльфов, существовавшее совсем уж в незапамятные времена. Царство, сокрушенное жестокими захватчиками, которые тьма знает сколько тысячелетий назад основали на руинах поверженных врагов собственное государство. То самое, которое ныне и именуют Кематхой.

Означает ли это, что эльфийка… От мысли о том, из какой древности явилась фрейлина Шерхеи, закружилась голова. Или просто совпадение? К слову сказать, последней правительницей Акмилариа была легендарная Каристилиэль, о которой…

Впрочем, как ни копался Рафаэль в памяти, не вспомнил ничего, кроме нескольких дурацких преданий. Означает ли это, что древняя владычица жива и поныне – и он вернул ей древнюю фамильную ценность?

Если они встретятся еще раз – это не составит труда выяснить. Непохоже, чтобы эльфийка так уж хорошо владела собственным лицом. Можно «случайно» назвать ее по имени, и тогда…

И тогда, шепнул ядовитый внутренний голос, ты запросто можешь нажить себе такого врага, что дурацкая интрижка с Лаурой и заигрывания с Алишей покажутся детским лепетом. Одной тьме ведомо отреагирует древняя царица, если поймет, что оберегаемая тайна раскрыта.

В лучшем случае – Рафаэль ошибается, и тогда он просто выставит себя идиотом. В худшем – получит непредсказуемую реакцию на излишнюю осведомленность. И еще более непредсказуемые последствия. Пожалуй, лучше не бередить седые тайны. Во всяком случае – без твердого понимания, что делает эльфийка в свите Шерхеи и каковы ее цели.

Вернуться на грешную землю потребовало некоторого усилия. Впрочем, на самого Рафаэля никто не обращает внимания. Контрабандисты заняты переноской тяжестей. Алиша молча наблюдает за работой. В больших черных глазах застыла ликующая алчность.

Может быть, она и положила глаз на Рафаэля – то ли из достойной хозяйки борделя любвеобильности, то ли из желания напакостить Лауре, отношения с которой у нее явно не настолько блестящи, насколько та хочет верить. Но бесконечные золотые монеты занимают ее куда сильнее. Пожалуй, оно и к лучшему.

В ближайшее время следует вернуться в Замок Фей. Он и так провел в Порто-Маре куда больше времени, чем собирался.

– Кажется, мы уперлись в тупик. Горацио и его шайка слишком нас опережают.

Эту ночь провели в комнате Рафаэля. Лаура лежит, закинув длинную ногу ему на бедро. Не слишком ли безрассудно?