Сын Сумерек и Света - Олег Авраменко

— Она стала адептом?!

— Да. И не вздумай обижаться, что мы не посоветовались с тобой. Ты бы только пожал плечами и пожелал нам удачи.

— Я вовсе не обижаюсь, — покачал головой Брендон. — Просто это объясняет, почему меня швырнуло к Дане. Когда мы с Брендой находимся в разных потоках времени, с нами приключаются всякие чудеса. Из-за той самой связи. Обычно мы держим слабый контакт, насколько возможно слабый, но стоит одному из нас дать волю своим эмоциям, контакт усиливается, и чем выше эмоциональное напряжение, тем он становится теснее… — Брендон на мгновение умолк, затем удручённо произнёс: — И это самое паршивое, что может быть. Когда я очутился в постели с Даной, к тому же голый… меня, понятно, охватило возбуждение. А достигнув критического предела, оно передалось Бренде.

— Но это случилось уже после Источника, — заметил я. — А как объяснить твоё перемещение?

— К этому я и веду. При большой разности течения времени тесный контакт между нами приводит к эмоциональному шоку у того из нас, кто находится в медленном потоке. Помнишь, когда мы были в Хаосе…

— Да, помню, — нетерпеливо перебил его я. — Бренда говорила, что всё это время старалась не нервничать и не слишком напрягаться, чтобы не «ужалить» тебя.

— То-то же. Иначе моё потрясение эхом отозвалось бы в ней, и она непроизвольно выдернула бы меня из Чертогов.

— Ага! — сообразил я. — Окунувшись в Источник, Бренда крепко «ужалила» тебя своими эмоциями, но поскольку коэффициент кратности времени был бесконечно большой, ты никак не мог последовать за ней, тем более что Врата были закрыты.

Брендон кивнул:

— Вот именно. При других обстоятельствах я бы отделался просто шоком, поэтому Бренда не переживала за меня. Но в тот самый момент я разговаривал через зеркальце, которое ты зачаровал с помощью Источника. Таким образом, хотя сама Бренда не отреагировала на мой шок, зато среагровал Источник и швырнул меня вдоль линии связи.

Следующие четверть часа мы подробно анализировали этот инцидент с точки зрения взаимодействия сил, пока наш разговор не прервала Пенелопа. Она вихрем ворвалась в каюту, раскрасневшаяся то ли от холода снаружи, то ли от жары в камбузе, и, весело поприветствовав нас, принялась рыться в вещах.

— Обед готов? — поинтересовался я.

— Да ведь рано ещё! Часа через два будет вам пир горой. Я втолковала коку и его помощнику, что и как нужно делать, теперь они сами справятся. Они, оказывается, вовсе не кретины, а просто неучи.

— Куда-то спешишь? — спросил Брендон.

— Ага, — коротко ответила моя дочь, запихивая в большущий чемодан платья, юбки, блузки, халаты и прочие наряды. — Только что разговаривала с Брендой. Она хочет познакомить меня со своими новыми подругами, Даной и Дейдрой. — Тут Пенелопа метнула на меня ревнивый взгляд. — А заодно решила устроить небольшую демонстрацию мод в узком кругу.

— Это в её стиле, — усмехнулся брат. — Чуяло моё сердце уже тогда, когда она вертелась перед ними в своей пижаме…

Вдруг Пенелопа всплеснула руками и звонко рассмеялась, глядя на закутанного в одеяло Брендона.

— Ты и об этом знаешь? — спросил он.

— Да, знаю. Бренда говорит, что ты выскочил из зеркальца, как чёртик из табакерки, второпях позабыв прихватить одежду.

— Неправда, — ворчливо возразил Брендон. — Берет-то я прихватил.

За этой репликой последовал новый взрыв смеха Пенелопы. Она была подозрительно беззаботна и жизнерадостна даже для своего активно-суетливого состояния. Это неспроста, подумал я и решил прозондировать почву.

— Бренда рассказала тебе про Источник?

— Да, вкратце.

— И что думаешь?

У меня создалось такое впечатление, что Пенелопа вот-вот захлопает в ладоши. Однако она совладала с собой, состроила серьёзную мину и постаралась изобразить огорчение.

— Мне очень жаль, Артур, правда. Я бы хотела стать твоей помощницей, но… я не готова к этому… к последствиям овладения Силой.

— Понимаю.

— А я не понимаю, — подал голос Брендон. — Может, соизволите объяснить?

— Артур объяснит, — сказала Пенелопа. — Я сама почти ничего не знаю. Лишь только факт, что без этого не обойтись.

Я утвердительно кивнул: — К сожалению, так и есть. Раньше я не знал, что это обязательно, а теперь ситуация изменилась. Тебе пока рано идти к Источнику. Ты ещё не встретила своего Одиссея.

Пенелопа смутилась, торопливо попрощалась с нами и вместе с набитым одеждой чемоданом скрылась в Туннеле.

— Насчёт Одиссея ты её хорошо поддел, — заметил Брендон, как только призрачный силуэт Пенелопы растворился в воздухе. — Но какое отношение имеет это к Источнику?

— Самое непосредственное. — И я рассказал брату о необходимости контакта с материальным миром и о его эротических последствиях.

— Вот оно что! — произнёс Брендон. — Теперь ясно, почему Пенелопа так обрадовалась. Нашлась уважительная причина отложить знакомство с Источником. И на весьма неопределённое время — так как всех потенциальных Одиссеев она отшивает с порога. В ней женщина ещё не проснулась — и, как мне кажется, ещё не скоро проснётся.

«Дай-то Бог», — подумал я, хоть и понимал, что это крайне эгоистично с моей стороны. Но ведь Пенелопа лишь недавно вошла в мою жизнь, и я не хотел так быстро делиться ею с другим мужчиной.

— Типичное проявление отцовского эгоизма, — прокомментировал Брендон, догадавшись, какие мысли рояться в моей голове. — Мы, мужчины, в этом плане немного двинутые. Сыновья ревнуют матерей, братья — сестёр, отцы — дочерей.

— Ты тоже ревнуешь Бренду? — спросил я.

На его лице появилось страдальческое выражение.

— В своё время ревновал. Когда она была замужем. А до того и после того не было оснований.

— А Бренда ревнива?

— Ни капельки. Она очень доброжелательно относится к женщинам, которые мне нравятся. Сейчас, например, она в полном восторге от Даны. Держу пари, что вскоре они станут закадычными подругами… — Тут Брендон умолк и уставился на меня подозрительным взглядом: — Погоди, Артур! Помню, ты рассказывал, что твоими Отворяющими Врата были Морган Фергюсон и Дана. Значит…

Я вздохнул:

— Вот именно. У меня с Даной проблемы из-за этих проклятых чар. Но это просто наваждение. Со временем всё уладится. Уже есть опыт с Бронвен.

— Гм-м… Дана тоже неравнодушна к тебе, — сказал Брендон, тщетно пытаясь скрыть ревнивые нотки в голосе. — Это видно невооружённым глазом… — Он ненадолго задумался. — А если Дана будет моим Отворяющим? Может, это разрушит предыдущие чары?

Я покривил бы душой, если бы сказал, что идея брата пришлась мне по вкусу. Однако не мог не признать, что в его словах есть определённый смысл. Ведь моё влечение к Бронвен быстро сошло на нет именно после того, как я искупался в Источнике…