Лаксены. Начало - Дженнифер Арментроут

– За мной будут приглядывать другие Лаксены. Это необязательно должен быть ты.

Его глаза встретились с моими.

– Ты – моя проблема.

– Я для тебя никто и ничто.

– Ты для меня определенно что-то.

Мои ладони покалывало от жгучего желания залепить ему пощечину.

– Если бы ты только знал, какую антипатию у меня вызываешь.

– Нет. Не вызываю.

– О’кей. Нам нужно избавиться от следа. Прямо сейчас.

На его губах появилась волчья улыбка.

– Тогда, возможно, нам следует снова начать срывать друг с друга одежду. Посмотрим, что после этого останется от следа. В прошлый раз, кажется, это неплохо сработало.

Моему телу нравилась эта идея. А мне – нет.

– Ну да-а. Забудь. Этого никогда не случится.

– Это было всего лишь предложение.

– Которое никогда. Не случится, – я намеренно выплевывала каждое слово. – Снова.

– Не веди себя так, словно ты не испытывала того же удовольствия…

Я со всей силы ударила рукой по его груди. Он только рассмеялся в ответ, и я начала отстраняться, но… остановилась. Снова прижав ладонь к его груди, я смотрела на него во все глаза.

Дэймон вскинул бровь:

– Ты пристаешь ко мне, Кэт? Мне нравится то, куда это приведет.

Его сердце билось о мою ладонь сильными ускоренными толчками.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Я положила ладонь на свою собственную грудь.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Я начала чувствовать головокружение.

– Наше сердцебиение… оно одинаковое.

Оба наших сердца начали ускоренно биться абсолютно синхронно.

– О, господи! Как это возможно?

Лицо Дэймона заметно напряглось.

– Вот засада.

Мои ресницы поднялись. Наши глаза сомкнулись. Воздух, казалось, начинал искриться вокруг нас, выплескивая напряжение.

Засада – это точно. Самая что ни на есть.

Он положил свою ладонь поверх моей.

– Но это не так уж и плохо. Я имею в виду… похоже, я как-то преобразовал тебя в процессе исцеления, и теперь мы с тобой, по всей видимости, как-то связаны. – Он усмехнулся: – Могло быть хуже.

– Что может быть хуже этого? – спросила я, не веря своим ушам.

– Если бы мы были вместе, – он пожал плечами, – это могло быть хуже.

Я не была уверена, что расслышала его правильно.

– Подожди секунду. Ты считаешь, что мы должны быть вместе из-за какого-то идиотского инопланетного моджо, которое нас связывает? Но ведь еще две минуты назад тебя просто изводила сама мысль о том, что ты завяз в моем обществе?

– Да-а… Скажем так, ничто меня не изводило. Просто я указал на то, что мы вынуждены быть друг с другом. Это не одно и то же и… тебя влечет ко мне.

Мои глаза сузились.

– Я вернусь к этому утверждению через секунду. А сейчас уточни, пожалуйста, ты хочешь быть со мной, потому что чувствуешь, что… вынужден?

– Я бы не стал говорить «вынужден», потому что… ты мне нравишься.

Я смотрела на него во все глаза. Так легко было вспомнить его мысли, которые я подслушала, когда он возвращал меня к жизни. Какая-то часть моего сердца хотела верить в то, что чувства Дэймона были правдой, но… возможно, все это было лишь результатом чего-то – бог знает чего, – того, что он со мной сделал.

Второе предположение было более правдоподобным, если учесть все то, что он только что сказал.

Дэймон нахмурился:

– О нет, я знаю, что означает этот взгляд. О чем ты думаешь?

– Думаю, что это самое нелепое признание в чувствах, которое я когда-либо слышала, – произнесла я, поднимаясь. – Это так неубедительно, Дэймон. Ты хочешь быть со мной только из-за какой-то безумной моджо-фигни, которая произошла?

Он закатил глаза:

– Мы нравимся друг другу. Это так. Глупо продолжать это отрицать.

– О, и это говорит парень, который оставил меня топлес на диване? – я покачала головой. – Мы не нравимся друг другу.

– О’кей. Возможно, мне следует извиниться за это. Я прошу прощения, – Дэймон сделал шаг вперед. – Нас тянуло друг к другу задолго до того, как я тебя исцелил. Ты не можешь сказать, что это неправда, потому что я всегда… испытывал к тебе влечение.

Я сделала шаг назад:

– Влечение ко мне – столь же нелепая причина для того, чтобы быть со мной, как и связывающее нас космическое моджо.

– О, да ладно. Ты ведь знаешь, что между нами существует нечто гораздо большее, чем это. – Он помедлил. – Я знал, что с тобой будут проблемы с того самого момента, как ты постучалась в мою дверь.

Я сухо рассмеялась:

– Поверь мне, эти мысли были взаимны, и это совершенно не оправдывает того самонадеянного хамства, которое ты обрушил на меня за все это время.

– Тогда я считал, что мое поведение можно оправдать. Но очевидно, что нет, – он сверкнул мимолетной усмешкой. – Кэт, я знаю, что тебя влечет ко мне. Я знаю, что тебе нравится…

– Одного влечения недостаточно, – отрезала я, покачав головой.

– Мы ладим друг с другом.

Я окинула его скептическим взглядом.

Его губы тронула белозубая усмешка.

– Иногда быть вместе у нас очень неплохо получается.

– У нас нет ничего общего, – возразила я.

– Между нами гораздо больше общего, чем ты можешь себе представить.

– Думай, что хочешь.

Дэймон поймал прядь моих волос и намотал ее вокруг пальца.

– Ты знаешь, что хочешь этого.

Воспоминание о нежном поцелуе на Полях снова всплыло в моей памяти. Раздосадованная, я откинула волосы назад, пытаясь сосредоточиться.

– Ты не знаешь, чего я хочу. Не имеешь ни малейшего представления. Я хочу, чтобы мой парень действительно хотел быть со мной. Не потому, что обязан или вынужден из-за какого-то извращенного стечения обстоятельств.

– Кэт…

– Нет! – я оборвала его, сжав руки в кулаки. Ну же, Киттикэт, не будь больше пассивным наблюдателем, безропотно принимавшим происходившее в собственной жизни. Я не должна была уступать Дэймону. Только не сейчас. Не тогда, когда его причины быть со мной являлись настолько жалкими, что могли возглавить десятку топ-листа. – Нет. Извини. На протяжении многих месяцев ты относился ко мне непонятно как. Теперь за один день ты решил, что я тебе нравлюсь. И чего ты ждешь?.. Что я вот так обо всем забуду? Я хочу, чтобы кто-то заботился обо мне и любил меня так же, как отец любил мою мать. Ты никогда не сможешь мне этого дать.