Пряжа из раскаленных угле - Анна Шведова

– О, так вот ты какая, Плетущая! – медленно проговаривает Элена, превращаясь в Сирену…

– А-а-а!

– Что? Что случилось?

Я еще только распахнула глаза, а сыскари уже стояли надо мной с обнаженными клинками, настороженно оглядываясь по сторонам.

– Сон, – я судорожно вздохнула, зябко обхватывая колени руками, – Просто дурной сон. Мне приснилась Сирена.

– Сирена? – несколько секунд Берген пристально вглядывался в меня, но больше ничего не произнес.

– Я побуду на карауле, – сказала я, кивая сидевшему у едва тлеющего костра Водару, – Все равно спать больше не смогу.

– Хорошо, – не отрывая от меня изучающего взгляда, Берген положил рядом со мной кинжал, – Будь осторожна.

Сыскари спали. У них была счастливая привычка засыпать везде и всегда, как только представится такой случай… Неужели еще месяц назад я едва ли не ненавидела их? Впрочем, не могу сказать, что сейчас всех люблю, но многих научилась хотя бы терпеть…

Их осталось семеро, всего семеро. Вот спит Магето, его бледно-рыжая шевелюра в отблесках огня кажется золотистой. Кажется, я уже примирилась с его вечной грубостью и склонностью к скандалам. А вон Водар, свирепый только для чужих. А вон силач Елам, мой добрый защитник… Крилитус хитер и изворотлив, но иногда говорит весьма здравые вещи. И, кажется, он все-таки смирился с моим существованием. Там Рене – редкостный молчун. Его взгляд исподлобья мне не нравится, его амбиции явно завышены, но когда он молотит кулаками, самое безопасное место – это стоять у него за спиной. А рядом – его дружок Хедер, бахвал и хвастун, однако его просто обожают лошади, а животные редко ошибаются… И наконец, Берген. Немногословный и сдержанный, он полностью изменил мое отношение к людям, держащим в руках оружие. Бледный и сухой, с невыразительными, незапоминающимися чертами лица, с редкими русыми волосами и не слишком впечатляющей фигурой, он научил меня видеть достоинство за неброской внешностью, а честь – за фасадом черного мундира. Иногда он напоминал мне другого человека, такого же сдержанного и внешне холодного, даже не знаю почему, ведь они так не похожи друг на друга… Но тот человек во сне протянул мне руку, и я шагнула к нему. Я не остановилась бы, даже будь между нами пропасть. Но то во сне, а в жизни, увы, не все так просто…

Ночь шла своим чередом. Огонь давно пожрал остатки бочек и досок и догорел, однако света вполне хватало… Только теперь я заметила, как посветлело за пределами пещеры. Ничего удивительного в том не было. Всего лишь ночной ветер разогнал тучи и теперь в небе светила луна, бросая серебристые дорожки на слегка волнующуюся водную гладь. Красивое то было зрелище: море, ночь, лунный свет… Некая тень мелькнула в изломанно-треугольном проеме пещеры. Я насторожилась и оглянулась: сыскари спали, кто беспокойно, кто мертвенно, но никто из них не бродил привидением.

Тень за пределами пещеры мелькнула еще раз. Я встала и осторожно подошла к выходу… И застыла на месте.

У берега качался на волнах изящный парусник. Я не слышала его приближения, не слышала звуков команд или иного человеческого присутствия, да и сейчас он стоял почти беззвучно; до меня доносились лишь звяканье металла и плеск волн о его темные изогнутые борта. Он походил на видение. Он наверняка видение…

А потом на берег из маленькой лодки вышел человек. Я не видела его приближения – камни скрывали и его, и лодку, на которой он подплывал к берегу, однако сомнений не вызывало – он с корабля. Человек подтянул лодку к камням и принялся легко взбираться по валунам вверх, перепрыгивая через бушующие внизу водовороты прибоя… а потом лунный свет упал на него, и он поднял голову. Мелькнула седая прядь в темных волосах.

– Кэсси? – с бесконечным удивлением спросил он, – Как ты здесь оказалась?

– Хед, – я чувствовала, что самым непотребным и глупым образом мои глаза наполняются слезами, – Хед.

Я отошла от пещеры, а потом и вовсе спрыгнула через пару валунов вниз. Я никак не могла поверить своим глазам.

– Да, это я, – Ноилин справился с удивлением и теперь рассматривал меня куда более критично. Между нами была расщелина, где бушевал прибой, и мужчине приходилось смотреть на меня снизу вверх. Но он был рядом, здесь, буквально рукой подать. Я бесстыдно пожирала его глазами и не могла насытиться, – Ну, так и что ты здесь делаешь?

– Мы ловим Сирену. Она здесь, в пещерах под островом. Вы ведь ее ищете?

Он задумчиво кивнул.

– Отведи меня туда.

– Это опасно! – взвилась я. Даже мысль о том, что Сирена причинит ему боль, резала меня ножом.

– Не бойся, не такой уж я беспомощный, – улыбнулся он знакомой до боли улыбкой и протянул руку, кивая на камни, – Помоги взобраться.

Его рука была холодной и влажной, что неудивительно, ведь он касался мокрых камней…

– Нет, Никки, нет!

Берген выскочил из пещеры и несся ко мне огромными прыжками, но его помощь опоздала. Ноилин резко дернул меня на себя, я соскользнула с камня прямо в воду – в кипящее месиво воды, камней и злой воли прибоя. Море окатило меня с головой и немилосердно швырнуло на камни, но только я попыталась встать, как новая волна заткнула мне рот пригоршней соленой воды, смешанной с камнями, осколками ракушек и водорослей. Море било меня и мотало, как безвольную куклу, и я никак не могла выбраться из этой ужасной ловушки. Казалось, вот-вот я соберу силы и рвану наверх… и новой волной меня размазывало по скале.

– Держи! – крикнул кто-то сверху, и я вцепилась в веревку как в самую большую ценность в моей жизни…

– Ноилин! – раненой чайкой закричала я, едва выбралась наверх и смогла отдышаться, но ни парусника, ни лодки, ни, разумеется, человека под лунным светом не было.

Зато были семеро других. Шестеро человек стоящих и один – лежащий.

Со странным одервенением подходила я и с боязнью, что то, о чем я подумала, может оказаться правдой. Но это и было единственной правдой. Я упала на колени, до боли сжав руки в кулаки.

Берген лежал, распластавшись на камнях, и глаза его были широко раскрыты. Удар лже-Ноилина сломал ему шею, раздробил ключицу и плечо. Капитан спас меня, а вот себе уже ничем не мог помочь.

Крилитус присел рядом с телом Бергена и осторожно приподнял за шнурок потертый амулет – звезду, спаянную из множества металлических проволочек. Маг несколько секунд изучал предмет, потом поднял его повыше. Так, чтобы видели все остальные.

– Звезда Пранейя, мощная штука, – невыразительно произнес он, но голос его неожиданно окреп, с каждой последующей фразой наливаясь гневом и страхом, – Но самое главное – полностью разряженная. Только что. Берген выпустил в нее весь заряд. Что же это за тварь такая, если ее не взять никакой магией? Кто-нибудь знает?

Я знала. Я понимала. Эта мерзкая гадина пробралась в мои сны и украла мои воспоминания. Она использовала мою любовь к Ноилину против меня. Она убила моего друга – я не боялась назвать Бергена своим другом, ибо так оно и было.