Хромой. Империя рабства - Владимир Белобородов

– Нельзя ему. Вдруг алтырь какой?

– Я на всех договорился! Так дороже будет.

– Пусть дороже! – Я, вынув кошелек, протянул его вору.

– Как бы потом дороже не стало. – Липкий затронул нить угрозы, чем только уверил меня в правильности действий.

Черта характера такая – твердолобая. Вроде разумом понимаю, что надо взвешивать и анализировать, но когда начинают угрожать… Я даже в детстве не играл с теми, кто говорил: «Либо с ним, либо со мной!»

– А почему мы? – На этот раз «выступил» Чустам.

– Я уже ходил. Вы самые сильные воины. К тому же вы из разных торбов, что будет по-честному.

«И с головой нормально все у обоих», – добавил я про себя.

Слова о торбах были совсем даже не лишними. Если сейчас пошлю только «своих», остальные начнут косо смотреть. А это, когда пойдем в город все вместе, может и до беды, с нервов-то, довести. Может, мы и шли вместе, но незримая граница между нами была, была, родимая. А так – все по чести.

– Чтобы подстраховать, поедет Клоп с одной вьючной – если что, уйдете вчетвером на двух лошадях. На него и бумаги рабские оформите. Мы тут будем, наготове. Клоп, четыре меча в тряпки заверни и к седлу привяжи.

– Не стоит, – хмуро прокомментировал мое последнее распоряжение Липкий. – Там стража по улицам ходит. Они тоже не дураки. Проверят – замаемся Клопа выцарапывать.

– Хорошо. – Доводы Липкого показались мне вескими. – Когда надо идти?

– Сейчас.

Сейчас не получилось. Главные действующие лица, даже Наин, трусили, хоть и скрывали это постыдное чувство. Отправили мы их, благословив по-местному, то есть пожелав благодушия магов, только через час. Сразу после этого я велел сменить место дислокации рабского подразделения. Сам же, запрыгнув на Звезданутого, поехал на холм, с которого мы впервые увидели городок. Огарик увязался за мной, только пешком – надоело парню трястись в седле.

Как ни странно, яркое дневное солнце мешало рассмотреть людей, а вот корабли было видно. Штук пять были одномачтовыми и наверняка не мореходные, судя по размеру. Издалека, конечно, оценить размер сложно… Остальные были разномастными, в основном трехмачтовые «бочонки». Выделялись всего два четырехмачтовых. Один просто пузатый монстр, а второй прямо строгость стиля. Никаких плавностей, все резко, стремительно.

– Огарик, слетай за корабельным. – Я решил просветиться на морскую тематику – все равно делать нечего.

– А ты мне обещал рассказать, что значит любить мальчиков.

О-о-о, блин. Странные какие у него интересы. С одной стороны, обещал, а с другой…

– Потом расскажу.

– Ты всегда говоришь «потом». Расскажи сейчас.

Да почему бы, в конце концов, и нет. Надо просвещать парня в сексуальном плане.

– Между мужчиной и женщиной есть различия…

Я минут десять подходил к вопросу секса, пока Огарик меня не прервал:

– Я знаю, как мужчина с женщиной, при чем тут любовь с мальчиком?

– Откуда знаешь?

– Видел, как лошади, коровы там…

Я тут распинаюсь!

– Тогда свободен.

– Ты обещал о мальчиках!

– Это тебе еще рано знать, да и плохо это.

– Ты же обещал!

– Обещал – расскажу. Позже. Когда вырастешь.

Огарик ушел явно недовольным. Ну не рассказывать же ему об извращениях.

Древ пришел с Толикамом.

– Звал?

– Расскажи о кораблях, что стоят в порту, – попросил я.

– Зачем тебе?

– Нам идти скоро туда. Хочу знать, чего ожидать.

– Вот те мелкие, это рыбацкие, – стал рассказывать корабельщик, – внимания не заслуживают – так, по проливу да вдоль берега поплавать. Команды простые мужики, ввязываться в свару вряд ли будут. Четыре средних судна – «купцы», здоровый этот богатый, но тоже торговый. На средних человек по двадцать вольных и столько же рабов. Если затронуть их имущество – встанут горой. Ну кроме рабов. Так просто не пойдут в конфликт. А вот с большого, там человек сто, наверное, могут и помочь страже – команда большая, порезвиться любят.

– А тот вон, «резкий»?

– Это воевый. Возможно, порт охраняет. Только стража свистнет – с него обязаны помочь. Там может и три сотни быть. Только он отплывать готовится.

– Почему так решил?

– Так вон уже по вантам полезли.

Минут через двадцать воевый действительно стал отчаливать. Вычурный и довольно длинный, напоминающий акулу корабль с четырьмя мачтами и довольно раскидистыми по сравнению с остальными реями. Такая не совсем прочная конструкция, по крайней мере с виду.

– Имперский, – произнес Древ.

– Почему так решил? – спросил Толикам.

– Магией укреплен – вон какие реи длинные. Да и сам приличной длины, если без магии, такой, даже через пролив пока идет, может переломиться. Быстрые лодочки. Один недостаток – такелаж удобно сбивать, паруса большие.

«Ничего себе лодочка», – промелькнуло в голове, корабль был почти в три раза длиннее остальных кораблей.

– Опасное будет путешествие у нас. Ладно хоть этот уплыл. Пойдемте-ка готовиться.

Дважды уже лопухнулись, пора и честь знать, то есть ум включать. К этому визиту я решил подойти серьезно.

– Большой, возьмешь пару новеньких и топоры. Надо пару вязанок веток нарубить длиной раза в полтора больше мечей.

– Э-э?

– Значит, клинок и еще половину. Толикам, перебирай вещи. Самое ценное, но легкое возьмем с собой, остальное надо спрятать. Возьмешь в помощь, – я огляделся, – Ларка, Древа и… Опуса вон.

– Что это у нас легкое, но ценное?

– Огниво, например, соли немного. Сам разберешься. Кинжалы и ножи складываем отдельно. Тряпье тоже отдельно. Стоп, вместо Опуса возьмешь Лиимуила. Опус, ты с ножницами вроде умеешь обращаться, надо с моего камзола, да и с одежды Толикама срезать все рюшечки.

– Сделаю.

– Так, вы трое, – ткнул я в первых попавшихся новеньких, среди которых был дед-лекарь, Гогох, кажется, – готовите обед. Солк, ты остаешься наших ждать.

Гладиатор молча встал и пошел к холму.

Еще двоих поставил выдирать репьи из хвостов лошадей – тоже нужная работа, привести их в товарный вид. В общем, расшевелил нашу сонную стоянку. Тех, кого не загрузил работой, выставил на страже. Без дела остались я и Огарик. Ну то есть я осуществлял общее руководство и контроль, а Огарик хвостиком ходил рядом.

– А я знаю, что значит любить мальчиков, – заявил он мне.

– Вот уж никчемное знание. И что значит?