Темная кровь - Э. Дж. Смит

– Юный Вилобородый по сравнению с берсерками Варорга – сопливый младенец, – ответил Кроу. – Берсерки используют кристаллы, найденные в глубинных льдах Нижнего Каста. Когда их вдыхаешь, они… изменяют твое тело.

– Это не ответ на мой вопрос, отец, – заметил Алахан. – Что это такое и как оно действует на троллей?

Отец Кроу прищурился и пристально посмотрел на юношу.

– Почему ты так хочешь узнать? – спросил он. – Тимон не захотел тебе рассказывать – почему же я должен это делать?

– Потому что из всех, кто у тебя есть, я больше всего похож на своего отца. Он мертв – а я жив. Смирись с этим… – Алахан примолк и опустил взгляд на камни под ногами. – Я же смирился… – сказал он, больше не опасаясь своего бывшего учителя.

– Хорошо, мой вождь, я отвечу на твой вопрос, – ответил Кроу с легкой тенью улыбки. – Ледяные Люди Рованоко производят кристаллическую субстанцию. Все, что они едят, – камни, деревья, люди – все выходит наружу в виде этих прекрасных белых кристаллов.

Алахан поднял бровь.

– Моча троллей? Они нюхают мочу троллей?

– Я даже не знаю, есть ли у них для нее какое-то имя, – ответил Кроу, – но она воняет хуже, чем мертвые Горланские пауки, и оказывает странное влияние на других обитателей льдов. Я слышал истории о том, как тролли месяцами ходили вместе с отрядами воинов, потому что принимали раненов из Нижнего Каста за семью Ледяных Людей.

Алахану показалось это забавным.

– И их это не смущало?

– Я не думаю, что их это заботит, парень. Полагаю, они используют порошок, чтобы впасть в безумие, чтобы у них лопнули головы. На все остальное – воля Варорга. – Он закашлялся и сплюнул мокроту себе под ноги. – Можешь использовать это знание, но Тимон тебе спасибо не скажет.

– Если у тебя есть более верный способ защитить Тиргартен, я тебя выслушаю… – Алахан обрел решимость. Если для того, чтобы вернуть Фьорлан, можно использовать других ледяных чудовищ – он так и сделает, и Рованоко это одобрит.

Кроу повернулся и с размаху залепил Алахану пощечину. Кровь выступила у того на губе, а щеку пронзило сильной болью.

– Ты не твой отец, мальчишка. Ты храбрый дурак… в лучшем случае. В худшем – ты обуза, и я не собираюсь тебе потворствовать.

Алахан покраснел от гнева. Не раздумывая, он протянул руку и взял старого жреца за горло.

– Тот, кто ударит меня, – пожалеет, и мне неважно, жрец это будет, король или мудрая женщина. Я Слеза – и прошу прощения, если мое имя не Алдженон.

Кроу почти никак не отреагировал на то, что его пригвоздили к каменной скамье. Старый жрец не отводил взгляда от Алахана, но в нем было больше любопытства, чем досады. Он поднял руку и похлопал по запястью Алахана, чтобы успокоить разгневанного молодого вождя.

– Наши стены не так-то легко сломать, – произнес он, когда Алахан ослабил хватку. – Но с имеющимся числом защитников мы не сможем держаться бесконечно.

– Как я уже сказал, если ты можешь предложить что-то получше… – Алахану не нравилась идея отправлять Тимона за семьей троллей и звать их в Тиргартен, но слова призрака все еще гремели у него в ушах, и он почувствовал: выбора нет.

– Если у лорденыша Джарвика несколько тысяч воинов и осадные тараны… – Кроу не стал договаривать, но в его глазах было сомнение: вряд ли Тиргартен сможет выстоять против Калага.

Алахан вернулся к своему стулу. Он пытался успокоиться и не воспринимать слова старого жреца слишком серьезно. Кроу многие годы оттачивал свою язвительную манеру общения, от которой съеживались даже смелые воины. Юный вождь решил, что больше не даст ему себя запугать.

– Ты жрец Ордена Молота, отец. Из всех людей в тебе должно быть больше всего веры в мудрость Рованоко, – убежденно произнес Алахан. – Или хотя бы доверься мне в том, что я собираюсь сделать.