Начало пути - Дарья Ковальская

Только вот плащ сгорел, посох завален камнями и погребен где-то там, под руинами того, что осталось от бывшего замка. Кстати, мертвецы все кончились. Последнего прибило балконом дней пять назад. Он отвалился, а зомбик как раз проползал с тяжелой тачкой, груженной камнями, мимо. По-моему, он был даже рад умереть, ибо нагружали его гномы немилосердно.

— Где мой плащ? Это что?

Смотрю на мага, застывшего в рубашке и пижамных штанах на верхней ступени лестницы, — встрепан, небрит, в чем-то вымазался и сжимает в руках страшную черную тряпку с дыркой посередине. Я так поняла, это и есть тот самый, навевающий ужас на массы, плащ.

Стою, ржу.

— И чего тут смешного?! Как я это надену? Ты об этом подумала?!

Пожимаю плечами и тыкаю пальцем в свисающие с потолка тяжелые черные шторы. Они, по замыслу, закрывают узкие окна замка. Кстати, настолько узкие, что я вообще не понимаю — зачем они нужны. Гномы говорят: стрелять из луков и метать копья. Ну-ну, только этим тут и занимаются.

— С ума сошла! Я эти шторы три дня назад купил. Торговец два зелья для увеличения мужской силы взял. Нет!

— Тогда иди так.

Ланс засопел и ушел, шарахнув дверью так, что посыпалась штукатурка. Ну-ну, а шторы ведь все равно резать придется. Еще бы окна расширить…

14:51

Сидим, режем шторы. Точнее, я режу, а домовой бегает с мелком и проставляет пунктирные линии. Это, кажется, выкройкой называется.

Маг нервно ходит вокруг, требуя плащ подлиннее и с наворотами. Терпим, продолжая издеваться над тканью.

15:32

О! А что… круто. Он весь черный. Мы даже капюшон сделали. Правда, он кривой и закрыл половину лица, но ему идет.

— Ну… как? — Вытираю пот со лба, сидя среди обрезков.

Маг прошел к зеркалу, которое притащил недавно, хмуро в него посмотрел правым глазом.

— Как-то он… длинноват.

Изучаю волочащийся за некромантом шлейф из черной ткани.

— Ты ж хотел подлиннее.

— И подкладка не алая. Нет. Мне не нравится! Хочу красивый плащ, а не этот перекошенный ужас. У меня в капюшоне лица не видно!

— Только половины.

Плащ сняли и хмуро посмотрели на домового.

— Сможешь сшить приличный костюм за два часа?

— Ну… смочь-то смогу. А только не мое энто дело, — спокойно и деловито. Пытаясь отпихнуться от меня.

Я как раз хотела чуть подрезать его бородку. Ну… больно длинная. Вполовину укоротить, и будет куда лучше.

— Я заплачу любые деньги.

Ошарашенно смотрим на мага. Я даже случайно ножницами щелкнула… часть бороды красиво опала вниз. Рев домового едва не вынес мне барабанные перепонки. Ой, чего ж так орать-то?!

— Так, спокойно!

У мага просто магическая способность всех успокаивать. Тяжело дышу, отпихиваясь от домового.

— Я выращу тебе новую бороду! Да хоть две! Есть одна мазь… но только сделаешь костюм, понял?

Домовой хмуро кивает. Ножницы медленно убирают от моего горла.

— Спасибо, — хрипло.

— Ой, помолчи. Ну так как? Сколько времени надо?

— Ну… я не портной, — рассматривая в зеркале криво обрезанную бороду, — но, если надо, значит, сделаю. За два часа. Говори, какой костюм хочешь.

Удаляюсь, оставляя этих двоих наедине друг с другом и радуясь, что можно свалить. Мне, в конце концов, тоже надо подобрать приличную одежду. Ну… или неприличную… да хоть какую-нибудь одежду…

Проходя мимо зеркала, бросаю в него мимолетный взгляд. Все еще не могу привыкнуть к своей внешности. Маг сказал — это пройдет. Ну… ладно. Я еще не писала, что то заклинание, которое я загадала насчет внешности, сработало немного не так… А точнее, конечно, сработало правильно, но изменились не только копыта, но и я вся. Несильно. Внешность претерпела минимальные изменения. Просто нос стал чуть прямее, губы чуть пухлее, глаза чуть больше и… волосы выпали. Хожу теперь с черным ежиком на голове, надеясь, что года через два отрастут хотя бы до ушей. Или маг чего нахимичит и поможет. Гм.

Еще разок смотрюсь в зеркало.

В принципе… я стала красивее. Даже сама себе в кои-то веки нравлюсь. Ну не как кукла Барби и даже не как обычная кукла, но что-то в этом есть. Мне бы еще пирсинг в нос, пару колец в губы и наколки по рукам… было бы самое то.

Кстати… маг, как только разглядел, сказал, что лысая я даже как-то краше стала. Это мы потом поняли, что внешность другая, а там, впотьмах да на эмоциях, было не до того.

Н-да. Так что комплексы ушли в прошлое, как еще одна не очень важная часть моей биографии.

17:21

Ланс получил свой гардербчик, теперь упрашиваю Нафаню сшить и мне что-нибудь, пока он там перед зеркалом крутится. Домовой отказался в категоричной форме, продемонстрировав клок отстриженной бороды.

Тискаю его, чмокаю в макушку, сообщаю, что он самый умный, красивый, домовитый и вообще самый-самый. Нафаня притих, слушает, тает. Даже покраснел, когда еще разок в лобик чмокнула. Пробурчал, что чего-нибудь, может, и сообразит. За что я с писком поцеловала его в нос, добившись в ответ невнятного «Ну не надо».

Маг прыгает у зеркала, изучая обновку. Нет, ну не то чтобы прыгает, просто уже полчаса принимает различные внушительные и импозантные позы, огонь в глазах, и зловеще усмехается встрепанному нервному отражению, которое вообще не в курсе, что его заставят показать через секунду.

— Слушай, а я думала, маги — крутые ребята, вечно думающие о высоких материях и вечном двигателе.

— Отстань. Если я их не впечатлю — они меня скопом завалят.

Маг сощурился, оскалился в кривой усмешке, натянул ниже капюшон и изящно положил кисть с длинными тонкими пальцами на пояс, слегка оттопырив вбок бедро.

— Ну? — не разжимая губ. — Как я?

— Отпад, — зевая. — Ты неотразим.

Отражение явно тоже так считало. Нафаня крутился вокруг меня, снимая мерки.

— Так, ладно, все надоело. Я могуч и силен. Это они пусть перед зеркалом крутятся, тренируя жуткие позы, — пробурчал маг, отворачиваясь от зеркала и направляясь к лестнице.

Представляю себе сердитых магистров, в жутких позах застывших перед зеркалом. Н-да. Некоторые вещи лучше не знать.

Кстати, если кому интересно: на маге красуется черная рубашка с воротником-стойкой, а также черные штаны и плащ с синей подкладкой. Какого цвета плащ, думаю, уточнять не стоит. Ну а я… тоже буду в черном. У нас тупо нет другой ткани, даже синяя вся ушла на подкладку.

18:30

Изучаю свое отражение в зеркале. В нем — невысокая девушка, стройная в меру сил и возможностей, в черной куртке с капюшоном, надвинутым до самых бровей, и в штанах с целым морем карманов. В серых глазах сталь.