Проклятие династии - Галина Львовна Романова

— Я согласен, — промолвил он, и Гвельдис еще раз поцеловала его в губы.

Беседа затянулась надолго. Веймар остался на обед и за столом развлекал всех забавными историями из жизни, умело дозируя правду и откровенную ложь. За столом благодаря его разговорчивости установилась такая непринужденная атмосфера, что, когда после трапезы Веймар предложил Даральду побеседовать, тот не стал отпираться и сам не заметил, как рассказал молодому дознавателю все. Тем более что таиться и скрывать подробности ему не было смысла.

Гораздо больше Даральда удивило то, что Хельга спокойно присела в углу за стол и разложила бумаги.

— Ты что тут делаешь? — поинтересовался он у жены.

— Я помощник дознавателя, — ответила она. — У Веймара ужасный почерк, ему все равно пришлось бы переписывать показания, так что я делаю это сразу. Можете начинать. Я готова!

Она прилежно заскрипела пером, и Даральд отвечал на вопросы Веймара, не сводя глаз с жены.

А потом они уехали, а он сел в гостиной и стал ждать.

Стемнело. Замок спал, когда вернулась Хельга. Даральд в тишине издалека угадал ее шаги — он научился узнавать жену по шагам, даже если она была в своих форменных сапогах, — и открыл дверь в гостиную.

— Хельга!

Она остановилась в дверях. Большая часть комнаты была погружена во мрак. Только в камине дотлевали угли да на столе, возле которого сидел в кресле Даральд, горели две свечи, озаряя раскрытую книгу и бутыль вина.

— Вы что тут делаете, мой лорд?

— Пройди. — Он сделал приглашающий жест. — Поговори со мной!

— А можно сделать это в другой раз? — Хельга тем не менее переступила порог и опустилась в кресло напротив. — Я так устала! Сначала мы ездили в эльфийское посольство, говорили с посланником Лариваром и его женой. Потом завернули в храм Разрушителя, потом — отправились на место происшествия, затем беседовали с самой герцогиней делль Ирни…то есть попытались побеседовать…

— Что она сказала? — Даральд налил вина в свой бокал и протянул Хельге.

— Вам это так интересно? — скептически хмыкнула жена, но бокал взяла и сделала глоток.

— Ты не представляешь насколько. Так это она натравила на меня «ящеров»?

— Похоже, что да. — Хельга грела вино в ладонях и кусала губы. — Но нужно кое-что уточнить… Она вам нравится?

— Нет, — быстро ответил Даральд.

— Она нравится всем, — подозрительно прищурилась Хельга. — Принц-наследник, например, не отходил от нее ни на шаг и даже иногда запрещал ей отвечать на вопросы Веймара!

— А вы… что она от вас хотела?

— Чего бы она ни хотела, я ей отказал, — ответил Даральд и потянулся к бутылке: — Не возражаешь, если я глотну прямо из горлышка?

— Но я же видела! — воскликнула Хельга, резко ставя бокал на стол.

— Ты видела не все. Делла Гвельдис пыталась привлечь мое внимание. У нее был какой-то кристалл… Не спрашивай меня какой — магия камней никогда не была моей сильной стороной. Если тебе или твоему Веймару нужны подробности, поинтересуйтесь у эльфов. Они в магии кристаллов достигли таких высот, что людям нечего и пытаться их догнать! В общем, ты вошла и помешала ей продемонстрировать мне кристалл. Я только успел почувствовать его присутствие.

— Чего она от вас хотела? — упрямо спросила Хельга. Даральд всмотрелся в лицо жены и внезапно улыбнулся:

— Ты ревнуешь? Брось, глупышка! Это совершенно лишнее. Я же не спрашиваю, что у тебя с твоим Веймаром.

Хельга вспыхнула до корней волос.

— Это совсем другое! — воскликнула она. — Это — моя работа! Веймар — мой друг! Мой настоящий друг! А ваша герцогиня…

— Она не моя! И хватит об этом! — Даральд пристукнул ладонью по подлокотнику кресла. Иногда характер жены его просто раздражал, а ведь они прожили вместе так мало!

— Но если вас с нею ничего не связывает, то почему вы не хотите мне сказать, что было? Зачем она к вам приходила, о чем вы говорили, что на самом деле произошло, когда я вошла?

— Тебе это так важно?

— Да, Ящер меня побери! — вспылила Хельга. — Вы хотели, чтобы я с вами поговорила, — так извольте! Я разговариваю! А если вам не нравится тема, могу и уйти!

Она тоже пристукнула ладонями по подлокотникам и поднялась, решительно направляясь к дверям. Девушка не думала, что граф кинется ее останавливать, да он и в самом деле не двинулся с места, продолжая полулежать в кресле. Но его голос словно приморозил ее к месту:

— А ну вернись!

Хельга раздраженно дернула плечом, но тут дверь, к которой она уже подошла, вздрогнула и захлопнулась перед самым ее носом.

— Выпустите меня! — Девушка сжала кулаки. — Я не желаю с вами разговаривать!

— Придется! — Даральд по-прежнему сидел в кресле, но его глаза буквально впились в Хельгу. — Нравится вам или нет сиятельная делла, но вы — моя жена и должны меня слушаться! Вы сами сделали этот выбор, вас никто не заставлял спасать мне жизнь. Конечно, я благодарен вам за эту жертву, но прошу не забывать, что вы приняли на себя определенные обязательства и должны их исполнять. Сядьте!

Он произнес это таким тоном, что Хельга тут же повиновалась.

— Пейте! — Он толчком придвинул к ней бокал и щедро плеснул туда вина.

Девушка вцепилась в бокал как в единственное свое оружие. На миг ей стало страшно, она пожалела, что вообще переступила порог комнаты.

— Давайте сразу все уточним, — дождавшись, пока она все выпьет, заговорил Даральд, наливая себе остатки вина. — О супружеской измене речи нет, поскольку нет и самого факта измены. Вам это хотелось услышать? Является ли герцогиня делль Ирни моей любовницей?.. Так вот — нет! И никогда ею не была, хотя и пыталась это предложить. Скажу больше — до вас у меня были женщины, много женщин. Когда твоя мать — содержательница борделя, трудно устоять. Но, став вашим мужем, я тоже принял на себя определенные обязательства, так что насчет этого можете быть спокойны.

Сейчас он говорил почти нормальным тоном, и Хельга решилась задать вопрос:

— Но если герцогиня приходила к вам не для того, чтобы… гм… то зачем она приходила?

— Это что, допрос? Я, кажется, уже разговаривал о ней с Дознавателем Веймаром, и вы присутствовали при этом разговоре.

— Мне кажется, вы сказали Вею то, что он хочет услышать. А я хочу знать правду… если вы мне доверяете!

Даральд вздохнул и потер ладонями лицо. Хельга не сво-диласмужа глаз.

— Если бы вы знали, как мне хочется хоть кому-то доверять, — пробормотал он. — Вы правы, я не сказал дознавателю правды. То есть всей правды, потому что… вы должны меня понять… вы сама женщина, и вам вряд ли захочется, чтобы о ваших тайнах болтали на всех углах. Особенно неприятно будет вам знать, что разболтал их мужчина, которому вы доверились!