Земля Серебряных Яблок - Нэнси Фармер

Ну конечно же! И почему Джеку самому это в голову не пришло? А ответ между тем напрашивался сам собою. Когда они с Брутом и Пегой отправились в поход, они, помнится, заночевали в огромной подземной пещере с летучими мышами. От пещеры отходило восемь туннелей — точно восемь паучьих лап.

«Тьфу, пропасть, этот образ мне не нравится», — подумал Джек.

Один из коридоров обрушился при землетрясении, но, возможно, другие уцелели. Бука уверял, что у Полой дороги есть множество ответвлений и что хобгоблины знают их все как свои пять пальцев.

— Нам известен короткий путь к источнику Святого Филиана, — сообщил король.

— Наверное, колодец до краев заполнен водой — теперь, когда Владычица Озера вернулась? — предположила Пега.

— При землетрясении образовался пролом до самой Полой дороги. Чтобы его заполнить, понадобится целое море.

Солнце быстро садилось; над маленьким лагерем на берегу кружили и реяли ласточки. Пега с Джеком загодя развели костер, и теперь все наслаждались живым теплом — в преддверии ночной прохлады.

— Я им все время рыбки оставляю, да только они не едят, — посетовала Пега, глядя вверх, на ласточек.

— Ласточки рыбой не питаются, — объяснил Джек. — Вот только не понимаю, мы-то на что им сдались?

— Мамуся попросила их приглядеть за нами, а что? — Бука поймал изумленный взгляд мальчика. — А разве я тебе не рассказывал?

— Нет, не рассказывал, — заверил Немезида. — Ты, конечно, собирался, но эта светлая мысль благополучно провалилась в продуваемую сквозняками пещеру, что у тебя считается мозгом.

— Тогда сейчас самое время наверстать упущенное, — бодро промолвил король. — Мамуся научилась языку ласточек у Старика-с-Луны. Более того, она умеет вселяться духом в такую вот птичку. Пега, когда ты исчезла, я был безутешен. Думал, что ты погибла, — пока Немезида не признался в содеянном.

— Лучше б промолчал, — проворчал Немезида.

— Но ты пожалел меня, — отозвался король. — За внешней сварливостью, под этой заскорузлой коркой, бьется сердце из чистой лягушачьей икры. Мамуся тотчас же помчалась в теле ласточки к Драконьему Языку за советом.

— Вы знаете Драконьего Языка? — закричал Джек.

— Ну конечно! Он — мудрейший из мудрых, — ответил Бука. — Он-то и рассказал нам, что свеча Пеги заключает в себе жизненную силу земли. Но он же и предостерег нас, что, если зажечь свечу, колесо года стронется с места. И в Земле Серебряных Яблок время никогда более не пребудет в неподвижности. Мы начнем стареть — медленно, но неотвратимо.

— Мы созвали совет. Требовалось согласие всех и каждого, — поведал Немезида.

— И все согласились, Пега, любовь моя. — Бука ласково держал ее руки в своих длинных, липких пальцах. — Все сказали, оно того стоит — ради такой прекрасной и доброй королевы с таким певучим голосом.

— Ох, господи, — охнула Пега. — Это из-за меня к твоему народу пришла смерть. Я так виновата!

— Чепуха, родная. Ты просто сподвигла нас вновь войти в реку времени. Слишком долго были мы отрезаны от внешнего мира, слишком долго внимали музыке эльфов.

Перистые облачка зажглись золотым и алым. Море потемнело, пенные гребни просматривались четче. Поднялся легкий ветерок. Ласточки устремились к горе устраиваться на ночлег в скальных впадинах и выемках. Все стихло; только море с шумом катило валы да ссорились чайки.

— А что они говорят? — полюбопытствовала Пега.

— Обвиняют друг друга: ты-де мое гнездо разорила, — отвечала Торгиль. — Вообще-то они этим гордятся.

— Ты тоже знаешь птичий язык, воительница? — удивился Бука.

— Я случайно отведала драконьей крови. Никому, кстати, не советую. Горло себе чуть не сожгла.

В ту ночь все легли рано, чтобы подняться с первым светом. Пега увязала в тюки еду. Немезида, по указаниям Торгиль, вырезал ее руны на стволе дерева.