В проклятых землях - Лев Кругликов

Когда идешь куда-то, не зная куда, самое главное — это отправиться в путь и идти, невзирая на трудности…

В местных тоннелях мне ничего не встречалось. Стены состояли из плотно подогнанных друг к другу каменных панелей, местами скрепленных металлическими кольцами. Время от времени я натыкался на развилки, на которых сворачивал наобум. Мне все равно, куда идти, а значит, меня не сбить с пути.

Мысль об абсолютной правильности всего происходящего вкупе с тем, что я делаю, сменило ощущение чего-то смертельно опасного, болтающегося в звенящей пустоте предопределенности. Однажды такое кончилось плохо. Тень дарила мне какие-то странные ощущения, но я не мог понять их смысла. Не помнил, что они должны значить. Слишком сильно я ее прятал раньше — и теперь не мог определить самых простых сигналов.

По уму, надо было еще на борту чаролета не заниматься Лесс, а прочитать свой лабораторный журнал. Узнал бы много нового. И упустил бы возможность, которая, возможно, была последней в моей… или в ее жизни.

Но все же некоторые дырки в памяти я смог заметить только в Запретке. До того же даже не было ощущения, что я чего-то там не помню. Дурацкий момент, не спорю.

Интересно, был бы я более подготовлен к тому, что встречу, если бы перечитал все, что со мной случилось? Вряд ли. К некоторым вещам подготовиться невозможно, как ты ни старайся.

После очередной развилки коридор привел меня к просторному залу. Я не очень удивился, когда прямо за моей спиной с громким шипением упала толстая металлическая плита, перегораживая мне путь назад. Такие же плиты закрыли и все остальные входы.

Затем загорелся яркий резкий свет, убивший в этом зале любой намек на тень, и я сумел разглядеть того, кто меня ждал. Того, от кого я бежал. Того, кто, как кукловод, дергал за ниточки, чтобы встретиться со мной. Того, одни обрывки воспоминаний о котором говорят, что шансов выжить у меня практически нет.

И того, кого я звал сюда — или куда угодно еще. Оставлял ему открытые подсказки и тихие намеки. Я должен был встретиться с ним!

Вампир, который был совсем не молод в те далекие времена, когда я еще только начал заниматься своими изысканиями. Облаченный в одеяния столь темного цвета, что они поглощали свет на некотором расстоянии от его тела. Опирающийся на длинную матово-черную трость, изредка вспыхивающую фиолетовыми искрами. Короткие серые с редкими белоснежными прядями волосы торчали над его головой непослушным ежиком.

Ждал он меня здесь совсем не для того, чтобы поздороваться. Он собирался убить меня и знал, что у меня нет шансов. А я… просто не помнил чего-то важного, без чего не мог победить.

Приветствие он начал с громких хлопков.

— Я долго ждал тебя, Джерри. Уважаю — на этот раз мне пришлось побегать подольше, побольше и подальше. Это сделало охоту интересной, но, увы, любым развлечениям, как и тебе, постепенно приходит конец. Из этого зала может выйти только один из нас, и ты знаешь, кто это будет.

— Знаю? — уточнил я.

— Конечно же знаешь, — довольно оскалился он. — Пока что итоги наших встреч в мою пользу, Джерри. Или тебе будет приятнее, если я назову тебя полным именем? Я не прочь вспомнить титулы своего лучшего ученика и бывшего друга. Своего самого верного противника, предателя, уничтожившего все то, чему я служил. Джерри, ты заслужил все то, что получил, но раз уж у меня появилась возможность поговорить с тобой перед тем, как ты умрешь, я с радостью ею воспользуюсь. Я скучал по нашим поединкам, но теперь и им настанет конец. Сегодня ты умрешь, Джерайн Тень, Красная Смерть Рэддета, Призрак Темной Крови, Страж Короны, Младший Жнец, герцог Последнего Моря, последний из д'эссайнов и мой лучший ученик. Больше тебе не удастся вернуться, поскольку на этот раз я уничтожу тебя навсегда, о трусливый Убийца Императора!

Последние слова он выплюнул с такой злобой, что у меня подкосились ноги, и я удивленно осел на пол. Мой личный враг с улыбкой смотрел мне в глаза. Быть может, пытаясь гипнотизировать. Быть может — наслаждаясь моим замешательством.

У него была возможность прикончить меня быстро — я бы все равно не смог сопротивляться.

Потому что…

Когда он сказал…

Я наконец-то все вспомнил.