Неправильная ведьмочка, или Некромант на задании - Виктория Никитин

Прошло шесть лет.

– Всё, нужно дать маме отдохнуть – строго выговорил Никита, вставая с кровати.

– Ещё чуть-чуть – тихо проговорила я, сжимая его руку.

Я оглядела палату в которой находилось всё моё семейство и просто наслаждалась моментом близости с ними.

Свят, наш четвёртый ребёнок, родившийся всего три дня назад, тихо посапывал в моих руках. Тимка, старший сын, зачатый ещё в нашу первую ночь с Никитой, по привычке уткнулся в книгу, теряя связь с реальностью. Он на радость дедушке, родился ведьмаком, и теперь мой отец души в нём не чаял, наконец получив желаемого наследника, кому он сможет передать свой дар. Так что Тимка, большую часть времени проводил в доме дедушки.

Дана, на три года младше Тимура, родилась недоношенной в восемь месяцев, но наш маленький некромант с рождения была бойцом и не только сумела выжить, но и очень быстро окрепнуть, а от её силы уже сейчас у многих учителей волосы вставали дыбом. А про её проказы я уже и молчу. Как она до сих пор не спалила дом, ума не приложу.

Велислава, появившаяся ещё через год после Даны, уже в свои два с половиной была такой же, как я: ведьма с даром некроманта. Но в отличии от меня, она была спокойной и чересчур рассудительной для своего юного возраста. Вся в отца.

Каким будет Святослав, мы уже не гадали, каким бы он не был, мы с Никитой примем его любым.

Мы оба наслаждались нашими детьми, обожали и любили их. Я в основном сидела дома, а когда я забеременела Велиславой, то мы купили дом за городом, где могли воспитывать детей в полной свободе. Через два года после нашей свадьбы, после ранения на одном из заданий, Никита ушёл из ФСБ и, как и мечтал, открыл частное детективное агентство, которое процветало, и от клиентов не было отбоя. В те редкие времена, когда я не была занята детьми, я помогала ему распутывать сложные дела и находить нестандартные подходы.

Мы безумно сильно любили своих детей, но также раз в несколько месяцев мы оставляли их на попечении наших домовых и бабушки с дедушками, или же отвозили к Альбине в Питер к её детям, а сами уматывали куда-то на острова, чтобы провести время только вдвоём. Нередко мы возвращались в квартиру и проводили долгие ночи у камина, смотря на ночную Москву.

Федоил кстати, переехал к нам и просто фанател от Драгомира, который стал его учителем и наставником. Эти двое очень быстро нашли общий язык, с лёгкостью поделив обязанности по дому, а когда появились дети с их неуёмной энергией, то даже этих двоих стало не хватать. Борька млел от внимания. Его переезд увенчался двухнедельной войной с Цербером, но мой вездесущий и неугомонный фамильяр сумел приручить даже выдрессированного лабрадора. Никита несколько месяцев не мог прийти в себя и простить своему лабрадору такого предательства, так низко пасть и во всём подчиняться кошаку! Потом принял и также привязался к Борьке, как и я. А когда Тимка в три годика привёз откуда-то с улицы мокрого, облезлого котёнка, и тот буквально через два дня заговорил корявя слова, у нас появился Сократ. Инцидент, когда Тима в три с половиной годика сам провёл ритуал привязки к фамильяру, я даже вспоминать не хочу. Как ему это удалось в столь юном возрасте, не имея ни знаний, ни навыков, а всего лишь поверхностное описание из моих и Борькиных уст, я вообще не понимаю. Тима вообще очень часто выкидывал такие фортеля, совершая такие заклинания, от которых у нас волосы встают дыбом, а мой отец только радуется талантам внукам.

Эх, вот такая у нас семейка, со всех сторон ненормальная, в принципе, как и всё в этом мире. Но мы любим друг друга, и не знаю, как Никита, но как по мне четыре ребёнка это ещё не наш предел.

– Люблю тебя – прошептала я, тихо потянувшись к любимому за поцелуем.

– И я тебя люблю, с каждым днём всё больше – ответил мне мой ненаглядный некромант, отвечая на поцелуй.

КОНЕЦ!