Тьма. Закат Тьмы - Сергей Тармашев

— Не сию минуту. Прежде мне необходимо осмотреть, как развивается сражение, я слишком долго пробыл посреди сечи, — вождь обернулся к одному из шаманов. — Есть ли у тебя когтекрыл в небе?

— Он взирает на поле битвы и полон обиды на меня, — шаман указал на парящий на недосягаемой высоте силуэт могучей птицы. — Ибо его сородичи пикируют сейчас на головы змеиных языков, а он вынужден оставаться в резерве вместе со мной.

— Мне достаточно Дрорга Угадывающего Врага, — насупился Крырд Широкая Ладонь. — А теперь ещё ты! В следующей битве все лавины, стоящие сейчас в резерве, пойдут в первых рядах. Я прослежу за этим, таково моё слово. Может ли благородный когтекрыл показать мне битву?

— Дай мне свою ладонь, вождь, — шаман протянул руку. — И ты, Огненный Смерч! — он зашептал заклинание Взгляда Зверя. — Взирайте же, я подведу когтекрыла ближе к горе.

Парящий в небе над битвой крылатый воин устремился к вулкану, и его взору открылся бесконечный океан змееязыких туменов, бегом и на скаку спешащих обогнуть гору и вернуться к лагерю. К'Зирдские военачальники получили известия о нежданном нападении оркского войска и прекратили штурм человеческих позиций, однако осаду со старого вулкана не сняли. Они отвели войска к подножию, удерживая кольцо окружения, и бросили основные силы на выручку к улус-хану, находящемуся сейчас где-то посреди моря пыли и земляного крошева, медленно оседающего на месте падения Расплавленного Камнепада. Из-за весьма обширных размеров сего задымления, скачущие на подмогу тумены теряли ориентацию и останавливались, устраивая сутолоку. Висящая в воздухе пыль немедленно набивалась им в носы, заставляя кашлять и отплевываться, и змеиные языки торопливо натягивали на лицо повязки, призванные защищать их от песчаных бурь. Напирающие сзади тумены теснили впереди идущих, заталкивая их в глубь пышущего жаром пыльного океана, и лишенные обзора лошади ступали в расплавленную лаву, немедленно сжигая лапы. Истошно кричащие от нестерпимой боли скакуны судорожно извивались в огне, сбрасывая с себя седоков, и к лошадиным крикам присоединялись к'Зирдские вопли. Кто-то из тхи-ханов наконец-то понял, что задымление таит в себе смерть, и толкущаяся у краев пыльного океана змееязыкая масса принялась обтекать пышущее жаром запыленное пространство. По другую его сторону туменами неприятеля командовали не столь сообразительные ханы, и бестолковое столпотворение там ещё продолжалось.

— Сие пылевое море застилает песочникам обзор и приводит в замешательство, — оценил Крырд Широкая Ладонь. — Посему придется обойтись без Урагана и отказаться от прорыва к Людям. Будем держать круговую оборону в пределах к'Зирдского лагеря. Тут столько барахла в кучи свалено — почище иных укреплений будет. Дадим змеиным языкам окружить себя, и займем их битвой до подхода Гронга Неотразимый Удар и остальных лавин.

— Я провешу портал на склон вулкана, вон туда, — Трэрг указал на средину горной поверхности. — И буду там. С высоты удобней изливать на врага магические потоки. Скажите шаманам, дабы не позволяли когтекрылам удаляться от центра битвы к флангам. Небо там вскоре станет горячим.

Он повел рукой по воздуху, и с небес в склон старого вулкана вонзилась Великая Молния, в один миг выжигая посреди почти вертикальной поверхности изрядных размеров грот. Четверка человеческих волшебников, держащая оборону в четверти лиги от него, исполненными изумления взглядами взирала, как в образовавшемся от взрыва гроте вспыхнула чернильно-черная рябь портала. Из его чрева вышел человек в шаманских доспехах Орков, полностью выкованных из Звездного Металла и тускло мерцающих угольным блеском боевых чар. Загадочный шаман приблизился к краю ещё дымящегося грота, бросил короткий взор на кипящую у подножия горы баталию и плавным движением развел руки в стороны. Небо вновь налилось кровью, затмевая солнце, и расцвело багровыми бутонами бурлящей энергии. Кровавые соцветья исторгли из себя Расплавленный Камнепад, и море кипящей лавы с ужасающим завыванием устремилось к земле, оставляя за собой кипящий белыми шрамами воздух. Чудовищный удар сотряс гору, сбивая с ног её защитников, и потоки расплавленного камня поглотили бесчисленное количество к'Зирдов, толпящееся у правого фланга пыльного моря. Рядом с первым океаном земляной пыли вскипело море огня, и образовался второй, сливаясь с ним воедино. Вновь во все стороны рванулась ударная волна, в слепой ярости разметав не попавшие под удар тумены, и оркский шаман в теле Человека обратил свой взор на левый фланг сражения. Он плавно стряхнул с кончиков пальцев едва заметный сноп искр, и крохотные пылающие частицы быстро умчались вниз, исчезая в неисчислимой толпе песочников. Спустя два удара сердца прямо посреди к'Зирдской массы в воздух с громким треском взметнулся исполинских размеров Огненный Смерч. Пылающий вьюн невиданно огромного объема лениво пополз навстречу огибающим гору туменам, ежесекундно пожирая тысячи врагов, и змееязыкие воины вспыхивали, подобно факелам, оказываясь во власти жесточайшего жара даже на расстоянии в половину лиги от завывающей огненными вихрями воронки.

Могущественный шаман водил рукою, управляя Огненным Смерчем, и вторая его рука зажигала Стены Огня. Потоки пламени, взметаясь ввысь на высоту в десяток саженей, вспыхивали в разных местах битвы и отрезали захлестнувшие лагерь передовые тумены от движущихся позади собратьев. Бурлящие жидким пламенем огненные Стены мгновенно превращались в Волны Пламени и устремлялись вперед, испепеляя к'Зирдские полчища. Отрезанные огнем от собратьев передовые тумены оказывались лицом к лицу с оркскими лавинами и в ходе жестокой рубки превращались в груды изувеченных трупов. Зеленокожие исполины сражались как заведенные, не ведая страха и не зная усталости. Неисчислимая армада змеиных языков быстро окружила лагерь, но вскоре выяснилось, что это не принесло ожидаемых преимуществ. Всюду потоки к'Зирдской саранчи натыкались на закованных в сталь клыкастых гигантов, жадно перемалывающих змееязыкое воинство своими огромными боевыми топорами. Собственный лагерь превратился для песочников в лоно безжалостной ненасытной Смерти, и ни одному из вступивших в него узкоглазых воинов уже не суждено было вернуться в пески Ратхаш.

Спустя два часа битвы кто-то из к'Зирдских ханов понял, что внушающие ужас заклятья немыслимой силы, умерщвляющие десятки тысяч воинов за несколько ударов сердца, исходят от одинокого шамана, стоящего посреди выжженного в горном склоне грота. Полдюжины туменов, вереща от вызванного дурманом хфат-хут исступления, ринулись на приступ, стремясь добраться до столь опасного врага. Войска Людей, напряженно наблюдающие за ходом сражения, разгадали замысел песочников и заспешили по узким тропам, пытаясь прикрыть шамана. Но едва к'Зирдские тумены докарабкались до середины склона, воздух над ним помутнел, стремительно уплотняясь в тяжелую массу. Спустя четыре удара сердца разрушительный Ураган врезался в старый вулкан и с огромной скоростью помчался поперек склонов. С оглушительным свистом стихия вспорола змееязыкий поток, расшвыривая в стороны к'Зирдские брызги, и с горы посыпался немалых размеров оползень из тел песочников. Человеческие воины торопливо вжимались в поверхность горных троп, опасаясь попасть под удар бушующего в нескольких саженях Урагана, а вслед катящимся вниз врагам уже неслась огненная лавина, оставляя за собой выжженную поверхность с россыпями дымящегося пепла.