Роковое наследие - Юлия Скуркис

Она зачерпнула из котелка тягучей серой субстанции, плюхнула ее в миску и протянула посудину Илинкуру.

— М-м-м, вполне съедобно, — промямлил он. — Сегодня разведаем окрестности. Надеюсь, у остальных, как и у меня, от болезни остались одни воспоминания. Грим совершенно извелся, полночи не давал мне уснуть, строил предположения одно другого страшнее… Скажи, а что было сказано в трудах про магические аномалии? Сколько времени они могут удерживать пленников при самом худшем раскладе?

Анаис ворошила палкой угли и задумчиво провожала взглядом мириады искорок, что воспаряли вверх. Пепел оседал в котелок, но она этого не замечала и на вопрос никак не отреагировала.

— Ты чем-то расстроена или, на самом деле, ничего не читала об аномалиях? — Илинкур с беспокойством посмотрел на девушку и отправил в рот очередную ложку каши.

— С чего ты взял, что я расстроена?

— Показалось.

— Осени себя знаком Лита, и мир станет солнечным, — посоветовала Анаис. — Не думаю, что мы проторчим здесь больше недели.

— Приятно слышать, — обрадовался Илинкур.

Ему очень хотелось верить, что девушка не ошибается в своих предположениях. На хуторе было не так уж и плохо, но как-то жутковато: постоянно преследовало ощущение, что силы, волею которых труппа оказалась в заточении, размышляют, что бы такое сотворить с пленниками?

Из дома вышла заспанная Тамия. Сладко потянулась, улыбнулась. Илинкур отсалютовал ей ложкой. Анаис ненадолго задержала взгляд на бывшей подруге и отвернулась.

Потихоньку все подтянулись к костру.

— Что это? — поинтересовался Фрад, заглянув в котелок.

— Анаис облагодетельствовала завтраком, — сообщил Илинкур.

Фрад закатил глаза, но миску взял.

— Ничего себе коса! — удивился Илинкур, обратив внимание на прическу коротышки.

— Проклятые волосы! Растут без остановки, — буркнул тот. — Анаис, долго это безобразие будет продолжаться?

— Не знаю. Может быть, всю оставшуюся жизнь, — огрызнулась девушка. — Что вы все спрашиваете меня о каких-то сроках?

— Ты серьезно или издеваешься? — воскликнул Фрад. — Всю жизнь! Кошмар!

— Это было очень, очень, очень дорогое снадобье, — сказала Анаис. — Кстати, ты мог бы неплохо заработать, открыв постижерную мастерскую, вместо того чтобы пенять на маленькую неприятность.

— Ничего себе маленькая, — возмутился Фрад и продемонстрировал всем длинную, кое-как заплетенную косу.

— Золотое дно, — уверила его Анаис. — Организуешь дело, начнешь делать парики. Главное, что недостатка в рабочем материале у тебя никогда не будет.

Фрад присел на чурбачок и посмотрел на девушку с отчаянием.

— Ты, правда, не шутишь?

— Фрад, а ведь это неплохая идея, — хмыкнул Илинкур, — насчет мастерской. Наймешь мага, который будет придавать волосам разные цвета, и будешь продавать шикарные парики всяким модницам и актерам.

— Я сам актер! — разозлился коротышка.

— Одно другому не мешает, — парировал Илинкур. — Можем наладить производство при балагане.

— Я вам не тонкорунная овца! — обиделся Фрад.

Долго сердиться коротышка не умел. Его внимание моментально переключилось на Тамию, усладу для глаз и предмет мечтаний — увы, безнадежных.

Девушка-трансформ склонилась к Анаис, чтобы по обыкновению чмокнуть ее в щеку и сказать: «С добрым утром», но подруга отстранилась.

На недоуменный взгляд ответил Илинкур:

— Анаис нынче не в духе.

— Бьюсь об заклад, лапуля, — глубокомысленно изрек Фрад, — это все из-за воздержания. Тебе нужен хороший…

Договорить он не успел. Анаис вскочила, вскинула руку к заплечным ножнам, которых, благо, не оказалось на месте. Актеры замерли, пораженные несвойственной девушке вспышкой агрессии. Анаис несколько раз моргнула, опомнилась, пробормотала извинения и ушла в дом.

— Воздержание еще никого не доводило до добра, — заключил Фрад, дождавшись хлопка двери.

— Да, что-то неладное с ней творится, — покачал головой Грим. — Наверное, тоже нервничает из-за того, что мы оказались в ловушке.

Тамия прикусила губу и нахмурилась.

— Мы все-таки подруги, — сказала она. — Я должна с ней поговорить.

— Не советую идти сейчас, — предупредил Илинкур. — Поверь на слово.

Тамии ничего не оставалось, как только прислушаться к словам флейтиста, который, несмотря на некоторую отстраненность, свойственную творческим натурам, обладал удивительным даром проникать в суть вещей. Он больше наблюдал за течением жизни, чем барахтался в нем, поэтому всё то, что касалось лично его, казалось Илинкуру сплошными потемками. Как и потерянное прошлое. Зато проблемы окружающих не выглядели, с его точки зрения, неразрешимыми. Но давать советы, когда их не просят, было бы бестактно, а посему — допустимо лишь в крайних случаях. Оттого-то слова Илинкура всегда были весомыми, ведь он не болтал по пустякам. Витиеватости речи он приберегал для стихосложения, не всегда удачного и далеко не гениального, но вполне подходящего для бродячего театра. А что может быть лучше, чем чувствовать себя на своем месте?

Спустя некоторое время Анаис присоединилась к актерам, которые решили обследовать окрестности. Она видела, что Тамия чувствует себя неуютно и никак не может понять, чем обидела подругу. Анаис взяла себя в руки и приветливо ей кивнула. Тамия расцвела такой солнечной улыбкой, что глыба льда не просто растаяла бы, но еще и лужица бесследно испарилась. А на душе у Анаис сделалось погано-препогано.

Грим решил, что актерам следует разделиться на группы и прочесать окрестности. Анаис не стала разрушать его надежду найти какое-нибудь селение, где можно было бы закупить продовольствия. Напротив, сделала вид, что знать не знает, где они находятся, и готова к активным поискам.

Из-за утренней вспышки ярости никто, кроме Тамии, не захотел идти с ней в паре. Анаис бы с удовольствием отправилась одна, тем более что не собиралась заниматься бессмысленным хождением по тем местам, где за много лет изучила каждую песчинку. Тамию позвали к себе и Сиблак с Монтинором, и Грим с Фрадом. Илинкур, как всегда соблюдал нейтралитет. Но девушка-трансформ вежливо отказалась от всех предложений и «приклеилась» к подруге. Фрад покосился на заплечные ножны Анаис и решил, что сегодня придется обойтись без женского общества. В итоге девушки ушли инспектировать окрестности вдвоем.

Анаис шла и от скуки сбивала мечом головки цветов, Тамия плелась следом на безопасном расстоянии. Разговор не клеился.

— Я чем-то тебя обидела? — поинтересовалась Тамия.

Вжжих. Справа от Анаис взмыл в воздух разноцветный фейерверк. Испуганные бабочки вспорхнули и разлетелись в разные стороны.

— Нет.