Грязные улицы Небес - Тэд Уильямс

Реворуб устроился в кабинке в задней части ресторана. Нахмурив звероподобную бровь, он осматривал список вин. Когда я сел за его столик, он не вскочил и даже не взревел от удивления. Но его рука соскользнула со стола, и я понял, что он потянулся за оружием.

— Не делай глупостей, Ревушка. Я здесь только для того, чтобы поговорить с тобой.

— Глупостей?

Хмурый взгляд придавал ему сходство со зверем, которого вы иногда можете встретить в своем курятнике, с безвольной курочкой в зубастой пасти.

— Это ты мастер глупостей.

Он медленно поднял руку и опустил ее на стол. Его плоский черный пистолет был нацелен мне в сердце. Указательный палец лежал на спусковом крючке. Чтобы не привлекать внимание людей в соседних кабинках, он аккуратно набросил салфетку на оружие.

— Доллар, зачем ты решил испортить мне ужин? Что я тебе такого сделал?

— Если честно, то почти ничего в сравнении со мной. Помнишь, я едва не сломал тебе шею? Хорошие были времена. Эй, не дергайся! Лучше загляни под стол. Мой старый большой пистолет нацелен на тебя. Давай, не будем превращать нашу беседу в стрелковую дуэль. Или ты хочешь выяснить, сколько серебра мы сможем выпустить друг в друга?

— Серебра? Ты думаешь, я боюсь твоих серебряных пуль? Неужели ты забыл, как угощал меня ими недавно?

Он оскалил зубы.

— Ты чуть не отстрелил мои яйца! Промахнулся всего на пару дюймов. Врачи сказали, что рана заживет только через несколько недель, хотя я быстро исцеляюсь. Мои подружки злятся на тебя. К тому же это было очень больно. Знаешь, мне не хочется слушать твою болтовню. Я лучше выпущу пару пуль в твои глаза!

— Не торопись, приятель. На этот раз я угрожаю тебе не серебром, а кое-чем похуже.

Я приподнял голову и увидел подходившего официанта. Оставалось надеяться, что наши напряженные позы не напугают его. Салфетка на руке Реворуба немного изогнулась, но он, похоже, решил повременить со стрельбой.

— Хуже? Что ты имеешь в виду?

— Твоего босса. Подожди секунду.

Официант поставил перед нами два бокала воды.

— Привет, меня зовут Эрик, — сказал он веселым тоном, отстраняясь от нависшей над нами ледяной атмосферы, которую невозможно было не заметить. — Я буду обслуживать вас. Что вы хотели бы заказать, джентльмены?

— Водочный коктейль со льдом, — ответил я. — И дюжину хлебных палочек. А вот мой друг, возможно, поужинает.

— Я сделаю заказ позже, — проворчал Реворуб. — Пока принесите мне стакан кианти. Марки «Кастелло деи Рамполла».

Когда официант отошел от стола, я улыбнулся моему насупившемся собеседнику.

— Когда ты успел выучить названия этих вин? Неплохо для парня, который вырос на опаленных переулках у Виа Долороса. Или тебе просто нравится вливать в рот что-то влажное и красное?

— Заткнись, Доллар. Если ты хочешь рассказать мне что-то о моем боссе, тогда говори и вали отсюда. Меня уже тошнит от тебя.

— Благодарю за откровенность.

Я взял кусочек хлеба и покрошил его на блюдце. Моя другая рука по-прежнему находилась под столом.

— Я собираюсь рассказать тебе маленькую историю. О том, как бывшая любовница твоего начальника украла у него одну вещь. И о том, как ты помог ей уйти незамеченной.

— О чем ты говоришь, черт бы тебя побрал?

Он привстал с сиденья, и салфетка, прикрывавшая его оружие, соскользнула на пол. Несколько посетителей ресторана повернулись, чтобы посмотреть на нас. Немного успокоившись, Реворуб снова сел за стол.

— Ты лживый интриган! — прошептал он хриплым голосом. — Я ничего не знаю об этом!

Имелся большой риск, что он начнет стрельбу в ресторане. Тем не менее последние остатки моего разума хотели знать, насколько правдивой была со мной Казимира. Кроме Элигора, лишь Реворуб мог подтвердить ее историю. Я уже знал, что никакие угрозы не заставят его говорить со мной начистоту. Прежде всего, он пришел в ресторан через сутки после того, как я всадил ему в пах две серебряные пули — в паре дюймов от его сокровищ. Он не зря считался крутым ублюдком. Реворуб боялся только одного (и здесь наши страхи совпадали) — своего безумного и безжалостного босса.

— Успокойся, Реворуб, — сказал я. — И ради собственной жизни не принимай поспешных решений. Сначала выслушай меня.

Он вновь показал свои зубы.

— Глупо будет выпускать тебя отсюда.

Я улыбнулся в ответ.

— Решай сам, что делать дальше. Но сначала тебе нужно кое-что узнать. Мой информатор уверен, что если великий князь переговорит с графиней, она укажет ему на тебя, как на своего помощника. Она сообщит Элигору, что в этом деле вы были вместе. Что ей удалось уйти с… украденной вещью…

Я проявил немного осторожности. Реворуб мог не знать, что именно похитила Каз.

— … лишь потому, что ты смотрел в другую сторону.

— Лживая шлюха!

Я думал, что еще секунда, и у него лопнут вены. Лицо Реворуба окрасилось в цвет томатной пасты для курятины.

— Я ничего не знал об этом! Она захомутала парня из моей команды…

— Значит, это совпадение, что начальник охраны великого князя вдруг стал телохранителем простого обвинителя?

Я кое-как изобразил насмешливый смех.

— На самом деле ты присматривал за ним. Он хранил украденный предмет. Твою долю в общем вложении.

— Иди к черту, ангел! Элигор сам приставил меня к Трававоску. Я действительно присматривал за ним, но только потому, что босс узнал о его связи с этой сучкой.

Реворуб начинал терять контроль. Он жутко испугался, что Герцог мог обвинить его в краже. Он уже не следил за своей речью — на что и я надеялся.

— К чему вся эта чертова выдумка? Неужели ты думаешь, что я могу убрать тебя из расстрельного списка босса?

Салфетка вновь переместилась. Похоже, он изогнул руку, чтобы крепче сжать рукоятку пистолета.

— Что ты так вспылил? — спросил я. — Не терпится устроить тут побоище? Дружище, тебе же нравится это место. И потом, когда ты несколько раз промахнешься, тебе придется объяснять полиции, почему здесь оказалось столько прекрасных и невинных людей, застреленных тобой.

Реворуб поднял нож для масла и провел большим пальцем по гладкой кромке лезвия. Его волосатая рука уже не дрожала.

— Мне не нужен пистолет, чтобы прикончить тебя, ангел. Я могу вырезать твое сердце даже этим ножом. Или вырвать его голыми руками.

— Ревушка, я не понимаю, почему никто не хочет с тобой дружить. Ты же такой забавный парень.

Я встал и медленно, чтобы не встревожить его, вытащил конверт с запиской, написанной мной в машине.

— Мне уже пора идти. Прежде чем ты решишь вызвать подкрепление или измазать меня маслом до смерти, я советую тебе прочитать это письмо. Особенно если ты хочешь жить долго и без мучительных пыток. Ты же сам говорил, что у твоего босса слишком дурной характер, чтобы вставать у него на пути.