Экзамен для гуманоидов - Вячеслав Шалыгин

– Что значит нет связи? – Макс посадил шлюпку, испарив глубокую лужу перед мэрией Нагорного, и перевел взгляд на экран, где Юлия растерянно разводила руками.

– Он молчит уже два часа. Над тем местом, где прервалась связь, очень плотная облачность и какой-то пожар, поэтому бесполезны и оптические приборы, и тепловые сканеры…

– А эхолокаторы, радары, нейтронные преобразователи, детекторы биополей, наконец?

– Обломки, камни, никаких тел или крови.

– Ну, хотя бы крови нет, – кибер вздохнул и, открыв люк, выпрыгнул сквозь облако пара прямо на крыльцо мэрии.

– Кто тут у вас главный?! – Макс легко оттолкнул преградившего ему путь «администратора». – Что за секреты в переходный период?! Где начальство, я вас спрашиваю?!

– Ну, чего ты шумишь?! – уже не воинственно, а жалобно протянул поверженный охранник. – Генерал Шахрин у нас главный, только на совещании он, понимаешь? На совещании… Подожди вон там, под навесом, обсохни малость…

– Хочешь, чтобы мы вошли вместе? – Макс приподнял упирающегося воина и пронес его внутрь здания, держа перед собой на вытянутой руке.

В душном коридоре он швырнул охранника на заплеванный пол и, наступив ему на грудь, зловещим шепотом спросил:

– Где кабинет генерала, Сусанин?

– Второй этаж, прямо, – сдавленно прохрипел насмерть перепуганный «администратор».

Как только Макс убрал ногу, он пулей выскочил из здания и с громким мычанием бросился в сторону казарм.

Дверь в кабинет Шахрина оказалась не только закрыта, но и заперта. Макс вежливо постучал, однако ответа дожидаться не стал. Он нажал на ручку и открыл дверь вместе с приличным куском дверного косяка.

– И не пытайся читать мне лекцию о правилах хорошего тона, я постучал, – упредил он раскрывшего было рот Шахрина.

Кроме генерала в комнате находились еще трое. Двое одетых в форму мужчин, причем один из них был увешан оружием, как новогодняя елка игрушками, и женщина, закутанная в черный плащ с накинутым капюшоном. Судя по выражениям лиц присутствующих, разговор был не из приятных.

– Ты не вовремя, – Шахрин отчаянно пытался что-то сказать при помощи мимики, но Макс никак не мог уловить, что.

Он мгновенно оценил ситуацию как напряженный допрос и потому не стал разгадывать значение генеральской пантомимы.

– Один вопрос, – Макс, не обращая внимания на протестующие жесты Шахрина, шагнул вперед и, глядя ему прямо в глаза, спросил: – Где мой шеф?

Генерал взял из стакана ручку и быстрым размашистым почерком написал на листке несколько фраз. Сунув записку в руку Макса, он дружески похлопал его по спине и, проводив до двери, негромко сказал:

– Рад был снова тебя увидеть…

Макс улыбнулся и вышел. Пробежав взглядом содержание записки, он сунул бумагу в карман и бегом спустился по лестнице вниз.

– Стоять! – истерично взвизгнул все тот же охранник, что пытался препятствовать проникновению кибера в мэрию несколько минут назад.

Он уже вернулся из казарм со значительным подкреплением, и теперь на пути Макса оказалось не меньше двадцати вооруженных людей.

– Юля, даю координаты в сантиметрах, – пробормотал кибер в наручный приборчик связи и решительно двинулся на толпу.

Заклацали затворы, и «администратор» срывающимся голосом заорал:

– Еще шаг и… конец тебе, подлюка!

– Слова-то какие! – искренне восхитился Макс. – Надо запомнить. Юля, отключай их!

Последовавшая за этим сцена была одновременно смешна и безобразна. Вооруженный заслон замер в самых нелепых позах. Из раскрытого рта предводителя капала слюна, а выкатившиеся из орбит глаза, остекленев, замерли, уставившись на выцветший портрет какого-то хмурого политического деятеля. Макс аккуратно обогнул остановленный парализующим лучом с «Призрака» отряд и, выбежав на улицу, в два прыжка очутился рядом с разведботом. Помахав невидимой Юлии рукой, он забрался в машину и, резко подняв ее под облака, взял курс на юг, туда, куда двумя часами раньше вылетел Алекс.

– Какой импульсивный юноша, – «Степан Андреевич» поерзал в кресле, но поудобнее устроиться ему так и не удалось.

– Да, – генерал задумчиво поиграл шариковой ручкой и, сунув ее обратно в стакан, обратился к кочевнику: – Продолжим?

Амфибия состроила любезную физиономию и, как-то наискосок поклонившись, сказала:

– Моя госпожа понимает, что в период крайне обострившейся обстановки во внутренних делах вам совершенно не нужны проблемы с внешними обитателями, в частности, с правящими кругами Галактики…

– Которых вы имеете честь представлять? – с крайним сомнением в голосе спросил Шахрин.

– Вовсе нет, – кочевник расплылся в улыбке, – даже наоборот, мы являемся… как бы выразиться? Мы являемся антиподом этого бездарного правительства.

– То есть вы как раз одна из тех проблем, которых нам следует избегать?

– Точно так…

– Тогда мне лучше вас арестовать и сдать патрулю Мобильного Флота.

– А вот с этим я не соглашусь, – улыбка кочевника стала просто сладкой. – Выгоды вам от этого никакой. Плюс-минус «спасибо» – разве это значимо?

– Вы торгуетесь, что ли? – Шахрин иронично прищурился.

– Нет, но если вы немного поразмыслите над моим предложением, то поймете, что предлагаю я самый что ни на есть разумный выход из сложившейся ситуации: соединив усилия, мы решим проблемы Земли и дважды рожденных, наши то есть, в один прием.

– Пояснее, пожалуйста, – вооруженный мужчина нервно поправил воротник, словно он ему давил. – Вы, как я понимаю, земноводные, и затопленная по самый Арарат планета вам подходит лучше всего. Но мы предпочитаем плавать в ванне или бассейне…

– Совершенно верно, только вы не учитываете главного обстоятельства – те, кто с минуты на минуту захватит вашу планетку, совершенно не заметят, что вы ее весьма выдающиеся сухопутные обитатели. Они вообще не заметят вашего присутствия, – кочевник почти искренне огорчился. – По этой причине и нам на обреченной планете делать в общем-то нечего… Захват, как говорят у вас – «для галочки», нам не интересен.

Шахрин взглянул на неподвижно сидящую женщину и потер спинку носа. Ему почему-то не понравилось слово «планетка». И госпожа ему не нравилась. Он чувствовал к ней почти осязаемое отвращение. Тем не менее прерывать амфибию генерал не стал.