Двойник императора - Алекс Орлов

Весть о смерти императора привела его приближенных в шок. Адмирал Сайд-Шах сидел с каменным лицом, Фра Бендрес отрешенно перебирал четки, а Пеккет, Крайс и Крылов о чем-то вполголоса совещались, сидя возле горящего камина и поочередно подбрасывая в огонь сосновые щепки.

Наконец в совещательной зале появился врач. Все присутствующие одновременно поднялись со своих мест и поспешили к нему.

— Каков результат, доктор? — спросил Саид-Шах.

— Еще два часа назад, Ваше Превосходительство, мы полагали, что причиной смерти явилась остановка сердца, но перед вскрытием на трупе открылась рана.

— Что открылось? — не понял адмирал. Другие министры тоже напрягли слух, чтобы понять, что сказал доктор.

— Это выглядит несколько необычно. И я не знаю, как это объяснить, господа министры, но на теле императора на наших глаза за несколько минут открылась рана. Глубокая ножевая рана

— Но как такое могло случиться, — недоумевал генерал Пеккет — Может быть, был впрыснут бубонный яд? Он выедает в теле человека целые полости.

— Нет-нет, господа, мы уже пригласили полицейского криминалиста, и он подтвердил, что рана была нанесена, когда император был еще жив.

Министры переглянулись Фра Бендрес покачал головой, а шеф безопасности Крылов высказал предположение:

— Какое-то секретное оружие.

— Хорошо, док, вы можете идти, — разрешил адмирал, и врач, поклонившись, покинул совещательный зал.

— А что эта… Бруэс? — обратился адмирал к Ахмету Крылову. — Что она говорит?

— Ничего не говорит. Она находится в коме и лежит в медицинском отсеке замка Руш. Все, что мы имеем, — это два мертвых тела и одно тело, пребывающее между жизнью и смертью.

— Это уже дело следствия, господа, — заметил Бертольд Крайс. — Давайте решим, что мы скажем народу.

— Народ скушает все, что ему ни подай, — отозвался Пеккет. — Меня больше интересует, что мы скажем нашим врагам и друзьям.

— Смерть императора может придать силы Промышленному Союзу, — сказал Фра Бендрес. — Через два дня назначена аудиенция послу Промышленного Союза. Он должен передать извинения за несанкционированное вмешательство в войну.

— Да, — кивнул адмирал, — все свалили на какого-то бригадного генерала, и, я слышал, его уже повесили.

Все замолчали. Пеккет вернулся к камину и как заведенный начал бросать в пламя щепки. Остальные бесцельно слонялись вдоль длинных столов.

— Стоп! — громко сказал Крайс и хлопнул себя по лбу. — Господа, кажется, я нашел выход

— Вы придумали, как мы объясним смерть императора? — спросил Саид-Шах.

— Нет, адмирал, я предлагаю сделать ставку на вашего хорошего знакомого.

— Но тогда, — заметил Пеккет, — он потребует, чтобы его короновали.

— Империи нужен живой император, — неожиданно вмешался Фра Бендрес. — Шиллер является сыном покойного Реваза Великого, это очевидно, что бы ни говорил генерал Пеккет.

— А я ничего и не говорил, просто юридически…

Адмирал Саид-Шах бросил на разведчика строгий взгляд и тот замолчат, поигрывая оставшейся в руках сосновой щепкой

— Так вот, — продолжал старый Фра, — он является сыном императора, он как две капли воды похож на императора, — тут Бендрес посмотрел на адмирала, и Саид-Шах утвердительно кивнул

— И наконец, судя по его руководящей хватке — он прирожденный лидер своей нации. Так чего же нам еще желать, господа?

— Адмирал, на вас вся надежда. Вам необходимо немедленно отправляться к… Его Высочеству принцу Эдуарду, — сказал Бертольд Крайс и обернулся к остальным коллегам.

Все одобрительно закивали.

— А если он откажется? — задал неожиданный вопрос Пеккет.

— Его Высочество не откажется, — уверенно заявил Сайд — Шах. — Он не бросит родину своих предков в такую трудную минуту.