Дух демона - Роберт Энтони Сальваторе

— Даже если бы мы убедили Мейера Дека присоединиться к нам, он бы не сумел помочь нам больше, чем уже помог, — с усмешкой заметил Элбрайн. — Когда я увидел, как Коз-козио полетел в огонь, мои надежды воспарили.

— Теперь, когда и Мейер Дек, и трое других великанов мертвы, можно ожидать, что поври, обозленные на великанов, одержат верх, — добавила Пони.

— Верно, только вот гоблины лучше относятся к великанам, чем к этим поганым карликам, — заметил Томас Джинджерворт. — Хотя великаны частенько закусывают гоблинами!

— Что верно, то верно, — согласился Элбрайн. — Возможно, сейчас силы равны, поскольку в Кертинелле полно гоблинов. Но если не появится новый главарь, причем скоро, они сцепятся между собой.

— Будем надеяться, что эти твари перебьют друг друга до последнего, — заявил Белстер О'Комели.

С этими словами он поднял кружку с элем (кружка была одним из трофеев, уворованных Роджером в Кертинелле) и залпом осушил ее.

— Они понесли потери, а наши силы возросли на двадцать настоящих бойцов, готовых сражаться, — вставил Томас.

— Готовых помочь остальным обойти города и двигаться на юг, — поправил его Элбрайн. — Все мы достаточно навоевались.

— В Палмарис! — загремел Белстер, закончив призыв громкой отрыжкой.

Мысли Томаса Джинджерворта были иными.

— Месяц назад, даже неделю назад… да что говорить, каких-нибудь пару дней назад я был бы удовлетворен таким ходом событий, — сказал он. — Но Кертинелла — наш родной город, и теперь, когда враги ослабели, возможно, настало время отбить его. У нас ведь был такой замысел, а? Дождаться удобного момента и ударить!

Элбрайн и Пони беспокойно переглянулись, затем с пониманием и симпатией посмотрели на решительного Томаса.

— Об этом мы поговорим позже, — спокойно сказал Элбрайн, — Пока мы не знаем, намерены ли враги оставаться в Кертинелле надолго.

Томас хмыкнул.

— Тебе это лучше знать. Насколько сокрушительнее было бы нападение, если бы наши воины сражались бок о бок с тобой!

— Боюсь, оно оказалось бы сокрушительнее для обеих сторон, — сказала Пони. — Мы уничтожили великанов и освободили пленников лишь благодаря внезапным действиям. Если бы Мейер Дек увидел приближающийся отряд, он приказал бы убить всех пленных, а оборона Кертинеллы была бы куда ожесточеннее.

Томас снова хмыкнул, не желая выслушивать мрачные предположения. Ему казалось: если Элбрайн и Пони вместе с их маленьким другом Джуравилем, а также Роджер смогли нанести такой ущерб врагам, тогда с участием его воинов победа была бы окончательной.

Элбрайн и Пони вновь переглянулись и молча условились больше не трогать эту тему. Они понимали чувства Томаса: ему необходимо верить, что родной дом для него не потерян. Но он достаточно рассудителен и способен прислушаться к их доводам, если окажется, что разумнее будет обойти города и двигаться на юг.

Белстер О'Комели, опасаясь нарастающей напряженности, увел беседу в другое русло, заговорив о судьбе вражеской армии.

— Если мы отчаянно бьем их здесь, сдается мне, что в других местах люди тоже не зевают. А это значит, что к следующей весне я вернусь в Дундалис и вновь открою «Унылую Шейлу». Клянусь! — закончил он, опрокидывая очередную кружку эля.

— Вполне возможно, — откровенно согласился Элбрайн, немало удивив своим оптимизмом Пони. — Если вражеская армия распадется, король пожелает быстрого возвращения Тимберленда.

— И «Унылая Шейла» вновь будет полным-полна! — пробасил захмелевший Белстер.

Сейчас он начисто позабыл все обещания провести остаток своих дней в тишине и спокойствии Палмариса. Его состояние передалось и другим беженцам, которые с едой и напитками потянулись к костру.

Разговор принял совсем иное направление. Стали вспоминать истории прежних счастливых времен, и ожидание новостей от разведчиков превратилось в празднование победы. Элбрайн и Пони говорили мало, предпочитая слушать других. Они часто переглядывались и кивали друг другу. Вечером они уже встречались с Джуравилем на лугу, возле сосен. Рассказ эльфа помог им оценить истинную силу врагов в обоих городах и принять свое решение.

Время шло. Костры догорали, и большинство беженцев отправилось спать. Разведчики вернулись только под утро. Впереди шел сияющий Роджер.

— Все великаны убрались, — возвестил парень. — Все до единого! Поври их выставили, а те даже не стали сопротивляться!

— Прежде всего, великанов не слишком-то сюда и тянуло, — заметила Пони. — Им куда приятнее в Вайлдерлендсе, в своих горных норах.

Томас Джинджерворт издал победный клич.

— А как насчет гоблинов? — спокойно спросил Элбрайн, не давая разгореться новому празднованию.

Элбрайну не хотелось, чтобы возбуждение Роджера передалось Томасу и остальным беженцам и вновь заставило их строить гибельные планы. Даже без великанов силы врага оставались достаточными.

— У них произошла стычка, и часть гоблинов поубивали, — ответил Роджер, не давая застать себя врасплох. — Другие разбежались по лесу.

— А третьи остались с поври, — заключил Элбрайн.

— Да, но…

— И убитых поври можно пересчитать по пальцам, так? — не отступал Элбрайн.

— Оставшиеся гоблины разбегутся при первых звуках битвы, — убежденно произнес Роджер. — И эти-то пока остаются лишь из-за страха перед «красными шапками».

— Нередко страх заставлял армии одерживать величайшие победы, — сухо заметила Пони.

Роджер сверкнул на нее глазами.

— Да их хоть сейчас можно брать голыми руками, — ответил он.

— А мы пока повременим делать подобные утверждения, — быстро вмешался Элбрайн.

Он махнул рукой Томасу, уже готовому что-то сказать, и встал перед Роджером.

— На нас лежит слишком большая ответственность, чтобы делать такие поспешные суждения.

— А не ты ли их сделал, отправившись в Кертинеллу один? — тут же нашелся парень.

— Я сделал то, что считал необходимым, — спокойно ответил Элбрайн.

Он чувствовал, как взгляды собравшихся остановились на нем и Роджере. Любой конфликт сейчас был бы крайне нежелателен. Эти люди любили Роджера и привыкли доверять ему. Действительно, за время изгнания он немало сделал для них. Но если сейчас он ошибался и желание повести отряд на бой затмевало здравый смысл, тогда все его прежние подвиги были ни к чему, ибо подобное сражение явно грозило гибелью всем беженцам.

— Не я ли спас тридцать пленных солдат? — громко и сердито спросил Роджер.

— Один, без чьей-либо помощи? — тут же напомнила ему Пони.

Элбрайн поднял руку, чтобы успокоить Пони и всех остальных.

— Пока еще слишком рано решать, нападать нам на города или обойти их, — заявил он. — Дождемся дня, тогда положение дел станет намного яснее.