Проклятие Одии - Майте Карранса

— Слушай, Дацилия! Нам нужно отравиться на Попокатепетль, выкрасть Жезл Власти у одиор и уже с ним ждать появления Анаид. Кроме нас, ее теперь никто не спасет!

— Почему?

— Потому что только мы по-настоящему ее любим! Несмотря ни на что! Правда?

Дацилия кивнула. Она по-прежнему испытывала к Анаид самые нежные чувства и не только оттого, что та спасла ее от смерти.

Клаудия шарила по книжным полкам в комнате Анаид, но не находила того, что искала.

— Ты помнишь Книгу Розбуфа и то, что в ней написано о спасении проклятой Избранницы?

— Нет, — смутилась Дацилия.

Так и не найдя нужной книги, Клаудия стала цитировать Розбуфа по памяти:

Очень немногим известен

Секрет настоящей любви —

Поэтому мало счастливых,

Куда ни посмотри.

Она будет вечно жаждать,

Вечно искать и ждать,

Пока не узнает тайну:

Любовь должна отдавать.

Любовь кормит и поит,

Хранит и бережет.

Она согреет сердце,

В душе растопит лед.

И только ей по силам

Расплавить страшное зло,

Что в сердце самой Избранницы

Приют себе нашло.

У Дацилии был такой непонимающий вид, что Клаудия сочла своим долгом растолковать девочке смысл процитированного текста:

— Анаид верила в эти слова. Когда она считала, что Избранница ее мать Селена, она сказала мне, что она может спасти ее своей любовью. Вот и теперь спасти Анаид может только наша любовь. Она растопит силу зла в ее сердце!

— Но ведь не только мы любим ее, — с сомнением в голосе пробормотала Дацилия.

— Разве?

— Селена тоже очень ее любит, хотя и вынуждена подчиняться остальным омниорам.

Вспомнив свою строгую мать, Клаудия заявила:

— На Селену рассчитывать нельзя. Она в руках своего клана и своего племени, а они не моргнув глазом погубят и Селену, и Анаид. Наши матери бессердечны.

Дацилия слушала Клаудию, затаив дыхание. Раньше ей и в голову не приходило, что слепая преданность и неукоснительное соблюдение правил могут быть столь опасны.

— А ее отец?

Клаудия в растерянности пожала плечами. Что она могла об этом сказать? Омниор, знакомых со своими отцами, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

— Ты что, знакома с отцом Анаид? — спросила она у Дацилии.

— Да. Он-то и помог мне с ней познакомиться. Его зовут Гуннар. Он из далеких стран. Красивый, сильный, просто неотразимый.

— Но ведь ты говорила, что его мать одиора? — спросила окончательно запутавшаяся Клаудия.

— Ну да.

— Значит, этому Гуннару тоже нельзя доверять…

Внезапно Дацилии пришла в голову блестящая мысль.

— Постой! — воскликнула она. — Есть один человек, который значит для Анаид больше всех нас вместе взятых! Его зовут Рок. Анаид в него влюблена.

Клаудия потрогала себе пальцем губы и вспомнила о Мауро, с которым так здорово было целоваться. Анаид наверняка по-настоящему любит этого Рока. Анаид — девушка серьезная, она выйдет за него замуж и проживет с ним всю жизнь, не сомневаясь в том, что на свете нет никого замечательнее! Серьезные девушки всегда так поступают!

Подумав об этом, Клаудия мысленно обозвала саму себя ветреной вертихвосткой.

— Сейчас я позову Рока! — воскликнула Дацилия. — Его мать Елена меня знает.

— Наверняка Рок решит, что мы спятили, — вздохнула Клаудия.

— У нас уже есть билеты в Мексику? — спросил Рок, едва девушки закончили свои длительные и путанные объяснения.

Клаудия застыла с разинутым ртом.

— Анаид в опасности! Нельзя терять ни минуты! Вы что не понимаете? — продолжал юноша.

Клаудия не верила своим ушам. «Вот это парень! Не колебался ни секунды!»

— Ты хорошо понял то, что мы тебе объяснили?

— Вы не способны ничего объяснить нормально, но я понял, что Анаид погибнет, если мы ей не поможем.

Дацилия и Клаудия переглянулись и беспомощно развели руками.

Ну как еще втолковать обыкновенному парню, что его девушка — колдунья? И не просто колдунья, а еще и Избранница из древнего пророчества! И при всем при этом на нее пало проклятие, она стала злой и подчинилась воле Жезла Власти. А еще она приговорена к смерти, но слова одного трактата оставляют слабую надежду на ее спасение…

Хотя Рок сам был сыном омниоры, он не знал, что его мать — колдунья, и вряд ли бы легко переварил такие известия об Анаид.

Впрочем, оставалось выяснить еще одну немаловажную подробность.

Клаудия стеснялась задавать вопрос о том, к чему сама относилась столь легкомысленно, но, глубоко вздохнув, собралась и спросила:

— Скажи мне, ты ее любишь?

Рок ничего не ответил. Вместо него заговорила Дацилия:

— Очень важно, чтобы ты сказал нам правду. Ты любишь Анаид или нет?

— А она? — спросил Рок, переводя взгляд с Дацилии на Клаудию и обратно.

— Она влюблена в тебя по уши! — выпалила Дацилия.

— Почему же она сбежала, даже не попрощавшись? — нахмурился Рок. — Почему не отвечает мне по электронной почте?

— Это она цену себе набивает, — посмешила заступиться за подругу Клаудия. — Так поступают все женщины. Она решила тебя заинтриговать.

— Так она для этого в последний раз так меня напугала?

— Она уже была не в себе. Ей угрожала страшная опасность.

— А до того?

— Она стеснялась, — ответила Дацилия.

— Ну, хорошо, — сказал Рок. — Я вам отвечу. Да, я ее очень люблю.

— И я! — вздохнула Дацилия.

— Ну вот и отлично! — воскликнула Клаудия. — И пусть я ветреная вертихвостка, зато у меня есть деньги на билеты в Мексику!

И тут зазвонил ее мобильник.

— Алло?

— Ей понравилось.

— Кому?!

— Маминой кошке! Ей понравилось со мной спать. Теперь она вообще от меня не отходит. Сейчас она лижет мне ногу! Кис, кис, кис, мяу!

«Мауро!»

— Из этого вытекает, что ты по ночам не портишь воздух.

— Вот именно. Когда ты ко мне приедешь?

— Э… Не знаю.

— А что, свадьбу еще не справили?

— Что ты! Конечно, нет. Сейчас мы летим праздновать дальше в Веракрус.

— В Мексику?